Рацлава Зарецкая – Моё темноглазое несчастье (страница 19)

– Ну вот и проснулся бабайка, – вздохнула я.

Бабайка Джэхи провел пятерней по своим взъерошенным волосам, широко зевнул и потянулся. Футболка задралась кверху, и я заметила кубики на его животе.

Проследив за моим взглядом, Джэхи самодовольно ухмыльнулся.

– А говорят, мужики ни одной юбки не пропустят.

– Чего?! – возмутилась я, сразу же отведя взгляд от его живота.

– Я видел, на что ты пялилась. Понравилось?

– Вообще нет!

– Не ври, у тебя даже слюни потекли.

– Не говори ерунды! – разозлилась я. – Я вообще на другое место смотрела!

– И на какой же? Которое чуть ниже? – Джэхи продолжал с интересом наблюдать за мной. При этом взгляд у него был как у хищника, который смотрит на свою добычу и предвкушает скорый ужин.

– Которое под тобой! – вовремя нашлась я. – На свою кровать я смотрела, в которой ты всю ночь дрых без задних ног. Вставай уже, я после тебя буду постельное белье менять.

Думала, Джэхи скажет что-то язвительное, но он промолчал. Лишь тихо усмехнулся, встал с кровати и направился к двери. Ну очень странный тип…

Я схватила плед и принялась складывать его. Вдруг мой взгляд скользнул по стене напротив.

– Это что еще такое?! – воскликнула я, указывая пальцем на огромную бумагу с непонятными каракулями.

Джэхи повернулся ко мне, посмотрел на место, куда я указывала пальцем, и протянул:

– А-а-а, это мне не спалось ночью. Думаю, тебе пригодится.

Я откинула плед в сторону и подошла к стене. Склеенные скотчем листы формата А4 были исписаны кривыми и непонятными корейскими буквами. Я щурилась, пытаясь вчитаться и понять, что вообще он тут понаписал, но это было выше моих сил. Единственное что я разобрала, это число и стрелочки.

– Что это за… – пробубнила я и тут же осеклась. Осознание пришло неожиданно, как гром среди ясного неба. – Это же жертвы Чокнутого акушера! Но откуда ты?..

Я повернулась к Джэхи и непонимающе уставилась на него. Странно, я же отобрала у него дело, откуда он взял даты рождения и смерти каждой жертвы?

– У меня просто очень хорошая память, – пожал плечами Джэхи.

Наверное, сейчас бы в моих глазах горел восторг, если бы не переполнявшее меня негодование. Какого хрена он сует свой мерзкий звездный нос в мое дело?! Ох, я с ним за это время инфаркт заработаю, честное слово!

Однако долго злиться я не смогла. Мой взгляд то и дело скользил по непонятным каракулям – я с трудом пыталась вчитаться в них. Нет, ну этот гад точно надо мной издевается! Почему не написал на английском?! Так, стоп, а как он вообще смог понять, что там написано?..

– Ты что, знаешь русский? – спросила я на английском.

Джэхи уставился на меня как на умалишенную.

– С чего вдруг?

– С того, что информация в деле написана по-русски! – воскликнула я, уперев руки в бока.

– Я через приложение на планшете перевел, – было мне ответом.

– А-а-а, – протянула я, почему-то не особенно веря ему. Хотя все логично. Как еще бы он понял, что в деле написано.

– Тебя не смущает, что две жертвы умерли на остановках, которые расположены друг от друга всего в шести километрах? – Джэхи подошел ко мне и встал рядом, задумчиво разглядывая написанное.

– Смутило, если бы я смогла разобрать эти каракули, – возмущенно заметила я, указывая на кривые буквы. – Ты же актер, как ты автографы раздаешь с таким ущербным почерком?

– Ну, я…

– Стоп! – До меня только что дошел смысл его слов. – Как ты узнал, что эти две остановки находятся рядом?!

Джэхи на мгновение притих, потом вздохнул, провел пятерней по волосам и что-то пробормотал.

– Чего?! – переспросила я. – Четче говори! Тебя на актерских курсах дикции не учили разве?

– Я взял телефон у Юры. Ночью.

– Едрить твою через коромысло! – вырвалось у меня на чистом русском. – Меня теперь Кравцов убьет!

– За то, что я воспользовался интернетом на чужом телефоне? – изогнул черные брови Джэхи.

– Что еще ты делал? – накинулась я на актера. – Кому звонил? Кому писал? Ты понимаешь, что тебе вообще нельзя самому с кем-либо связываться?

– Мира, успокойся! Я никому не звонил и не писал! – начал оправдываться Джэхи, но я его уже не слушала.

Во мне взыграла паника. Настоящая паника. Обычно я никогда так не переживала. Все нервы и панические атаки уже в прошлом, сейчас я другая – сильная, уверенная, здравомыслящая. Но если я провалю это задание…

– Мира! – Джэхи вдруг схватил меня за плечи и слегка встряхнул. – Слушаешь меня? Все нормально, я просто забил в поисковике места, где нашли мертвых женщин.

– И в больницу не звонил? – промямлила я, уставившись на актера невидящими глазами.

– В больницу? – переспросил он.

На несколько секунд воцарилось молчание. Джэхи будто бы думал над ответом: звонил или не звонил?

– Нет, я не звонил в больницу, – едва слышно сказал он. – И никогда не позвоню. Потому что прекрасно понимаю, что одним этим звонком я могу навредить и себе, и сестре.

Мой взгляд наконец-то прояснился. Лицо Джэхи было совсем рядом с моим. Я разглядела темные круги под глазами, которых еще вчера у него не было. Видимо, он никак не мог уснуть на новом месте, поэтому всю ночь думал над этим делом. Возможно, переживал за сестру и пытался таким способом отвлечься от тревожных мыслей.

– Очень удобная штука, – хрипло сказала я, указав на лист на стене. – Только давай перепишем? Лучше пусть будут английские буквы. И писать буду я, хорошо?

Джэхи кивнул и, сказав, что ему нужно в ванну, вышел из комнаты. Я же, усевшись на полу и вооружившись цветными фломастерами, занялась созданием нового листа с подсказками. На этот раз вышло куда понятнее и красивее, что не удивительно, ведь за дело взялась я.

Джэхи вернулся спустя минут двадцать. Он встал за моей за спиной и с интересом принялся наблюдать за тем, как я старательно вырисовываю красные линии, соединяя жертв с красовавшимся в середине жирным знаком вопроса. Всего линий было пять, а жертв – шесть. Пять в Алексеевске и одна, шестая, в Москве. Эту неизвестную я разместила в сторонке, приписав под словом «неопознанная» дату, место и причину смерти. Сведений об остальных жертвах было куда больше.

1. Дарья Савельева, 08.09.1995 – 30.03.2017. Найдена на остановке «Славяночка».

2. Анастасия Овчинникова, 24.01.1998 – 19.04.2017. Найдена в лесу Зеленоградского района.

3. Карина Дикова, 13.11.1991 – 28.04.2017, Найдена на остановке «Золотое Кольцо» (следующая остановка за «Славяночкой»).

4. Ксения Каштанова, 06.10.2001 – 23.11.2017. Найдена в своей квартире.

5. Алина Морозова, 15.08.1997 – 20.02.2018. Найдена в лесу Зеленоградского района.

– Ну да, так понятнее, – признал Джэхи после того, как я закончила с красными линиями.

– Разумеется, – довольно ухмыльнулась я, разглядывая свою работу. – Я даже выделила зеленым моменты, которые, на мой взгляд, связаны между собой.

– Места, где нашли тела Дарьи Савельевой и Карины Диковой?

– Да. Возможно, рядом находится место, где он их оперирует, – предположила я, задумчиво обведя подчеркнутые улицы еще и желтым фломастером.

– Очень может быть, – поддержал мою догадку Джэхи. – Если я не ошибаюсь, в этом районе только частный сектор, без многоквартирных домов, так?

– Так, – кивнула я. – А еще кладбище.

Джэхи нервно хохотнул, а я пробежалась по жертвам и, указав на Ксению, добавила:

– По словам родителей, эта девушка накануне была на вечернике, однако ее друзья данный факт не подтвердили.

– Потому что ходила она вовсе не на вечеринку, а на операцию, – продолжил мою мысль Джэхи.

– Именно! – Я щелкнула пальцами и довольно улыбнулась.

Удивительно, но наши мысли сейчас настолько схожи, словно мы – один человек.