Рати Ошун – Рабыня: без права на любовь (СИ) (страница 24)
— Все хорошо, милая. Прости, ты устала, а я не смог сдержаться, — он убрал с ее влажного лба прилипшие волосы и прикоснулся к коже самым целомудренным из поцелуев. — Спи, моя Лив. Об остальном мы подумаем завтра.
Она рухнула в сон, как в бездонную черную дыру. Вымотанная, уставшая, измученная тяжелыми сутками и бесконечной страстью. Рядом Оливия чувствовала горячее тело Дерека, тяжелая рука лежала на талии, даря ощущение странного покоя и правильности. Кто же он? Любил её когда-то и почему полюбил опять? Когда-нибудь она обязательно узнает.
Лив, не открывая глаз, нащупала рукой одеяло и подтянула к подбородку. Как же холодно, ужас какой-то, кто додумался открыть окно? Сквозняк. Прохладный воздух и эти раздражающие комары. Тело все еще ныло после безумной ночи, вспоминало горячие прикосновения. Девушка вытянула вперед руку, пытаясь нащупать теплого Дерека, к которому можно было, пусть и ненадолго, прижаться, чтобы согреться. Но наткнулась на холодную стену. Оливия открыла глаза и едва не подпрыгнула на своей полутораспальной кровати. Оглянулась и несколько раз потерла глаза, ущипнула себя и рухнула на подушку.
На потолке блекло светились наклеенные звездочки и танцевали свои странные танцы узоры обоев. Оливия ошалело улыбнулась, не веря собственному счастью.
Дома.
Вот только почему в следующую секунду захотелось рыдать? Почему сердце сжалось до боли? Она не успела попрощаться ни с кем: ни с Нилом, ни с Лейном, ни с Майли….Дерек. Он проснется, а её нет рядом. Так же, как она сейчас нащупала стену, он прикоснется к пустоте. Горло болезненно сжало. Слезы потекли по щекам сами собой.
Прорыдав несколько часов, Лив пришла в себя. Нужно было понять, сколько она отсутствовала и как теперь с этим быть. Возможно, её считают пропавшей без вести и квартира, в которой она проснулась, больше ей не принадлежит.
Отражение в зеркале успокоило и напугало одновременно. Дата электронных часах заставила вздрогнуть, истерично рассмеяться, упав на ковер.
— Оливия Хорнби, это был сон…просто сон.
Она не отсутствовала ни дня. На неё все тот же прикид с вечеринки, растекшаяся тушь и следы нелепой укладки. Видимо, как пришла, так и рухнула на кровать. Черт, как же обидно, что самый невероятный секс в ее жизни был только во сне! Но как радостно, что весь тот ад, что ей снился, нереален.
Все это не больше, чем плод ее разыгравшегося воображения. Вполне возможно, в баре им подлили что-то в коктейль. Иногда там промышляют такими вещами, чтобы девочки были погорячее.
Истерику остановил только холодный душ. Ледяная вода остудила вспыхнувшую панику. Змейка. Маленькая, искусная змейка была на месте. Метка Евы, как живое напоминание о случившемся…
Оливия очнулась от кошмарного сна, ей удалось спастись из мира амонов и вернуться домой. Но, остервенело смывая с кожи унижение, могла ли она подумать, что мир её кошмаров не готов расстаться с ней? Могла ли она представить, что вернулась домой не одна?
Как объяснить жениху и подругам, что ждешь ребенка от несуществующего мужчины, от плода твоего больного воображения…и что делать, если он окажется на твоем пороге за две недели до свадьбы?