Равенна Ло – Восьмиконечная (страница 4)

И вот он, долгожданный момент, которого я ждала. Я вижу, как округляются глаза Маркуса, он открывает рот, чтобы парировать мне сопротивление, но тут же закрывает его, кажется, понимая, что от недостатка некоторой информации может закопать себя еще глубже. Правильно Маркус Валлес, теперь лучше помолчи. Я мимолетно встречаю поддержку в глазах Джереми и продолжаю описывать тонкости дела и связанной с ним мифологии.

– Третья жертва – Дженнифер Стоун, криминалист полиции Портленда, – с горечью добавил Сэм, – к сожалению, как выяснилось, и у нее были грехи, – он замолчал, понурив голову.

– Да, думаю даже с тем списком дел, что она натворила, она не заслужила того, что с ней случилось, – я глубоко вздохнула и продолжила рассказ вместо Сэма, – как мы выяснили, Дженнифер была замешана в нескольких странных делах, в которых была криминалистом. Мы думаем, что она может быть связана с подлогом результатов экспертиз, а также порчей некоторых проб. Все эти дела были развалены, преступники не понесли наказания и находятся на свободе, но после вновь открывшихся обстоятельств – их дела будут возобновлены и пересмотрены. На ней мы нашли записку с именем Эриды, богини споров и раздора, а также картину испанского художника «Яблоки», которая ранее находилась в Мадриде, Музее Прадо. Музей заявил о ее пропаже полгода назад.

– Если первое убийство произошло в марте, а картина украдена полгода назад… значит, он готовился? Минимум полгода, но думаю больше. Выкрал картину из Испании, фреску из Греции. Черт знает, откуда кольцо нашел. Да нет, больше года готовился точно… кто он такой? Он хитер, умен, расчетлив, последователен и, кажется, еще и богат, если может проворачивать подобное, – Уикхем будто разговаривал сам с собой, представители делегации начали в голос возмущаться безнаказанности и вседозволенности Хаоса. Валлес задумчиво смотрел на экран проектора, казалось его мысли где-то далеко, хоть сам он и находится в зале. Я окликнула Адэлин, но она осталась стоять как вкопанная у стенки, задумавшись о чем-то. В таком балагане громких обсуждений я не слышала даже своих мыслей. Я окликнула ее еще раз, но она по-прежнему осталась в себе, не шелохнувшись.

– Адэлин, с тобой все в порядке? – тихо спросила я, подойдя к ней. Девушка вздрогнула от моего прикосновения к ее руке, глаза заметались по залу, будто она совершила что-то ужасное и ищет место для укрытия, а кожа, казалось, стала еще бледнее.

– А? Да, да, простите Элизабет, я, да, конечно. Все в порядке. Я задумалась, чем я могу помочь? – лепетала девушка, нервно теребя край пиджака пальцами и часто моргая. Только сейчас я заметила, что ее волосы немного растрепаны, на лбу испарина, щеки наливаются румянцем, а дыхание, будто после спринта.

– Может тебе подышать воздухом? Тебе душно?

– Нет, что вы. Да, нет, да, немного жарковато, так много людей, я выйду на пару минут в уборную, – пробормотала она набор почти не связанных слов, развернулась и, не моргая, выскочила из конфенц-зала. Минуту я еще смотрела ей в след, не понимая, что сейчас произошло. Никто даже не обратил внимания на нашу короткую, занимательную беседу, и я решила продолжить обсуждение по последней жертве.

– Господа, давайте успокоимся и продолжим, – мужчины начали понемногу затихать, давая мне слово.

– Причем здесь картина с яблоками, – возмутился протяжным ноющим голосом Скот Мэнсон, будто подложить столь безвкусную, на его взгляд, картину на место убийства было моей бестолковой идеей.

– Яблоко раздора, – опередил меня Валлес, – в древнегреческой мифологии по легенде Эрида подбросила золотое яблоко раздора на свадьбе Пелея и Фетиды, что стало причиной ссоры Геры, Афины и Афродиты. Думаю, пояснять, что такое яблоко раздора не нужно?

От пренебрежительного тона Маркуса, Мэнсон побагровел и его голос стал еще выше и писклявее, – спасибо, я знаю, что это значит.

– Давайте вернемся к нашей теме. Четвертая жертва–Анна Джонсон, владелица маленького спиритического салона в центре Портленда. Она оказывала услуги по гаданиям, связывалась с умершими, делала обереги и даже насылала проклятья, – сидящий в кресле Валлес хмыкнул, и растянулся в насмешливой улыбке.

Что позволяет себе этот нахальный тип, с чего он взял, что может встревать в мой доклад своими хамскими выходками? Развалился здесь на нашем кресле и делает вид, что ему все дозволено, что он центр этой гребаной вселенной. Господи, дай мне сил сегодня выдержать это, я не должна подвести Джереми. Мало мне надменных взглядов Лукаса все совещание, так еще этого вычурного типа не хватало. Заметив, как уровень моей ярости начинает подниматься, Сэм поторопился продолжить рассказ за меня.

– Да, проклятье она точно наслала, только на себя. Клянусь, это самое необычное убийство из всех четырех, если это можно так назвать. Жертву подвесили так же к потолку, как и всех, но вот то, что убийца оставил нам в послание – это нечто. Имя, которое он дал Анне – Геката. Для тех, кто не в курсе – это богиня преисподней, магии и колдовства. Хотя это было ожидаемо, учитывая род деятельности мисс Джонсон. В номере мы нашли, – детектив замолчал, будто подбирая слова, – греческий магический папирус.

Валлес резко подскочил с кресла, и все присутствующие оглянулись на него, от улыбки не осталось и следа, его лицо выражало раздражительность и тревогу. Его скулы напряглись, а ноздри раздувались, будто ему не хватает воздуха, в глазах горела ярость. Он резко засунул руки в карманы брюк, приподнял подбородок, показывая свою надменность, и вышел из зала, не произнесся ни слова. Я посмотрела на Алека, но тот лишь пожал плечами, давая понять, что понятия не имеет, что происходит с его другом. Адэлин, которая тихо стояла в углу комнаты и, кажется, не дышала, еле слышно пролепетала, – я все улажу, – и застучала своими шпильками в сторону выхода.

– Нет, нет, подожди, – останавливает ее Джер и смотрит на меня, – дорогая, прошу, уточни у нашего гостя все ли с ним в порядке.

Я даже не поняла, в какой момент мои брови поползли вверх в изумлении. Минутная перепалка взглядами с боссом окончилась моим полнейшим поражением, и я направилась на выход в поисках нашего бесцеремонного гостя.

Обойдя несколько раз весь коридор этажа вдоль и поперек, я направилась к информационной стойке, но даже не успела задать интересующий меня вопрос миловидной девушке, застав самый интересный диалог между молоденькими сотрудницами, которые, по всей видимости, имели удовольствие встретить Валлеса.

– Господи, ты видела? – щебечет маленькая брюнетка на шпильках в облегающей юбке и полупрозрачной блузке, работающая в отделе маркетинга на втором этаже, – какой он горячий, как вихрь тут пролетел, представляешь, какой он в постели? Интересно кто он такой, я его здесь раньше не видела.

– Хочешь познакомиться? – смеется девчушка с информационной стойки, – наверняка у него уже есть девушка, такой парень не может быть свободен.

– И что? Как будто это меня когда-то останавливало, – надувает губки брюнетка.

– Ну, так иди и познакомься, кажется, он зашел в студийную комнату, там и диванчик есть, – подмигивает вторая.

– Пожалуй, так и сделаю, – ухмыляясь, одергивает юбку брюнетка и собирается парировать к Валлесу.

– О, вот ты где, – подбегаю и хватаю я ее за локоть, делая вид, что запыхалась, – это ведь ты… – я машу рукой и кашляю, выдерживая паузу, чтобы девушка сама представилась.

– Миранда.

– Миранда, – вторю я эхом и делаю вид, что знала ее имя, – господи, все с ног сбились, тебя ищут, а ты здесь.

– Чего? Кто меня ищет? Ты кто? – возникает Миранда, одергивая руку из моей цепкой хватки.

– Джереми Мэтьюс, он ищет тебя, у него какие-то вопросы по макету или проекту, я не знаю, все в отделе бегают и ищут тебя, – вру я первое, что приходит в голову. Девушка выгибает бровь, не понимая, о чем я говорю.

– Чего? Каким макетом? Я работаю с клиентами редакции, я не делала никаких макетов, – сходит она на крик. Я засовываю руки в карманы, расслабляя плечи, и делаю равнодушный взгляд.

– Слушай, я ведь хотела как лучше, встретила тебя здесь, сказала, что тебя ищет босс, пытаюсь спасти тебя от увольнения, он там твой отдел рвет на части, разбирайтесь сами.

Глаза Миранды округляются, она срывается с места и бежит к лифту. Девушка с информационной стойки испуганно смотрит то на меня, то на свою подругу, убегающую прочь. Я вздыхаю, пожимая плечами, и с чувством выполненного долга направляюсь к студийной комнате. Плевать я хотела на этого пупа земли, но он сейчас мне нужен и у меня нет времени ждать, когда эта распутная девка закончит с ним свои шашни. Прости, Миранда, придется тебе найти другой объект сексуальных фантазий.

– Мистер Валлес? – окликнула я гостя, заходя в студийную комнату, но никто не отозвался. Я оглядела зал и услышала, словно тихий шепот, доносящийся из комнаты записи. Видимо Маркус говорил с кем-то по телефону и не мог слышать, как я вошла. Я подошла к отражающему стеклу и увидела, как он ругается с кем-то по сотовому. Любопытство осилило верх, я подошла к приоткрытой двери и тихо прислонилась, чтобы разобрать слова.

– Нет, это я тебе говорю, а ты слушай! Выясни, когда и как, были украдены эти чертовы пергаменты! Мне глубоко плевать на твои оправдания, я пробуду в Портленде до завтра и это твой срок, чтобы предоставить мне информацию! Иначе, сам будешь разбираться с заказчиком! И еще найди мне все, что сможешь на одного человека, я вышлю данные в сообщении, – холодный и угрожающий голос Валлеса пробирал до дрожи. Он протяжно замолчал. Не нужно было видеть его, чтобы понять, что он насторожился и напрягся, будто чувствуя, что его подслушивают. Я уже хотела выметаться из комнаты и ждать его снаружи, но он продолжил, – Это точно, да. Ты сможешь раздобыть информацию к вечеру?