Равиль Садыков – Мамзер. Повесть (страница 2)

Все они приехали в Израиль из разных стран. Каждая из них поздоровалась с Ури, протягивая ему руку и называя свое имя. Последней была девушка, понравившаяся Ури.

– Анна, – подавая ему руку, не громким голосом произнесла она свое имя.

А он весь сгорая от смущения, осторожно, словно бы она была сделана из тонкого и хрупкого стекла взял ее ладонь в свою руку.

– Ури, – запинающимся от волнения голосом проговорил он.

Он почувствовал, как в эту минуту все его тело словно обдало жаром.

Анна пристально посмотрела на него.

– Hi! I know you, (Эй! А я знаю тебя), – сказала Анна и легкая улыбка скользнула по ее лицу, – We were on the same bus together. You also gave me a seat by the window (Мы вместе ехали в одном автобусе. Ты еще уступил мне место у окна). I have a good memory for faces (У меня хорошая память на лица).

– Sure (верно). – Ответил ей Ури.

Теперь он вспомнил, вероятно, поэтому, у него было такое ощущение, что ему знакомо ее лицо.

В это время, снова заиграла музыка, обрушившись на людей нескончаемым потоком, и вся компания устремилась в середину зала, увлекая за собой и его.

Когда вечеринка закончилась, уже почти рассвело, но Ури все еще не хотелось расставаться с Анной и он вызвался проводить ее. Танцевальный зал был недалеко от пляжа. Они пошли вдоль пустого берега. Море было спокойным и волны тихо ударялись о песчаный берег. Духота, которая царила ночью, отступила – спадая, словно пелена, давая возможность свежему утреннему воздуху наполнить мир. В нем улавливался аромат цветущих садов, смешанный с запахом моря. Первые лучи солнца, не столь еще жаркие, приятно ласкали их лица.

– Ури… – сказала Анна. – Мне нравится, как звучит твое имя. Что оно означает?

– Не знаю, – ответил он.

– Странно, – сказала Анна. – Людей обычно интересуют их имена.

– Меня это никогда не интересовало, – ответил он. – Имена нам дают наши родители, вкладывая в них какой-то свой, им только понятный смысл.

– Да, – согласилась она, – и все же интересно знать, что скрывается за всем этим. Вот хотя бы мое – возможно, именно оно привело меня в эту страну, так как в нем есть еврейские корни.

– Я никогда не задумывался об этом. Я не думаю, что имя может влиять на нашу судьбу, но возможно, ты права.

Они шли какое-то время молча. Потом Анна спросила:

– А твои родители, кто они?

– Обыкновенные люди. Как и все.

Анна отметила про себя, что Ури не очень-то был разговорчив.

– Ты не хочешь со мной говорить? – спросила она.

– Вовсе нет, – Ури неожиданно встрепенулся, – просто мне очень нравится слушать твой голос.

– Странно, – еще раз сказала она.

– Что именно? – спросил Ури.

– Вся наша жизнь очень странная. Никогда не думала, что вот так просто буду гулять вдоль берега Средиземного моря, не надо будет кутаться в теплое пальто, укрываясь от колючего ветра. Там, где я живу, море холодное. Мне кажется, что я словно очутилась в раю, но, к сожалению, это не так, все когда-нибудь заканчивается, как закончился этот вечер. Наш мир не такой идеальный, каким нам хотелось бы его себе представить.

– Ты права, – сказал он. – Мир не может быть таким, каким мы его себе рисуем в своем воображение.

Анна остановилась и присев, провела ладонью по песку.

– Он еще теплый.

Затем она встала, и они снова, не спеша, пошли вдоль берега.

– Расскажи мне о себе, – сказал Ури. – Почему ты решила приехать в Израиль?

– Все просто, – сказала Анна, – даже банально. Бросила учебу и сбежала от своих родителей. Так, ничего серьезного… – Говоря это, Анна посмотрела вдаль, туда, где сливались вместе небо и море. – Родители хотели, чтобы я училась в университете.

– А ты? – спросил Ури.

– Не знаю, – сказала Анна. – Я пока не решила, чего же именно я хочу. Я всю свою жизнь соглашалась с мнением других, пока однажды я вдруг не осознала, что все, что я делала до этой минуты – это не та жизнь, которой мне хотелось бы жить. Она была через чур скучной и однообразной, каждый день одно и тоже, вся она была расписана по минутам, мне казалось, что я знаю все наперед, то, что должно со мной произойти в следующее мгновение. Я сказала о своем решении родителям и был грандиозный скандал, после чего я, сбежала от них.

– Тебе наверняка было не легко?

– Да, но, я справилась. Несколько месяцев я жила у своих знакомых. Я скопила немного денег, но они однажды закончились, и тогда моя подруга рассказала мне, что можно записаться в волонтерскую группу, которая отправлялась в Израиль. Я очень обрадовалась, когда узнала об этом. Мне всегда казалось, что это необычная и сказочная страна, здесь свершаются самые великие чудеса и я подумала, что, окажись я на Святой земле и в моей жизни обязательно произойдет, какое-то чудо. В детстве моя бабушка иногда брала меня с собой в церковь и там я слушала истории, как Моисей провел свой народ через море и спас его, после чего, я буквально начала грезить этой страной. Мне своими глазами хотелось увидеть ее. Теперь моя мечта стала реальностью, разве это не удивительно?

Анна посмотрела на Ури.

– И сейчас, когда ты оказалась здесь, ты так же думаешь? – спросил ее Ури

– Да. – ответила Анна. – Все просто замечательно.

– Ты не скучаешь по дому и по своим родным? – спросил он.

– Не знаю. Дома уже давно нет. Мои родители много лет уже не живут вместе, сколько я их помню, они либо работали, либо выясняли между собой отношения. Однажды мама узнала, что у отца появилась другая женщина. После их развода я какое-то время жила с отцом и его подругой. Расставшись с папой, мама попыталась наладить свою личную жизнь. У нее периодически появлялись мужчины, но все они как-то быстро исчезали. Исчерпав все попытки, мама решила, что лучше будет жить одной и тогда я переехала к маме. Каждый из моих родителей пытался перетянуть меня, на свою сторону, словно бы я какая-то вещь. А я не вещь – я живой человек, и у меня то же есть чувства и мне то же бывает больно. Только они все равно так и не поняли этого. Им важнее было доказать друг другу, кто из них двоих меня больше любит.

Анна замолчала. Ури заметил, что, когда Анна рассказывала о своих переживаниях, в ее глазах отразилась боль.

Они снова молча пошли вдоль берега, каждый погруженный в собственные мысли и только плеск волн нарушал тишину. Первой нарушила молчание Анна.

– Теперь я здесь, – сказала она, словно подводя черту под неприятной темой и желая сменить ее.

Она улыбнулась и Ури увидел, что былой грусти на лице Анны, как будто вовсе и не было.

– А чем занимаешься ты? – спросила Анна, меняя их тему разговора.

– Ничего особенного…

Ури пожал плечами. Это вышло у него как-то неуклюже, по-детски, что вызвало у Анны улыбку.

– И все же? – боле настойчиво спросила его Анна.

Она толкнула его рукой в плечо.

– Ты не хочешь мне рассказать о себе – это секрет?

– Никакого секрета нет, – ответил ей Ури. – Я служу в армии.

– Это же здорово! – восторженно произнесла Анна. – Мне всегда нравились люди в форме. Ты наверняка очень смелый и сильный.

Она положила свою руку ему на плече, а затем провела ладонью по его предплечью.

– У тебя сильные руки, – сказала она.

– Ничего особенного, руки, как руки – стараясь скрыть свое смущение ответил Ури.

Но ему плохо это удавалось.

– Но если честно, – продолжил он, – то служба в армии мне нравится. Там я чувствую себя, что я на своем месте, все ясно и понятно…

– А Ави? – спросила Анна. – Вы друзья?

– Да. Ави мне как брат, я знаю его с детства. Мы вместе учились в одной школе, мы даже служили вместе срочную службу, пока его не перевели в другую часть, но выходные дни мы всегда проводим вместе.

Накатившая на берег волна тихо шевельнула прибрежный песок, перекатывая его крохотные частички, словно бы просеивая их. Анна взяла ладонь Ури в свою руку и они, молча шли вдоль берега, слушая шум набегающих волн. Несмотря на ранние часы, пляж уже начал оживать, наполняться людьми.

– Уже поздно, – сказала Анна, – и мне пора.

– Скорее рано, – пошутил Ури.

Со стороны Иудейских гор – на востоке, солнце уже высоко поднялось над линией горизонта.

– Да, – сказала она, – ты прав, уже совсем рассвело.