Райан Хардинг – Генитальный измельчитель (страница 22)
Хорэйс проследовал за "Новой" к уединенному двухэтажному дому по грунтовке без указателей, ведущей от Коннели Трейл. Лес здесь был гуще, и место походило на то, где беззубые деревенщины заставляют тебя визжать, как свинья, потом ставят раком и имеют в зад. На данный момент он был совершенно уверен, что самое худшее, что с ним могло случиться, уже случилось. И любые последующие порезы, ушибы и надругательства были б, мягко говоря, чем-то тривиальным.
Когда вам приходится приоткрывать окно своего "Рэббита" (Фольксваген Рэббит - прим. пер.), потому что ваш обугленный обрубок смердит так, что вы фактически готовы потерять сознание от тошноты, ниже падать уже некуда. Этот запах вызвал у Хорэйса очень старое воспоминание из детства. Однажды вечером мать расплавила в посудомоечной машине пластиковый черпак, и смрад был таким невыносимым, что ему пришлось спрятаться в подвале, чтобы не наблевать.
Он остановился в сотне ярдов от дома и выключил фары. Остаток пути он решил пройти пешком, в надежде, что застанет их врасплох. Ему пришлось подождать, когда глаза привыкнут к темноте, хотя это мало чем ему помогло. Вокруг царила истинная ночная тьма, неведомая городу с его уличными фонарями и неоном. Даже звезды не было видно сквозь густые кроны деревьев. Единственным проводником были светящиеся впереди окна.
Их ли вообще это дом? Неужели его мужское достоинство использовалось в каком-то сатанинском ритуале? Может, это религиозные фанатики, требующие от своего божества мести для "нечестивых" язычников, ищущих мирских плотских утех?
Если так, то пришло время их мелкой секте выучить правило "око за око".... точнее, жизнь за член.
На полпути от чердака они обнаружили Разделенного Человека. Грег увидел его первым и застыл. Его рука, словно повинуясь собственной воле, поднялась и потянула Вона за рукав. Сам он не отрывал глаз от зрелища. Вон так стремился подняться наверх и узнать, что там такого секретного, о чем Сэмми не может им рассказать, что едва не рявкнул: "Отвали, ты мне мешаешь". Однако Грег был настойчив, и Вон, наконец, псмотрел назад, за угол комнаты, которую они только что миновали по пути на чердак.
- Какого черта? - спросил Вон. В тот момент он не смог бы сказать, ни почему они так рьяно рвались на чердак, ни почему именно на чердак. Грег продолжал тянуть Вона за рукав, чтобы заставить посмотреть, но тот словно не замечал этого (Грег, к слову, тоже этого не замечал).
Там находилась спальня родителей. Вон всегда считал, что мать и отец у Сэмми умерли, особенно учитывая масштабы проявлений хирургических способностей их сыночка. Увиденное лишь подтверждало его теорию, хотя первоначально эта спальня представлялась чем-то вроде "запертой комнаты" из влажных снов страстного поклонника. На ковре в беспорядке валялось женское нижнее белье (покрытое высохшими пятнами менструальной крови) и носок без пятки. Помимо этого, у дальней стены стояло похожее на изваяние тело человека. Тянувшиеся через отверстие в потолке провода поддерживали его в вертикальном положении. С помощью проволоки оно было превращено в куклу из плоти, костей и органов. Торс был аккуратно рассечен от горла до живота, края разреза раздвинуты хирургическими зажимами в стороны. Это стратегическое скульптурирование позволяло видеть внутренности человека, которые вопреки закону земного притяжения и благодаря легкому оседанию отставались неподвижными и были лишены каких либо надрезов или проколов. Их расположение казалось таким же эстетически осознанными как у предметов на натюрморте - взвешанная комбинация красного и желтого.
Половые органы хирургическому вмешательству не подвергались.
- Знаешь, что это значит? - прошептал Вон.
Грег кивнул.
- Конечно! Сэмми - гомик, сынок.
Вон едва удержался, чтобы не влепить ему пощечину.
- Это значит, что у нас есть замена для Рочестера. И нам не придется резать Сэмми.
Грег на мгновение задумался, потом снова кивнул. Его взгляд упал на носок, и он наклонился поднять его, видимо, уже отвлекшись от чуда под названием Разделенный Человек.
- Ты готов к кукольному театру? - озорно спросил он. Прежде чем Вон успел приказать ему заткнуться, Грег просунул руку в носок и согнул запястье, изображая рукой вытянутый рот.
Он тут же нахмурился.
- Фу... он внутри весь мокрый.
- Угадай с трех раз, два первых - не в счет, ловкач. - Вон указал жестом на грязные трусики, валяющиеся на полу.
Грег тупо посмотрел на него.
- А зачем еще, по-твоему, человек оставил бы носок на полу спальни, идиот? - высокопарно спросил Вон. Потом, осознав, что просить Грега напрячь извилины бесполезно, все же ответил:
- Сэмми заправил его своим "ракетным топливом", сынок!
- Черт! - Грег схватил себя за предплечье и сорвал носок, как обычно пытаются выдернуть скатерь из-под посуды, не уронив ничего. Тот упал на ковер изнанкой наружу, и Грег отпрыгнул от него, словно от гремучей змеи. Он скомкал покрывало и вытер кисть, не отрывая глаз от носка, словно боялся, что тот прыгнет и попробует снова натянуться ему на руку.
Вон усмехнулся, но как можно тише, продолжая прислушиваться, не идет ли Сэмми. Какое-то время с чердака не доносилось ни звука. Он вытащил из кармана швейцарский армейский нож, содрогнувшись от ощущения влажных комочков, в которые превратился оригинальный "прибор" Рочестера.
- В прошлый раз я пилил, босс. Теперь давай ты.
Грег принял нож немного неуверенно.
- Пошевеливайся, блин, - сказал Вон. - Он вернется с минуты на минуту. Я постою на стреме.
Грег вытащил лезвие и подошел к подвешенному трупу. Оказавшись рядом с ним, он заметил, что глаза у того открыты. Веки были удалены. Это был фирменный прием Сэмми. На тот случай, если у Грега осталась хотя бы капля надежды, что Сэмми не имеет к этому предмету искусства никакого отношения. Они с Воном бывали здесь раньше, но дверь всегда была закрыта. И они никогда не обращали на нее внимания. Грег попытался вспомнить, были ли в прошлом еще другие запертые для них двери.
Он встал перед Разделенным Человеком на колени, думая, насколько же больным должен быть Сэмми, чтобы держать дома голого чувака с кишками наружу. Та девка с собачьей головой и хвостом была куда уместнее.
- Поторопись! - скомандовал из дверного проема Вон. - Сэмми может спуститься в любую секунду!
Грег поморщился, словно снова и снова переживая неприятность с носком. Он потянулся к паху человека и схватил его за член. Эффект был молниеносным - гора неподвижных внутренностей повалилась наружу, лавиной накрыв Грегу руки и колени. Он отскочил назад, роняя склизкие мотки, скапливающиеся у него на бедрах. Они падали на ворсистый ковер с на удивление громкими шлепками.
Глаза друзей взметнулись к потолку, словно сквозь него можно было увидеть Сэмми. Когда этого не произошло, Вон ткнул пальцем в сторону Грега.
- Вернись и найди его!
Грег посмотел на него беспомощным взглядом маленького ребенока, чей след из хлебных крошек был склеван воронами.
- Ну же! - рявкнул Вон, как-то умудрившись понизить крик до шепота. Он не был уверен, что Сэмми взбесится из-за этого, но раз Сэмми держал Разделенного Человека в секрете, значит, тот был чем-то ему дорог. Несомненно, он заметит "изменения", но, возможно, не раньше, чем они станут на несколько миллионов долларов богаче. А если будет раздувать из мухи слона, у них по-прежнему будет возможность завалить его. Только им нужно постараться сделать все, как надо, потому что шанс у них будет только один. А парень явно не чурался хирургических вольностей с мужским телом.
Чтобы подобраться поближе, Грегу пришлось вступить в груду внутренностей. Они хлюпали под его ботинками. Левая нога у него едва не поскользнулась, пока он нащупывал ею, куда бы ступить, словно рыбак на замерзшем пруду. Одна кишка лопнула под его пытливым весом. Грег запустил руку в темный ком, продолжающий свисать из брюшной полости. На ощупь тот походил на клубок влажных змей. Грегу пришлось вытянуть пальцы и раздвигать в стороны мотки словно вертикальные жалюзи, чтобы снова добраться до промежности. Наконец, Грега это взбесило, и он схватил горсть и дернул, словно шнур стартера газонокосилки. Кишки порвались, забрызгав его желудочным соком. Он бросил их через плечо и схватил новую горсть. Тут один из проводов, удерживающих труп, лопнул. Потеряв равновесие, Разделенный Человек стал крениться, поэтому Грег подхватил его одной рукой, другой продолжая вытягивать желтоватые мотки. Он нащупал то, что искал, и ему пришлось прислониться к телу, чтобы оно не упало, пока он будет резать. Член поддался легко, размякнув со временем. Прикрыв его рукой, Грег выбрался из груды кишков. Тело рухнуло, повиснув руками на Греге, словно обнимая его.