Рамона Стюарт – Безумие Джоула Делани (страница 4)

– Что случилось с дядей Джоулом? – спросила Кэрри.

Я уже думала, как ответить на такой вопрос, и решила сказать правду. Это могло даже пойти им на пользу, раз уж они растут в Нью-Йорке.

– Ему стало плохо после какого-то препарата.

Кэрри взглянула на меня сквозь прядь своих длинных золотистых волос.

– Ты имеешь в виду наркотик?

– Что-то вроде того.

У нее округлились глаза, я надеюсь, не от восхищения.

– Как он себя чувствует? – поинтересовался Питер.

– Пока не знаю. Я позвонила твоему отцу, и мы отвезли Джоула в больницу. – Можно ли назвать настоящей ложью то, что я не упомянула про полицию?

– Один человек с нашей улицы принимал ЛСД, а потом выпустил себе кишки, – сообщила Кэрри.

– Кэрри! – возмутилась я.

– Да, так и было. Он прожил только три часа. Доктор в «Ленокс-Хилле» сказал, что он за всю жизнь не видал ничего ужасней.

Я начала понимать, почему многие родители стараются поскорее покинуть Нью-Йорк. Чтобы отвлечь их внимание, я принялась в традиционной родительской манере отдавать распоряжения обо всем, что приходило в голову, в данном случае об их походе на каток.

– Пообедайте в зоопарке. Если будет холодно, не ешьте на открытом воздухе. – Конечно, они не обращали внимания на мои слова. Я знала, что мои дети будут обязательно есть на улице. Пока они обувались, я добавила: – Не забудьте надеть перчатки.

– Если дядя Джоул в больнице, кто позаботится об Уолтере? – вдруг спросила Кэрри.

– Об Уолтере? – машинально переспросила я.

– О коте Джоула. Его зовут Уолтер.

Действительно, я совсем забыла про испуганного дымчатого кота, прижимавшегося к книжной полке. Кто-то должен был накормить Уолтера.

После завтрака я вновь отправилась на Вторую авеню.

Я попросила водителя такси остановиться, не доезжая до дома Джоула, чтобы купить еду для кота. Ярко светило солнце, и улица выглядела чистой и почти веселой. Встречались русские старушки, жившие в этих краях с тех пор, когда Ист-Вилидж еще назывался Ист-Сайдом. В витрине одного из магазинов громоздилась куча буханок ржаного хлеба. На уличных лотках красовались пуэрториканские фрукты. В бакалейной лавке на углу я купила молока и консервированною тунца. Этих продуктов могло хватить надолго – лишь бы привратник согласился немного поухаживать за котом. Я дотащила сумку с продуктами до квартиры Джоула, прежде чем сообразила, что у меня нет ключей.

Некоторое время я стояла в нерешительности возле сломанного почтового ящика, гадая, куда они могли деться. Если ключи лежали у Джоула в кармане, тогда в больнице их запечатали в специальный конверт вместе с остальными его вещами. Но большинство людей, приходя домой, бросают ключи на стол. Вероятно, я нашла бы его ключи внутри. Эту проблему мог решить привратник.

Я попыталась позвонить из парадной в его квартиру. Звонок не работал. Тогда, заметив номер квартиры, я открыла незапертую переднюю дверь и прошла в темный грязный коридор. Несмотря на столь ранний час, кто-то уже готовил обед. В ноздри ударил запах жареной рыбы. На кафельном полу валялась разбитая бутылка из-под вина. Я перешагнула через осколки и подошла к двери привратника. После моего звонка, похоже, выключили телевизор. Я подождала немного, но больше ничего не произошло, хотя у меня появилось ощущение, что за дверью кто-то стоит и прислушивается.

– Мне нужны ключи от квартиры «Д» на пятом этаже, – обратилась я к невидимому обитателю квартиры.

Ответа не последовало. Я позвонила снова. Тишина. Мое терпение начало истощаться.

Потом я заметила, что дверь в подвал не заперта: хотя и не распахнута полностью, а лишь приоткрыта на несколько дюймов, – так мог оставить ее привратник, когда спускался в котельную. Но мне вовсе не хотелось идти туда. На память приходили газетные истории о похищенных женщинах, которых потом находили в печах и моечных машинах. И еще я чувствовала, что там водятся крысы.

И все же мне надо было попасть в квартиру Джоула. Внезапно решившись, я поставила на пол свои сумки и шагнула к двери. Открыв ее, я застыла. Из подвала поднимался какой-то человек.

Он был в солдатской рабочей одежде, широкоплечий, смуглый, небритый и вообще очень грозный на вид. Но я все же подавила в себе стремление к бегству. Конечно, он мог оказаться агрессивным маньяком, о которых пишут в газетах. И тем не менее я очень надеялась встретить настоящего привратника.

– Чего вам здесь надо? – прорычал он.

По его тону я уже окончательно убедилась в том, что передо мной действительно мистер Перес, привратник.

– Мне нужен ключ от квартиры «Д» на пятом этаже, – сказала я твердо, стараясь выглядеть очень респектабельной дамой. – Я сестра мистера Делани.

По его взгляду я поняла, что он видел все вчерашнее.

Полиция, «скорая помощь», Джоул в смирительной рубашке – такую картину трудно недооценить.

– Мой брат в больнице, и я принесла еду для его кота, – продолжала я.

Он слегка покачнулся и для устойчивости схватился за перила.

– Кота? – повторил он, словно слышал это слово впервые.

– Я хотела бы узнать, не согласитесь ли вы кормить его. Я вам заплачу.

– Уходите.

– Что вы сказали? – Внезапно я почувствовала всю безнадежность моих усилий. Привратник, несомненно, был пьян. От него исходил сладковатый запах дешевого вина. Но это едва ли объясняло его поведение. Поскольку я колебалась, он двинулся вперед, очевидно собираясь оттолкнуть меня в сторону. Я отступила, и мистер Перес, пошатываясь, поднялся по ступенькам. Похоже, он был не только пьяным, но и сумасшедшим.

– Я звонила в вашу дверь, но никто не ответил, и я хотела найти вас. Мне нужен ключ от квартиры брата.

– У меня нет ключей, – буркнул он. Но взглянув на свою дверь, он заметил мои сумки. Их вид как будто умерил его подозрительность, и я поспешила воспользоваться благоприятным моментом.

– Если вы согласитесь кормить его кота, я могла бы платить по два доллара в день. И сама буду приносить еду. Вам нужно будет только зайти и открыть консервы.

– Нет! – вдруг закричал он. – Я не пойду туда!

Вне всяких сомнений, я прикоснулась к какой-то болезненной точке. Но это ничего не дало – похоже, я нажала не на ту кнопку. Не спутал ли он Джоула с кем-то другим? Я сделала еще одну попытку:

– Речь идет о квартире «Д» на пятом этаже. Делани.

– Парень, у которого куча книг.

Мне стало совершенно ясно, что никакой ошибки нет. Можно было подумать, что мой брат участвует в войне с самодуром-привратником. Но Джоул, конечно, не стал бы выяснять отношения из-за парового отопления с безобразным пьяницей вроде Переса. Я не знала, что делать дальше. Вероятно, оставалось одно – взломать дверь и забрать кота Джоула к себе домой. Я только не могла решиться попросить Переса присмотреть за моими сумками, пока буду искать поблизости слесаря. Но неожиданно он сдался.

– Подождите, – сказал он мне и, добравшись до своей двери, принялся барабанить в нее и кричать что-то по-испански. Наконец дверь приоткрылась, и он исчез за ней. Я немного постояла на лестнице, потом вернулась к своим сумкам и стала искать кошелек.

Из-за приоткрытой двери доносился шум, свидетельствовавший о том, что в квартире идут поиски. Выдвигались какие-то ящики, слышалась яростная брань. Вспомнив свои познания в области антропологии, я сообразила, что слышу не настоящий испанский, а диалект «борикуа» – на нем говорят в Пуэрто-Рико. Я слушала и ничего не понимала, замечая лишь отличия от ясного звучного мексиканского, к которому мы привыкли в Калифорнии. Пуэрториканская речь была более быстрой, отрывистой.

Когда от сквозняка дверь раскрылась пошире, я увидела гостиную, искусственные цветы, статуэтку из черного дерева, изображавшую, вероятно, Святого Мартина Поресского. На стене висела картина. Человеческая рука. Приглядевшись, я заметила, что ладонь пробита гвоздем. Должно быть, это была рука Христа. Под ней на полке стоял стакан с водой. Все это мне вдруг показалось очень знакомым. Когда дверь опять качнулась от сквозняка, послышалось звяканье колокольчика, и я уловила запах благовоний. Вероятно, в спальне находился алтарь со свечами. «Эспиритизмо», – вспомнила я наконец. Религия, связанная с духами воды и огня. Вода улавливает и удерживает силы зла. Колокольчики служат для привлечения благодати. Мне никогда не приходилось видеть жилище последователей этого культа. Заинтересовавшись, я подошла поближе, надеясь осмотреть все помещение, и заметила маленькую темнокожую женщину. Она была, вероятно, моего возраста, но выглядела гораздо старше. Сделав еще один шаг, я совершила ошибку. Мистер Перес издал предостерегающий возглас, оттолкнул женщину и выбежал из квартиры.

– Вот. Теперь уходите. – Прежде чем я успела достать деньги, он бросил мне ключи и захлопнул дверь.

Я стояла одна на темной площадке, пытаясь понять, что все это значит. Я всего лишь попросила привратника покормить кота, а потом заглянула в квартиру и увидела женщину, которая не отпирала мне дверь, когда я звонила. Во всяком случае ясно, что он хотел поскорее отделаться от меня. Пока я поднималась по лестнице, меня начали одолевать сомнения: действительно ли этот человек так рассердился. Конечно, со стороны казалось именно так. Но под маской гнева могли скрываться и другие эмоции. Я задержалась на лестничной площадке, припоминая, как он отказался идти в квартиру Джоула, как изменилось его лицо при упоминании о ней. И мне стало ясно, что причиной такого поведения могло быть только одно – страх.