Рамеш Балсекар – Исследование Вечного (страница 3)
Махарадж явственно видел, что любые личные усилия возможны лишь благодаря отождествлению с тем же самым иллюзорным отдельным индивидом, от которого мы пытаемся избавиться. Поэтому, без сомнения, все личные усилия лишь укрепляют нашу связанность.
Кроме того, личное усилие может иметь место только во временной протяженности, которая опять же является тем самым понятием, от которого мы желаем освободиться, попав в безвременность. Следовательно, как говорил Махарадж, необходимо лишь ясное осознание того, что мы есть, осознание нашей истинной природы, которая затемнена, затуманена и закрыта от нас условным рефлексом, который отождествляет субъект, которым
Следует объяснить, что имеется в виду под «личным усилием». Например, Махарадж говорил кому-то практиковать медитацию, а другому в то же самое время он мог сказать, что медитация будет препятствием. Медитацию он обычно рекомендовал тем, кто жаловался на чересчур активный ум, вечно переполненный мыслями – он рекомендовал им медитацию так же, как рекомендовал бы касторовое масло человеку, страдающему хроническим запором. Однако тех, кто гордился своими долгими регулярными медитациями в фиксированное время и думал, что это путь к просветлению, Махарадж предупреждал, что медитация – это препятствие, помеха просветлению. Разница очевидна: это цель и намерение, лежащее в основе медитации. В последнем случае мы видим отдельного индивида, медитирующего с определенным намерением «достичь» просветления для «себя». Таким медитирующим он говорил: «Хорошо, вы медитируете, вы входите в самадхи на десять часов, или на десять дней, или на десять лет, или на сто лет – но что дальше? Вы так и остаетесь в границах пространства-времени». Он приводил в пример одного практика хатха-йоги, который попросил своего помощника принести еды, а сам ушел в самадхи; вернувшись в обычное состояние сознания через десять дней, он сразу же спросил помощника: «Где моя еда?!» Поэтому Махарадж предупреждал таких практиков о том, что такая медитация не просто бесполезна – она может быть серьезным препятствием, поскольку в результате такой практики появляются сверхъестественные способности, которые практик может вызывать по своему желанию. От этого его эго раздувается, и он отклоняется от своей первоначальной цели, которая хоть и неправильна, но все же достойна похвалы. Однако когда кто-нибудь говорил, что медитирует, когда ему хочется, без какой-либо определенной цели, медитирует не на чем-то конкретном, а просто для успокоения ума, Махарадж, разумеется, не был против такой медитации.
Был один интересный случай с посетителем, который заверял Махараджа в том, что очень внимательно слушал его и прекрасно понял то, что он говорил, что слушать Махараджа – это бесценный опыт, но все же у него осталось одно затруднение: он так и не узнал, что же ему нужно «делать» в своей повседневной жизни. Этот посетитель утверждал, что должно быть нечто, что ему необходимо делать – практиковать то, что он узнал от Махараджа. Помимо этого он хотел знать, каким образом он должен осуществлять свой выбор, как он должен действовать в повседневной жизни, где работа и другие дела требуют его внимания. В таких случаях Махарадж лишь улыбался и спрашивал: «Кто задает этот вопрос? – Выясните это». И если такому человеку казалось, что Махарадж уклоняется от ответа, он подходил с другой стороны и делал еще одну попытку, и тогда Махарадж говорил: «Делайте что хотите». Его собеседник мог засмеяться, но в глубине души он был убежден в том, что со стороны Махараджа нечестно давать такой презрительный ответ… Удивительно, но многие люди втайне симпатизировали этому человеку, не понимая, что в такой ситуации это был единственный ответ, который Махарадж мог дать. Махарадж не раз утверждал, что он говорит не как личность с другой личностью, и что если человек будет слушать его, как если с ним говорит личность, между ними возникнет непонимание, основанное на несовпадении намерений. Тот посетитель хотел узнать, что он должен делать как личность в своей повседневной жизни, в то время как сама суть слов Махараджа заключалась в том, что личность – это иллюзорная сущность, она, вопреки ее представлениям, не может жить и не живет как ей хочется – на самом деле «ее проживают». Попытки такой марионетки, которую «проживают», жить своей собственной жизнью похожи на аналогичные попытки снящейся марионетки – обе они реагируют на импульсы, порождаемые психическими условиями, над которыми у них обеих нет никакой реальной власти. Кажущаяся способность ощущать у обеих марионеток – лишь движение Сознания. Следовательно, когда Махарадж говорил «делайте что хотите», он вкладывал в это следующий смысл: что бы ни происходило, это не зависит от волеизъявления и выбора личности, хотя она думает, что волеизъявление и выбор у нее есть. На самом деле происходит лишь вот что: мы принимаем концепцию «делателя», из этого вытекают концепции вины и связанности.
То, о чем просил нас Махарадж, довольно просто: просветление может случиться лишь тогда, когда произойдет выход за рамки концептуализации; единственный способ выйти за рамки концептуализации – это избегать преднамеренности, поскольку в отсутствие преднамеренности нет и представления об индивидуальном «я», поскольку «воля (преднамеренность)» и «эго» – синонимы. Без преднамеренности нет и концептуализации, есть лишь действие ноуменальности.
Как не раз говорил Махарадж, «понимание – это всё, а просветление – это осознание того, что просветление – это не что-то, что может быть достигнуто». Просветление – это не объект, и следовательно, его невозможно достигнуть. Просветление «не достигается» еще и по той простой причине, что МЫ И ЕСТЬ просветление.
Вопрос о достижении или не-достижении чего-то возникает только тогда, когда это нечто отлично от того, что мы есть. А то, чем мы являемся, – это вечное субъективное Я без малейших признаков объектности. Следовательно, просветление или прозрение – это осознание того, что ищущий ищет лишь себя, и поэтому в реальности нет ни того, кто ищет, ни того, что ищут, ни самого поиска. Эта тройка «ищущий – искомое – поиск» существует лишь во временной концептуализации, и когда концептуализация прекращается, прекращается и поиск: остается лишь вечный Субъект, не осознающий Себя.
Если врач-специалист сказал пациенту, что на самом деле он не болен смертельной болезнью, что он прошел все необходимые обследования и что, по его компетентному мнению, пациент абсолютно здоров, – пациент может согласиться с диагнозом этого врача и жить счастливо, а может не согласиться с ним и пойти к другим врачам. Если он верит в то, что врач – профессионал, если он согласен с его врачебным заключением, нужно ли ему что-то «делать»?
Махарадж убеждал своих посетителей в том, что им нужно лишь поверить ему и принять его утверждение о том, что всё, что необходимо – это глубокое понимание «Того, что есть». Подобным же образом Аштавакра наставлял своего ученика, царя Джанаку в «Аштавакра-гите» (другое название «Аштавакра-самхита»):
«Ты не принадлежишь к касте брахманов или к любой другой касте. Ты не находишься ни в одной из стадий жизни, описанных в Писаниях (учащийся, домохозяин, живущий в уединении –
Если бы во времена Аштавакры были распространены другие религии, он бы, без сомнения, добавил: ты не индуист, не мусульманин, не христианин, не кто-то еще. Аштавакра говорил: «Будь счастлив». Махарадж говорил: «Понимание – это всё». Аштавакра не говорил: «Делайте то, что я вам скажу, и вы будете счастливы через десять или двадцать лет, или в следующей жизни, или после смерти». Он говорил: «Поймите: вы – не то, что воспринимают органы чувств, вы – то незатрагиваемое, бесформенное бытие, свидетельствование всего и вся. БУДЬТЕ СЧАСТЛИВЫ сейчас, в это самое мгновение, потому что всё, что вызывает несчастье, не затрагивает вас, да и не может затронуть. Представление о личном освобождении и желание личного освобождения связано с представлением о личном усилии и сразу же закрывает для нас простое осознание и приятие того факта, что мы всегда были свободными. Когда вы впитаете в себя это простое осознание, все станет благодатно и ясно, включая и тот неизбежный факт, что нет такой вещи как «индивид», который мог бы совершить усилие как таковое, потому что он лишь кажимость в сознании, которая благодаря своей способности ощущать может воспринимать и узнавать другие кажимости в сознании.
От редактора индийского издания
«Исследование Вечного», третья книга из планируемой трилогии о Нисаргадатте Рамеша С. Балсекара, представляет собой не просто очередную работу, интерпретирующую и разъясняющую учение Шри Нисаргадатты Махараджа. Это нечто большее. Намного большее.
В его первой книге, «Указатели от Нисаргадатты Махараджа», было приведено учение Махараджа во всей его целостности, сам же автор оставался в тени, за исключением редких моментов, когда контекст повествования требовал его присутствия.