Рацлава Зарецкая – Такая разная любовь (страница 98)
— Здрасьте, — выдавила я, поймав на себе взгляд болотных глаз парня.
— Стас, — представился он.
— А ее Василиса зовут, — вклинилась Машка. — Идите, потанцуйте, дети мои.
Я уставилась на Машку как на инопланетянина. Что она такое буровит?
— Но… — начала было я, но подруга не дала мне договорить.
— Не хочешь с другом, попробуй с незнакомцем, — шепнула она мне на ухо и толкнула в объятия довольного Стаса.
Как назло, энергичная музыка сменилась медляком, и парень, притянув меня к себе, начал двигаться в такт приятной мелодии.
Поначалу я планировала подарить Стасу всего один танец и, распрощавшись с ним, вернуться к Машке, но что-то явно пошло не так.
Стас был слишком близко, но не позволял себе вольностей типа поглаживания моих ягодиц. Он просто прижимал меня к себе и молча вел танец, невесомо касаясь моей талии. От его тепла и запаха одеколона, который был похож на тот, которым всегда пользовался Антон, я расслабилась и начала получать удовольствие. В какой-то момент я заглянула в лицо Стаса и увидела его улыбку. Улыбнувшись в ответ, я осталась еще на один танец. И еще на один. И еще.
Тело быстро вспомнило мою прошлую жизнь, когда клубы были моим вторым домом, и изгибалось так, словно я раньше занималась гимнастикой.
— Хочешь пить? Ты вся мокрая, — спросил меня Стас, когда я, задыхаясь, облокотилась на его плечо после очередного танца.
— Очень хочу. Принесешь колы?
Он кивнул и направился к бару, а уже минут через пять возвращался с двумя большими запотевшими бокалами холодной колы. Я с жадностью наткнулась на напиток и осушила оба бокала.
Силы снова наполнили мое тело, и я почувствовала, будто заново родилась. Однако уже через три танца я ощутила небольшую слабость в ногах.
— Ты устала, — сказал Стас, притягивая меня к себе, когда в очередной раз заиграла медленная музыка.
Уронив голову ему на плечо, я прикрыла глаза и начала медленно перебирать ногами и плавно раскачиваться в разные стороны.
Когда шея затекла, я приподняла голову и вдруг увидела Машку в обнимку с каким-то парнем. Подруга жалась к нему так, словно хотела в него впечататься, а руки парня блуждали по ее спине (спасибо, что не по попе!). Близоруко прищурившись, я чуть не ойкнула от удивления. Машка танцевала с Данькой! Да быть такого не может…
Внезапно моя голова так закружилась, что я мгновенно потеряла из виду не только Машку с Данькой, но и Стаса, и вообще весь танцпол.
Благо, упасть мне не дали сильные мужские руки.
— Тебе нехорошо? Может, выйдем на улицу?
— Да, выйдем, — пролепетала я, одной рукой хватаясь за воздух, а другой за того, кто держал меня.
Как его зовут?…
Забыла…
На свежем воздухе мне лучше не стало. Даже наоборот, я бы сказала. Потому что, отлепившись от парня, который меня держал, я вдруг увидела перед собой Антона. Не того Антона, что был частью моего воображения, а живого Антона, настоящего. Он придерживал меня за локти и озабоченно вглядывался в мое лицо.
— Василиса. Ты в порядке? — спросил он.
— Антошка, — прошептала я, улыбаясь ему.
Сегодня какой-то день глюков. То Машка, обнимающая Даньку, теперь вот Антон воплоти. Я что, кальяна нанюхалась? Если да, то кальян был чертовски ядреный, раз я такие приходы с него ловлю.
— Антош, мне тут плохо, — захныкала я. — Давай уйдем. Хочу домой.
Антон улыбнулся какой-то странной, чужой улыбкой, и сказал:
— Пойдем.
Обрадовавшись, я вцепилась в его руку и пошла следом за ним. Мысли путались, голова кружилась, а ноги подкашивались, но все это было не важно, ведь за руку я держала настоящего Антона. Его запах казался таким родным, таким приятным, что мне хотелось закрыть глаза и начать мурлыкать.
Мне показалось, что мы свернули с освещенной улицы в какой-то переулок.
— Антош, а куда мы?
— Домой, — ответил он, прижимая меня к прохладной кирпичной стене.
Со стороны повеяло кислым помойным запахом.
— Ты скучала по мне, Василиса? — спросил Антон, склоняясь к моей шее.
Я хотела возмутиться, что тут стремно попахивает, но когда его губы коснулись моей кожи, все мысли разом вылетели из головы.
— Антон… — выдохнула я, закрывая глаза.
— Да, это я, — шепнул он мне в ухо и, засунув руки мне под футболку, жадно поцеловал мои приоткрытые губы.
Я обвила плечи Антона руками, закрыла глаза и жадно вдохнула его запах, который, почему-то, показался мне уже не таким родным. Одеколон был тем же, но вот другие нотки показались мне чужими. Может, это из-за помойки?
Я приоткрыла глаза и взглянула на волосы Антона, которые вдруг стали темнее. Наверно, это потому, что мы стоим в темном переулке…
Пока я вяло размышляла над этими странностями, Антон увлеченно продолжал целовать меня так, словно хотел съесть. Мое сознание все еще было вялым и не могло сложить два и два, чтобы понять, что что-то не так. Руки Антона блуждали под моей футболкой, дразня покрытую мурашками кожу. Господи, как же я истосковалась по этим ласкам…
В момент, когда Антон оторвался от моих губ и принялся целовать мою шею, я невольно издала тихий стон и зачем-то открыла глаза.
За спиной Антона стоял Саша и с горящими от злости глазами смотрел на меня.
На миг мне показалось, что это еще один глюк, поэтому я крепко зажмурила глаза, а потом резко их открыла, однако Саша продолжал стоять на месте и, кажется, выглядел теперь еще злее.
Пелена с моего сознания как-то резко спала. Одновременно я осознала,
В панике я попыталась оттолкнуть от себя Лжеантона, но Саша меня опередил. Схватив Стаса за волосы, он резким движением оторвал его от меня, развернул к себе и с размаху вдарил ему кулаком по лицу. Послышался неприятный хруст и крик боли.
Стас обмяк и рухнул на колени, хватаясь за нос.
— Какого хрена? — гундосо завопил он.
В ответ Саша грубо пнул Стаса ногой в живот. Парень завалился на бок и застонал. Обойдя его, Саша остановился и со всей дури ударил Стаса ногой по спине. Парень закричал, а я охнула и вжалась в кирпичную стену.
Повернувшись ко мне, Саша замер ненадолго, а потом его лицо брезгливо искривилось.
— Шлюха, — процедил он, смотря на меня с такой ненавистью, что мои колени задолжали от испуга.
Сейчас он меня ударит. Обязательно ударит…
— Ты такая же, как и моя жена. Вы все одинаковые. В женщине нет ни капли преданности.
Возможно, мне стоило как-то оправдаться. Попытаться убедить его, что целовалась со Стасом под действием чего-то. Уж извините, но будучи в здравом уме я бы ни за что к нему не полезла! Однако что-то подсказывало мне, что оправдания тут не помогут. В глазах Саши я видела жгучую ненависть такой силы, что на словах не передать. Возможно, раньше он чертовски любил меня, но сейчас он чертовски меня ненавидел.
Оставалось вжиматься в стену и ждать чудо, которое, собственно, пришло ко мне в образе Максима.
Он вдруг появился, откуда ни возьмись, и налетел на Сашу, сбив его с ног. Не давая ему опомниться, Макс несколько раз ударил его по лицу, а потом ногой долбанул Сашу по колену. Разумеется, он не устоял и упал на спину, хватаясь за больную ногу.
— Скотина, — прошипел он и сплюнул кровь.
Макс брезгливо взглянул на него, а потом подошел ко мне и тихо спросил:
— Ты как?
— Нормально, — хрипло ответила я.
— Он тебе ничего не сделал?
— Не успел.
Максим облегченно выдохнул и достал телефон. Все еще пристально глядя на корчащегося от боли Сашу, Воронов прижал телефон к уху и через несколько секунд сказал:
— Я ее нашел. Мы через пару домов от клуба. Идите по аллее и сверните направо, в переулок. Нет, не заблудитесь, там Лиля стоит.