Raund Alex – Другой мир. Кровавые пески (страница 4)

Судя по численности мятежной армии, тут собрались все их воины, отряды и налётчики. Рескупория и Филиппа это не испугало, и они без всяких сомнений вызвали Дрегома на битву прямо под Опалисом.

Армия мятежных государств не являлась профессиональной. Она состояла из разных отрядов и батальонов наёмников, разных народов. Естественно, в такой армии не будет и намёка на дисциплину или порядок. Мятежные войска не умели строиться ни в шеренги, ни в ромб, ни в каре, если говорить о пехоте. Конница также не была обучена удару клином или равномерной шеренгой. На тот момент мятежники могли похвастаться лишь своей численностью. Наконец, настало время главного сражения, после которого решится судьба маленького Северного государства.

Вот армия Мериории начинает строиться напротив толп мятежников. Рескупорий расстанавливает войска умело, строит их в каре. Построение каре очень эффективно в обороне, так как между батальонами образуются зоны перекрёстного огня. У врага, который попал между батальонами, построенными таким образом, не оставалось ни малейшего шанса на выживание. Для прикрытия пехоты и артиллерии Рескупорий расположил на флангах конницу. Долго император затягивать не стал – по окончании построения приказал зарядить в пушки разрывные снаряды и начал обстреливать мятежников.

Снаряды со свистом падали на голову солдатам мятежной армии, и каждый хорошо упавший снаряд уносил десятки жизней. Дрегом увидел, что теряет людей, и приказал своим людям немедленно броситься в атаку на мериорцев. Тем временем Филипп уже был готов дать отпор и скомандовал заранее примкнуть к ружьям штыки и прицелиться в бегущую на них мятежную орду. Как только силы неприятеля были в зоне поражения, Филипп скомандовал открыть огонь, и залп из мушкетов накрыл мятежников, словно лавиной. Пули попадали людям в руки, ноги, простреливали головы, грудные клетки, пробивали лица, а падающие сверху на головы снаряды разрывали плоть на куски.

Развязалась перестрелка, уже и мятежники открыли огонь из артиллерии, а их пехота уплотнилась и вела стрельбу по мериорским шеренгам. Рескупорий понимал, что нужно срочно что-то придумать, пока его армия не потеряла инициативу на поле боя. Он решает зайти Дрегому во фланги с двух сторон конницей и ударить в самое сердце его армии.

Рескупорий вместе со своими людьми принялся осуществлять задуманное, а Филипп, вынув саблю из ножен, приказал пехоте броситься в ближний бой. Это дало Рескупорию время на манёвр. Он обошёл силы Дрегома и взял и его самого, и его людей в кольцо. Теперь оставалось вырезать окруженные силы противника, но у мятежников было ещё очень много солдат, и они не собирались просто так погибать или сдаваться.

Рескупорий совершил ошибку: после выполнения манёвра ему следовало выйти из боя, но он продолжал биться вместе со всеми. Вскоре он получает серьёзное ранение в грудь – это было попадание мушкета. Уже через минуту второе не менее серьёзное ранение в спину – пуля пробила лёгкое. Задыхаясь и падая с коня, Рескупорий получает последнее, смертельное, ранение в шею – пуля прошла насквозь, и император упал на землю, захлёбываясь своей кровью.

Филипп, узнав о смерти отца, не растерялся, он принял командование всеми войсками и приказал держаться до последнего. Совсем скоро силы мятежников ослабли, большая часть их войска уже было перебита. Дрегом сражался где-то в самом центре. Именно туда и угодил последний разрывной снаряд, который положил конец битве и войне с мятежными государствами. Битва была окончена, остатки мятежных войск разбежались, от их лидера остались лишь разбросанные по всему полю конечности, победа досталась мериорцам.

Позже Филипп захватил последний город и присоединил последний Северный регион к своей державе. Своего отца он похоронил неподалёку от поля битвы, а после отправился со своей армией домой в Пеллис. На фоне траура над погибшим царём стояло торжество и радость от победы над постоянно угнетающим Мериорию врагом.

Это сражение было началом великих походов и завоеваний Мериории. Но судьба Северного государства и его народа лежит далеко не в руках Филиппа, она будет лежать в руках его сына, который и поведёт свою страну к победе и могуществу.

Глава 7

Падение Южного Царства

Южное Царство располагалось одной своей частью на юге и имело несколько городов на востоке. Одну часть юга от другой отделял узкий пролив, через который государство Виргис перебросило огромный каменный мост.

К большому сожалению, соседями Южного Царства были Западные королевства и государство Великих Тикуреев. Такое соседство предполагало, что со всех сторон Виргис был окружен врагами. С запада – королевством рыцарей, готовым в любой момент напасть и желающим новых земель, а с востока – жестокими тикуреями, которые уже давно положили глаз на Южные земли. Само расположение государства Виргис было очень выгодным, словно это были врата в загадочный Восток и обратно. Единственный союзник – Мериория – обеспечивал защиту с севера, после того как захватил все мятежные земли.

Великие Тикуреи уже несколько лет готовятся к военному походу. Их батальоны и артиллерия на границах Южного Царства уже устали ждать. Но Султан, зная, что война непредсказуема, решил собрать армию численностью в триста тысяч человек, чтобы отправиться на завоевания Юга, а затем и Западных земель.

Султан Аль-Эд-Давла уже спал и видел, как его бесчисленные полчища вторгаются в Южные земли и захватывают город за городом. Захват Южных земель означал, что Восточная армия сможет беспрепятственно вторгнуться в Западные королевства.

Наконец по наступлении весны, собрав триста тысяч солдат, Султан двинулся на Виргис без предупреждения о начале войны. Он хотел внезапно вторгнуться в Южное Царство, быстро разбить его армию и захватить все земли.

Под началом Аль-Эд-Давлы было сто пятьдесят тысяч пехотинцев, девяносто тысяч тяжелых и шестьдесят тысяч легких, также он набрал семьдесят тысяч боевых слонов и восемьдесят тысяч артиллеристов, а значит, около сорока тысяч орудий.

Земли Южного Царства, располагающиеся в восточной части, сразу пали, без особого сопротивления. Уже через два года Аль-Эд-Давла подошёл со своей армией к столице Виргиса Кандополису – одному из самых великих городов нашего мира, а также одному из торговых центров.

Император Южного Царства понял, что своими силами он не справится с тикуреями. Он отправляет гонца в Мериорию с просьбой о военной помощи. Филипп, оценивая ситуацию и чувствуя опасность вторжения Султана, приказал срочно собрать войско и отправить его на помощь Южному Царству.

Филипп не стал отправлять всю мериорскую армию, он понимал, что нужно оставить людей и на защиту своих земель. Поэтому собрал двенадцать тысяч человек. Восемь тысяч пехотинцев, три тысячи всадников и тысячу артиллеристов, а это четыреста орудий и офицерский корпус численностью в двести человек. Во главе поставил одного из лучших своих генералов – генерала конных батальонов Агнуса.

Константин собрал стотысячное войско. Семьдесят тысяч пехотинцев, двадцать тысяч легких всадников и десять тысяч артиллеристов, а также пять тысяч орудий. Константин лично возглавил свои войска вместе со своими двумя сыновьями Тидрихом и Метром.

Место сбора и сражения было выбрано соответственно – неподалёку от столицы Виргиса, на равнине, окруженной небольшими холмами. Там объединённые войска Юга и Севера должны были принять бой.

До начала сражения оставалось несколько часов, обе стороны начали подготовку и построение. Мериорцы занимали оборонительные позиции на холмах. Было решено, что в первых линиях будут стоять пехотинцы Южного Царства, так как у них были щиты и они могли дольше удерживать натиск противника, позади них располагалась пехота Мериории, орудия установили на высотах, чтобы они могли покрывать огнём все вражеские войска, с флангов расположили легких конников Южного Царства, а для контратаки оставили всадников Мериории.

Султан выстраивался для атаки, поэтому, чтобы сразу нанести сокрушительный удар по позициям обороняющихся, в первые ряды он поставил лёгкую пехоту, сразу за ней боевых слонов с мелкокалиберной артиллерией на спинах, а между слонами расположил тяжёлых пехотинцев.

За несколько минут до начала сражения, когда пыль, поднявшуюся от марширующих солдат, сдул ветер и обороняющиеся увидели всю огромную армию Востока, их вера в победу улетучилась вместе с пылью. В строях пошли разговоры об отступлении.

Константин побледнел, в его сердце поселился страх, его сыновья тоже растерянно глядели в сторону медленно наступающего противника. Тогда генерал Мериории Агнус взял инициативу в свои руки и скомандовал всем артиллеристам немедленно открыть огонь по врагу.

Тысячи орудий загрохотали подобно буре, поднялся дым и рёв. На идущую армию Султана со свистом посыпались снаряды. Затем Агнус скомандовал пехотинцам Виргиса в первых рядах сомкнуть щиты и прицелиться, он не стал открывать огонь впустую – решил подождать, пока враг подойдёт поближе.

Легкая пехота Султана была уже совсем близко, но приближалась она в рассредоточенном боевом порядке из-за того, что артиллерия оборонявшихся обрушивала на их головы дождь из снарядов. Перед тем как произвести залп по первой линии Южных пехотинцев, Султан приказал сомкнуть ряды и держать строй. После этого он приказал немедленно атаковать. Пехотинцы открыли огонь, но результатов эта атака не дала, так как сомкнутые щиты пехоты Южного Царства отлично защищали солдат. Затем Агнус приказал открыть ответный огонь по противнику из всех орудий. Подобно порыву ветра, залп пехоты Юга снёс воинов Султана. Они падали один за другим, пули уносили сотни жизней, несчастные воины Востока пытались спрятаться за телами погибших друзей, но это было бесполезно.