Рамина Латышева – Жемчужина Зорро (страница 13)
Девушка тут же почувствовала его дыхание у своего лица. Она попыталась оказать сопротивление, но силы были неравны. Принцесса взвизгнула: губы атамана коснулись тонкого кружева на ее шее. Она подняла свободную руку, отталкивая от себя отвратительное соседство, но оказалась лишь еще больше обездвижена. Изабелла сильно дернулась: сейчас он порвет ворот ее платья! Она несколько раз со всей силы стукнула бандита по плечу чудом высвобожденной рукой и внезапно почувствовала, как он необъяснимо резко подался назад и отпустил ее.
– Зорро! – послышались счастливые возгласы.
Изабелла открыла глаза и сквозь мельтешащие в них точки увидела, как разбойник, откинутый сильной рукой молодого человека, проехал по полу несколько метров и ударился спиной о ножку стола. И сразу же четверо его подручных набросились на ее заступника со всех сторон.
Раздались негромкие восклики гостей: Зорро вскочил на стол и, осторожно переступая сильными стройными ногами между нескончаемых блюд, принялся отражать яростные выпады разбойников, не рискнувших забраться на столь высокую и неудобную площадку и поэтому вынужденных направлять свои атаки вверх.
Девушка замерла в своем углу. Он был точно таким же, как в ее снах. Это его она видела столько раз. Его облик, его волосы, его улыбку, его глаза…
Но сейчас это был не сон.
Не дыша смотрела она на ожившую ночную фантазию. Никогда прежде ей не доводилось встречать мужчины красивее ее избавителя. Ни в его лице, ни в фигуре не было ни единого изъяна. Казалось, сами боги не пожалели ни сил, ни времени, создавая совершенные черты и атлетическое тело этого молодого человека.
Широко открытыми глазами она любовалась своим защитником и его играющей манерой сражения на шпагах: ни на нем, ни на его одежде не было ни одной царапины, в то время как атаман и его подчиненные уже были ранены по несколько раз. И она была не единственной, кто не мог оторвать взгляд от развернувшегося действа. Все гости с восторгом следили за искусным боем. Дон Алехандро, дон Ластиньо и их общий друг дон Антонио Веласкес, передавшие Зорро пальму первенства в сражении, стояли неподалеку, приводя в порядок сбившееся дыхание. Они были сдержанны и спокойны, но собранны и готовы в любой момент прийти на помощь.
– ¡Está solo! – надрывался атаман. – ¡Mátadlo!24
В ответ на его заявление Зорро подцепил ногой блюдо с закуской и, поймав его в руку, метнул в сторону оратора. Негромкий смех пробежался было по освобожденному залу, но ожесточение, с которым бандит принялся оттирать лицо от салата, смело все преграды и заставило гостей рассмеяться во весь голос.
Молодой человек тем временем спрыгнул со стола и оттеснил отряд противников в угол. Уйти через главную дверь они теперь не могли: кто-то снял засов и в проходе уже стояло два десятка солдат. Отступление через окно также было невозможно: внутри его охранял губернатор и его соратники, а снаружи ожидала собравшая подкрепление крепостная охрана. Битва закончилась для бандитов так же неожиданно, как она началась для гостей торжественного вечера. Разбойники несколько раз дернулись в разные стороны, но, куда они ни бросали взгляд, их везде встречало сопротивление.
– ¡Nos vemos pronto!25 – мечась между окном и дверью и понимая, что оказался в ловушке, прорычал атаман в адрес Зорро, за что тут же получил следующую порцию угощения.
Гости разразились гомерическим смехом и убедившись, что им наконец ничто не грозит, занялись возвращением своего вида к праздничному состоянию, в то время как служащие гарнизона быстро связали преступный отряд и вывели его из зала. Необходимо было как можно быстрее ликвидировать все последствия вторжения, и каждый из присутствовавших посчитал своим долгом приложить к этому все возможные усилия.
Лишь в одном углу помещения пока все оставалось по-прежнему.
Принцесса уже успела покинуть приютившую ее недавно стену, как вдруг встретилась с внимательным взглядом своего заступника и вновь начала отходить назад. С каждым ее шагом, который повторял приближение молодого человека, становилось все темнее. Несколько раз Изабелла пыталась сменить направление, но Зорро пресекал каждую подобную попытку и загонял ее обратно. Девушка вжалась спиной в высокий светлый камень, мечтая, чтобы тот расступился и принял ее внутрь, но внезапно ощутила слабость в ногах и медленно сползла вниз. В следующий момент она уже была в спасительных руках.
Принцесса почувствовала каждый изгиб сильного тела, горячее дыхание и взгляд зеленых глаз, сразу же выжегший весь воздух в ее груди. Она не заметила, как Зорро легко поднялся на ноги и помог ей встать. То, что она больше не сидела на полу, она вычислила по тому, что пол в какой-то момент стал от нее значительно дальше. А еще через пару секунд она осознала, что висит в руках своего избавителя, как тряпичная кукла.
– А где Монтесеро? – донесся из зала справедливый вопрос.
Принцесса смогла отметить, что исключительно ради нее и Керолайн он был задан на французском, однако уже в следующий момент всю ее голову заполнил будоражащий сознание бархатный голос:
– Ваше рвение к службе так вдохновляет, капитан. Разрешите помочь Вам собрать улики под столом?
Из-под вышитой золотыми орнаментами скатерти послышались приглушенные проклятья и на свет показалась рука с форменным манжетом. Убедившись, что девушка самостоятельно держится на ногах, Зорро подошел к массивному столу и одной рукой приподнял его край, полностью обнаружив там стоявшую на четвереньках фигуру. Присутствующие уважительно отвернулись и поспешили вступить в моментально ожившую беседу. Слуги, словно по щелчку пальцев, принялись приводить в порядок значительно пострадавшие угощения и расставлять по местам опрокинутую мебель, из-за которой показались музыканты, оправдываясь тем, что им нельзя травмировать их утонченные руки. Впрочем, надо отдать им должное, грозное происшествие никоим образом не сказалось на их мастерстве, и через несколько минут музыка вновь наполнила парадный зал. Монтесеро же с пристрастием занялся распеканием своего воссоединившегося отряда.
– Ваше Высочество в порядке? – подошел Зорро к принцессе, тут же пошатнувшейся от его приближения.
– Да, спасибо… – прошептала Изабелла, интуитивно схватившись за его протянутую руку. Она не понимала, что с ней происходит. На ее памяти у нее никогда так часто не подкашивались ноги, не дрожали пальцы и не перехватывало дыхание с кем бы рядом и в какой ситуации она не находилась. Но каждый взгляд этого молодого человека или жест в ее сторону вызывал в груди необъяснимый трепет и выбивал землю из под ног. Она сделала глубокий вдох и сжала изящные кулачки. – Что Вы себе позволяете? Не смейте меня трогать!
– Тысяча извинений, – отошел в сторону Зорро с едва уловимой улыбкой на губах.
– Хорошо, – фыркнула девушка и, вздернув хорошенький носик, гордо направилась к своему месту.
Зорро же сел на стоящее неподалеку кресло и, подождав, пока принцесса немного отдалится, произнес ей вслед:
– Люблю, когда женщины сердятся.
Изабелла резко остановилась:
– Что, простите?
– Они сразу…
– Что?
– Становятся…
– Прекратите!
– Такими…
– Еще одно слово – и Вас постигнет та же участь, что и этого гнусного разбойника!
– Почту за честь, – усмехнулся ее собеседник.
Гости обратились в слух. Еще бы! Каждый ли день можно было услышать подобный диалог? И из чьих уст? Героя их земли и заморской принцессы! Все, кто сегодня уже покинули праздник, завтра будут грызть локти от досады, что не смогли стать свидетелями этой сцены!
А между молодыми людьми в то время шла упорная борьба за последнее слово. Зорро выдерживал театральную паузу, Изабелла, словно тигрица, ходила между столов, выбирая потенциальный снаряд.
– Как Вы относитесь к салату из овощей? – примерилась она к разноцветному блюду.
– Предпочитаю фрукты.
– Яблоки?
– Они могут оказаться чересчур твердыми.
– Вас это волнует?
– Меня волнует исключительно Ваше удобство.
– Меня устраивает совершенно все, что здесь представлено.
– В таком случае всецело полагаюсь на Ваш вкус.
Взгляд Изабеллы упал на большое блюдо с персиками. Схватив по одному в каждую руку, она с недобрым выражением лица осведомилась:
– Подойдет?
– Вполне.
– Извините, с косточками.
– Это компенсируется видом прелестной фигурки Вашего Высо… – не договорив, Зорро одним сильным рывком перевернулся через кресло, и злополучный персик очень метко приземлился прямо на шелковую обивку.
– Какой страстный бросок! – донеслось из убежища.
Еще один снаряд просвистел мимо его головы. Музыканты не заставили себя долго ждать и тут же грянули танго. Гости упали на стулья, трясясь от хохота. Они знали, что Зорро иногда был не прочь повеселиться, но такое видели впервые.
Конечно, в Англии за подобное светопреставление принцессу давно бы уже выдворили в монастырь, да и она сама никогда в жизни не позволила бы себе такого поведения. Но это небольшое поселение, затерянное на самом краю света… А еще взгляд этих невероятных зеленых глаз. Таких влекущих и почему-то таких знакомых…
Поэтому вполне закономерно, что вскоре случилось то, что и должно было случиться. Уклоняясь от спелых и сладких, словно мед, орудий возмездия, Зорро все время менял местоположение; и после пятого или шестого броска позади него вдруг раздался приглушенный вскрик: из-под стекающего мякоти плода вырисовалось перекошенное лицо Монтесеро.