Равиль Садыков – Мистерия. Человек, кот и крыса (страница 3)

А Денис пошёл к остановке.

«Идиот! – мысленно ругал себя он. – Впервые в жизни ему выпал шанс, а он…»

Ему стало стыдно за собственную неуклюжесть перед этой девушкой.

«В кои-то веки мне представился случай познакомиться с девушкой, а я не смог этим воспользоваться».

Денису было стыдно, и поэтому, когда на следующий день он вошёл в аудиторию, где к тому времени уже был Генка, Денис сделал вид, что не заметил его. Но это не помогло. Генка сам первый подошёл к Денису.

– Привет, Дёма, – весело заговорил с ним Генка. – Спасибо, что выручил. Ну, я тебе скажу…

И Генка принялся рассказывать о своих вчерашних похождениях. Денис слушал его отвлечённо. Ему казалось, что Генка вот-вот сейчас скажет, какой он, Денис, тюфяк, так и не смог заговорить с девушкой, и, может, даже как-то пошутит на эту тему. Наверняка уже Нина обо всём рассказала своей подруге. 26

– Кстати, – вдруг сказал Генка. – Нина о тебе спрашивала. Думаю, что ты смог произвести на неё впечатление.

Отчего-то, несмотря на всю свою неуклюжесть и немногословность и вопреки всем ожиданиям, Денис понравился Нине.

«Женщины – странные существа. Порой их логика поступков не вписывается в привычные для мужчин представления».

Глава третья

Денис захлопнул книгу и посмотрел на часы, которые показывали без четверти шесть.

– Какой же я идиот! – воскликнул он.

Денис сильно хлопнул себя ладонью по лбу.

– Назначить свидание и забыть об этом.

Денис выскочил из библиотеки и что было духу понёсся по улице. Прохожие останавливались и с удивлением оглядывались на бегущего, словно спешащего на пожар молодого человека. Расстояние от библиотеки до Александровского сада, где они назначили свидание, было немалое. 27

Всю дорогу пришлось бежать. Добравшись до сада, он остановился и попытался отдышаться. Конечно же, он опоздал.

Был вечер, конец августа. В воздухе уже ощущалось приближение осени, и парк почти опустел, только несколько запозднившихся посетителей прогуливались по аллеям парка. Оглядевшись по сторонам, он увидел Нину. Она сидела на скамейке в дальнем конце парка, едва склонив набок голову и о чём-то задумавшись. Её волосы были аккуратно зачёсаны назад и собраны на затылке в хвост, перевязанный алой шёлковой лентой. Одета она была в вязаную синюю кофту-кардиган, в белую блузку с длинными рукавами, манжеты которых выглядывали из-под рукавов кофты, в плиссированную ярко-жёлтую юбку чуть ниже колен, со множеством складок, а на ногах были надеты ярко-красные босоножки-танкеткис большими серебристыми застёжками на щиколотках. На коленях у неё покоилась сумочка такого же ярко-красного цвета, что и её обувь. 28 29 30

На мгновение в сознании Дениса всплыла Тициановская Мадонна, держащая на руках младенца – кроткая и смиренная. Нина однажды ему показывала репродукцию этой картины. Она мечтала стать искусствоведом, изучать искусство художников Высокого и Позднего возрождения, а пока она работала художником-реставратором в Эрмитаже. Иногда Денис встречал Нину после работы, и они шли гулять. 31 32 33

А однажды, воспользовавшись своим положением, Нина провела его в зал, где хранились мумии. Посетителей в зале не было. Они оказались в огромном просторном помещении, заставленном музейными экспонатами времён правления египетских фараонов, почти одни, если не считать мирно дремавшей в дальнем конце зала на стуле пожилой смотрительницы. Очутившись в окружении высохших за столетия трупов, Денису стало немного жутковато. Его пугал вид замотанных в лоскуты потемневшей от времени ткани, ссохшихся и почерневших от времени, полуистлевших человеческих тел, но он старался не подавать вида, хотя ему и хотелось поскорее выбраться из этого мрачного места. Нина же, напротив, казалось, не испытывала ни малейшего неудобства и с увлечением рассказывала о всех этих экзотических предметах, которые хранились за стеклянными витринами этого зала.

– Знаешь, – сказала Нина, когда они остановились возле одной из витрин с выставленной за стеклом скульптурой сидящей кошки, вырезанной из камня. – Египтяне верили в переселение душ. А индийцы до сих пор верят, что однажды душа человека сможет переселиться в какое-нибудь дерево, растение или животное.

– К примеру, в кошку, – шутливо произнёс Денис.

– Да.

Нина уловила в голосе Дениса сарказм.

– Не вижу в этом ничего смешного, – с обидой в голосе произнесла она. – Многие народы верили в переселение душ умерших людей в животных. К примеру, в Египте кошка всегда была священным животным – она даже считалась богиней.

– Богиней?! – Казалось, что Денис специально подтрунивает над Ниной. 34

Ему действительно нравилось наблюдать, как, обижаясь, Нина надувает губы, словно младенец, готовый вот-вот расплакаться.

– Да, богиней, и в этом нет ничего смешного, – с обидой в голосе произнесла Нина. – У них была богиня, которую звали Баст – женщина с головой кошки или льва. 35

Денис понял, что Нина на него действительно обиделась.

– Не обижайся. Я же просто пошутил, – сказал он, беря Нину за руку. Ему хотелось поскорее уйти отсюда. – Пойдём лучше я тебя провожу домой.

Оказавшись на улице, Денис глубоко выдохнул. Он не понимал отчего, когда они вошли в зал, на него навалилось какое-то странное гнетущее чувство. Он не мог объяснить это, но его словно бы опустили в сырую, смердящую гнилью и плесенью яму. Теперь ему стало лучше.

Они пошли пешком вдоль набережной в сторону Летнего сада, Троицкого моста в сторону Невского проспекта. Всю дорогу они шли держась за руки.

Денис впервые в жизни ощутил, насколько была дорога ему эта милая и пылкая девушка. Кто бы мог подумать, что однажды он сможет завоевать чью-то любовь, только одна мысль об этом когда-то казалась ему вздорной и несбыточной. Он был уверен, что в его жизни такого никогда не случится. Временами он едва сдерживал себя, чтобы не закричать от охватившего его ощущения счастья.

И вот сейчас, стоя у входа в Александровский сад, Денис испытал то же самое чувство.

Постояв немного и переведя дыхание, Денис пошёл к Нине.

Когда он подошёл, погружённая в собственные мысли Нина не сразу заметила его.

– Нина, – позвал её он.

Она посмотрела на него, словно отходя от охватившего её оцепенения.

– Денис, – произнесла Нина.

Голос её прозвучал мягко и негромко. Казалось, что она впервые встретила его после многих лет ожидания, словно вернувшись из долгого путешествия.

– Нина… – повторил он.

Он хотел попросить у неё прощения за своё опоздание, но она не дала ему договорить.

– Я знала, что ты задержишься, и поэтому никуда не уходила.

«Господи, какая же она славная!» – подумал Денис.

– Нина, прости меня. Я так рад, что ты меня дождалась. Я смогу тебе всё объяснить.

– Только не сейчас, – спокойным голосом произнесла девушка. – У меня два билета в «Аврору», и сеанс вот-вот начнётся, так что если мы хотим ещё успеть, то нам следует поторапливаться, – сухо и деловито проговорила Нина. 36

Его поразила её перемена. Теперь это была другая Нина, собранная и деловитая.

Она поднялась со скамейки, поправила оборочки юбки и, взяв его под руку, повела к выходу из сада. 37

Они едва успели к началу сеанса.

Денис не помнил, о чём был этот фильм. Он весь сеанс держал её руку, трепетно улавливая каждое её движение, каждое дуновение её дыхания. Он смотрел только на неё. Он был влюблён в эту девушку. Ему хотелось поцеловать её, но он упорно гнал от себя это навязчивое желание. К тому же Денис не знал, как к этому отнесётся сама Нина, а спросить её он не решался. А Нина – она всецело была поглощена происходящим на экране. Это был фильм «Спартак» с Криком Дугласом в главной роли – красивым, атлетически сложенным кумиром женщин – голливудская звезда. Нина смотрела на всё происходящее на экране будто заворожённая. Тогда как Дениса это нисколько не волновало. Он едва смог дождаться конца фильма. 38 39

Потом они гуляли и он проводил её домой.

Они постояли молча возле её подъезда. Прощаясь, он осторожно пожал её ладонь – маленькую и тёплую, которую она подала ему при расставании. При этом Нина едва заметно подалась вперёд, слегка приподнявшись на цыпочки, словно чего-то ожидая. Это длилось всего мгновение. Затем она высвободила ладонь из его руки, резко повернулась и через мгновение исчезла за дверью, которая с шумом захлопнулась за ней, издавая дребезжащий звук растянувшейся от времени пружины.

Уже было поздно, улицы города опустели, стали безлюдными. Денис шёл по пустынным улицам, думая о Нине, о том, что хотел бы провести с ней всю свою жизнь, и какая она замечательная, и какая она красивая.

«Что она нашла во мне? – думал Денис. – Вокруг столько парней, которые и красивее, и гораздо достойнее её».

Глава четвёртая

Так пронеслись несколько счастливых лет его жизни.

К концу учёбы Денис уже вполне представлял себе то, чему он хочет посвятить свою жизнь: он станет учёным-исследователем. Он непременно хотел себя посвятить науке. Посещение Эрмитажа заставило задуматься его, что же на самом деле есть человеческая жизнь и что такое смерть. Он понимал, что многие люди хотя бы раз в жизни задумывались об этом. Но, в отличие от других, он хочет найти ответ на этот извечный вопрос, который задавали себе люди на протяжении всей своей истории, во всяком случае, с того самого момента, когда человек смог впервые осознать себя живым существом и научился думать.