Расселл Эндрюс – Гадес (страница 15)

Тут подала голос удивленная Эбби.

— Сюда, в Ист-Энд-Харбор?!

Силвербуш кивнул.

— Он хочет видеть тело сына. Уже выехал.

— Боже! — воскликнула Эбби.

В комнате повисло неловкое молчание, которое в конце концов решилась нарушить Леона Криль.

— Ларри, судя по тому, что мне успел рассказать Джастин, мистеру Хармону лучше этого не делать. — Леона покосилась на сидевшую рядом женщину. — Извините, Абигайль, — и, повернувшись к Силвербушу, продолжила: — Насколько я понимаю, тело Эвана сильно изувечено.

— Изувечено так, что родной отец не узнает, — вполголоса проговорила Эбби. — Это и телом-то не назовешь.

— Понимаю, — ответил окружной прокурор. — Я ему постарался намекнуть, но…

Он не закончил, за него это сделала Эбби.

— Но Хармон-старший намеков не понимает.

— Боюсь, что так. — Силвербуш набрал в грудь воздуха и обратился к Эбби: — У вас есть вопросы касательно предстоящей процедуры расследования?

Она мотнула головой.

— Если возникнут, со мной можно связаться в любое время. — Окружной прокурор вручил ей визитку, которую она приняла, благосклонно кивнув. — Спасибо, что нашли время встретиться, — продолжал Силвербуш. — Я понимаю, как это, должно быть, тяжело. Но смею вас заверить, мистер Уэствуд превосходно себя зарекомендовал. Работать вместе нам не доводилось, однако у меня нет оснований сомневаться в его компетентности. Надеюсь, мы можем рассчитывать на ваше с ним тесное сотрудничество в ходе расследования.

— Куда уж теснее! — ответила Эбби, первый раз за все время улыбнувшись.

Джастин постарался сдержать усмешку.

— Отлично! — завершил свою речь Силвербуш. — Сейчас я вызову кого-нибудь, чтобы вас отвезли домой.

— Нет, домой я не поеду, — отказалась Эбби.

— Да, разумеется. Я понимаю. Тогда скажите шоферу, куда вас отвезти, и вас незамедлительно доставят.

— Я, пожалуй, пройдусь, с вашего позволения. Тут недалеко, подышу воздухом.

— Как скажете. — Силвербуш повернулся к Джастину и Леоне Криль. — А с вами я хотел бы еще побеседовать.

Подождав, пока Эбби удалится, Ларри Силвербуш поставил перед Джастином вопрос ребром:

— Вы осознаете всю важность этого дела?

— Это убийство, — ответил Джастин. — Где-то около десятки по десятибалльной шкале.

— Нечего мне тут умника из себя строить! Это не просто убийство.

— Да, конечно. Это громкое дело, о котором будут трубить все газеты.

— Я про вас слышал, Уэствуд!

— Что я превосходно себя зарекомендовал?

— Слышал достаточно, не беспокойтесь.

Леона положила руку на плечо Силвербуша.

— Ларри, я не знаю, что вы там слышали, но Джей великолепно…

Он дернулся, стряхнув ее руку, и оборвал фразу.

— Может, и великолепно. Говорят, заварит кашу, не расхлебаешь.

Джастин пожал плечами, как будто его застали за кражей варенья из серванта.

— Нет в мире совершенства.

— Я не хочу ссориться, — продолжал Силвербуш. — Но зарубите себе на носу, я знаю о вас все: и достоинства, и недостатки. Я знаю, как вы работаете. Я знаю, что вам пришлось пережить и как вы заставили переживать других. Мы ведем очень важное расследование. На нас обращено пристальное внимание, через пять минут примчатся репортеры, дело будет иметь большое политическое значение…

— Для вас?

— А то! — Он обернулся к Леоне. — И для вас тоже. Вы, конечно, не мэр Нью-Йорка, госпожа Криль, но должностью наверняка дорожите не меньше. Маленький уютный городок, работа непыльная. Однако ваши сексуальные предпочтения уже сыграли вам плохую службу.

Леона хотела возразить, но Силвербуш продолжал как ни в чем не бывало:

— Мне по большому счету без разницы, с кем вы спите. Но есть избиратели, которым не все равно, поэтому вам хорошо бы реабилитироваться в их глазах и сделать все от вас зависящее, чтобы убийцу Эвана Хармона вычислили. Полиция подчиняется вам. Если дело повиснет, убийца останется безнаказанным, будете иметь бледный вид. Одно дело просто лесби, другое — лесби, которая халявит на работе. Этот номер уже не пройдет. Или я не прав?

Леона сникла и едва слышно пробормотала:

— Правы. Это крайне оскорбительно, и все же вы правы.

Силвербуш улыбнулся краешком рта, затем снова плотно сжал губы и посмотрел на Джастина.

— К вам это тоже относится, ковбой. Мы живем в мире, где правит политика, признаете вы это или нет. Вы, конечно, возомнили, что сами решаете, когда и что делать, однако придется играть по общим правилам. Может, вы прогибаетесь меньше, но… Вы пустили тут корни, у вас уютный домик. Приятелей, похоже, немного, раз, два и обчелся, но есть, да и девушки время от времени заводятся. Работу эту вы сами выбрали, хотя могли бы и чем другим заняться, я же знаю. Выходит, она вам по душе. Вам не все равно, что вы делаете, что происходит с городом и людьми, не все равно, добьетесь вы своего или нет. На этот раз мне тоже важно, чего вы добьетесь. У нас с вами одна цель — чтобы все получилось как надо, а мы жили себе припеваючи дальше. Получается, не такая уж большая между нами разница.

В отличие от Леоны Джастин не сник и не стал бормотать едва слышным шепотом.

— По вам губернаторство плачет. Ладно, а от меня что требуется?

— Сотрудничать со мной. И с моими людьми. Абсолютная согласованность. Никакой самодеятельности. Да, и от репортеров подальше держитесь!

— Еще что-нибудь?

— Ага. Не суйте свой нос куда не следует.

— Куда именно?

— Я про Г. Р. Хармона.

— С ним ведь все равно придется беседовать?

— Придется, и он может оказать неоценимую помощь. Надо только сперва выяснить, какой информацией он располагает.

— И, кроме вас, это никому не под силу?

— Совершенно верно. Тут нужен деликатный подход.

Джастин ответил не сразу, да Силвербуш и не ждал ответа. Он добивался подчинения, которое Джастин скормил ему в виде короткого «хорошо».

— Вот и хорошо.

Силвербуш, улыбаясь, встал из-за стола, всем своим видом показывая, что пора бы Джастину с Леоной и честь знать.

— Уточнение позволите? — поинтересовался Джастин.

— Разумеется.

— Вы у меня в кабинете. Так что удалиться, похоже, придется вам.

Силвербуш рассмеялся. Задорный, почти дружеский смех — и все же не совсем.

Отсмеявшись, он получил от Джастина папку с рапортом.

— Почитайте на досуге.

— Не читать надо, а дело делать!