Ракс Смирнов – Вечные: Лилит (том 2) (страница 15)
– Я поняла, только давай всё-таки без смертей!
– С этим… всё будет хорошо!
Он открыл газ на максимум, и мощный 150-сильный мотор, едва не задрав массивную морду, понес пару в самую опасную часть города. Но другого пути не было.
Рев двигателей (скорее всего внедорожников), уже доносился за спиной, со стороны моста, по которому приехали влюбленные. Раз его было слышно в шлеме, на скорости, сидя на мчащемся мотоцикле, значит, преследователи были совсем рядом. Ксюха обернулась, но Адам резко ушел правее, чтобы уйти из зоны прямой видимости.
Байк прошел еще несколько останков дворов с руинами первых этажей, и последние следы былого в виде земли, асфальта и тротуаров скрылись под бетонной пылью.
Радиоактивная пустошь Кратера.
На открытом пространстве они были как на ладони, ее следовало миновать как можно быстрее.
Ксюха внимательно смотрела назад и даже не заметила, как байк начало вести в сторону.
Адам потерял сознание.
Спохватившись в последний момент, девушка схватилась за руль и с трудом выровняла мот, позволив ему нормально остановиться.
Но от падения это все равно не защитило, потому что упереться ногами с заднего места просто не получилось. Мотоцикл завалился на бок, и Адам вывалился из седла.
– Адам! – кричала Ксюха, пытаясь вылезти из-под тяжелой стальной туши.
Если бы не стальные кофры по бокам, она так бы и осталась в ловушке.
– Адам, милый, ты слышишь меня?!
Динамики радиосвязи предательски молчали. Зато было хорошо слышно, что звук двигателя преследователей затих.
Ксюха с трудом выкарабкалась из-под байка, подобрала с земли укороченный калаш и посмотрела назад.
Там, примерно в километре, на самой границе между уцелевшей частью района и Кратером стоял мощный, обшитый броней черный внедорожник с красным гербом на капоте.
Непонятно, что мешало ему продолжать движение, ведь сидевшим под таким слоем защиты противникам радиоактивная пыль была совершенно нипочем. Может, они решили, что теперь у рейдеров нет никаких шансов…
Машина постояла так еще несколько секунд, затем развернулась и уехала обратно в сторону центра.
Ксюха с трудом подняла мотоцикл на упоры. Усаживая Адама на заднее сиденье, она услышала его кряхтение. Он был еще жив!
Она достала из кофра стропы для крепления груза и покрепче обмотала любимого, чтобы он не свалился.
– Милый, я надеюсь, ты слышишь меня! – не теряя времени, Ксюха завела байк.
Управлять такой махиной было непривычно, но сейчас не было времени осваиваться, она тут же открыла газ на полную.
– Скоро мы будем на базе, слышишь! У нас есть антирад, у нас есть химия, отмоемся, зашьемся, ты только держись! Держись… Пожалуйста… пожалуйста…
Папироса предательски обожгла пальцы. Лилит даже не заметила, как скурила уже вторую.
Адам не выжил.
Оказавшись здесь, на базе, Ксюха затаскивала уже безжизненное тело возлюбленного, не желая верить, что он умер еще в тот момент, когда они только заехали колесами на радиоактивную пыль пустоши. А его кряхтение было не более чем выходящим из легких воздухом. Он даже не успел сказать ей никаких последних слов.
Вот так это бывает.
Обычная, наивная и совершенно безобидная романтическая поездка в самую безжизненную и заброшенную часть города становится последним моментом, когда ты видишь своего любимого человека живым.
Ее кто-то потряс за плечо. Лилит снова вернулась в реальность. Перед ней стоял Дядька. И что-то пытался ей сказать.
Девушка выключила музыку, которая орала на всю.
– Ксень, мы там навели порядок. Тело Болта пока убрали в «черный отсек» больнички. Вечером с ним простимся. Ты пошла бы… обмылась, что ли, от пыли.
– Да, ты прав, – она выкинула бычок, который до сих пор держала в руке. – А что с байками?
– Димон с ребятами закатили уже. Сейчас тоже будем обмываться и их сполоснем. Ты что-то совсем потерянная? Неужели он был ближе, чем ты заявляла? Или…
– Или, – тут же спокойно перебила она.
Дядька прекрасно ее понял. Поэтому лишь кивнул и направился к шлюзу. Лилит последовала за ним.
* * *
База Цикад занимала не весь завод, хотя располагалась на его внушительной территории. Рейдеры использовали только два здания на окраине: старый производственный цех с двумя подземными уровнями и соседний склад-ангар примерно той же площади.
Склад был переоборудован в нечто вроде бара с громким названием «Посмертие». Правда, баром это место назвать можно было с натяжкой – слишком уж оно напоминало арену. В центре – барная стойка и пара десятков столов. По периметру – оставшиеся от прежнего склада стеллажи, которые теперь играли роль зрительских трибун.
Зимой, когда рейды замирали и жизнь на базе становилась тягучей, Цикады устраивали здесь мотошоу. Гоняли по кругу, устраивали трюки, отрабатывали виражи и настраивали движки. А те, кто приходил просто отдохнуть, тянулись в дальний угол, где находилась зона отдыха с выпивкой и дымом.
«Посмертие» часто ставило в тупик новичков. Заколоченные окна, герметичные двери, постоянный рев моторов – и при этом чистый воздух внутри. Секрет был прост: под потолком установили мощную вентиляцию, которую включали во время мероприятий. Она выдувала весь выхлоп наружу. Электричества при этом уходило немерено, из-за чего на всей базе свет и оставался тусклым, но никто не жаловался – других мест для отдыха на базе просто не было.
Однако в этом ангаре проводили не только праздники. Здесь прощались с павшими. Любой Цикада, достигший ранга выше «личинки», удостаивался церемонии. Если тело погибшего удавалось вернуть, прощание устраивали в тот же день. Если нет – имя добавляли в список, который собирали в течение месяца. После этого назначался День Посмертия. Ритуал стал традицией, а ангар получил своё имя в его честь.
Сегодняшний вечер как раз был одним из таких дней.
– Мотобратья, мотосестры и боевые подруги! – обратился Дядька из центра помещения к рейдерам, рассевшимся на боковых полках. – Сегодня мы провожаем нашего представителя. Нашего друга. Нашего мотобрата Никиту Болтарева, которого многие знали просто как Болт. Он не был красноречив и иногда мог ляпнуть лишнего, но также был настоящей боевой машиной «сержантов» и верным представителем Цикад. Был всегда готов вписаться в любую движуху и ни разу никого не подставлял. И сегодня он ушёл, как подобает Цикадам, прямо на своём байке, во время боя с федералами! Поэтому почтим его память сегодняшним вечером и проводим с респектом! Бесконечного топлива на его пути к ангелам!
– Бесконечного топлива! – хором воскликнули собравшиеся.
Дядька зажёг факел, который всё это время держал в руке, и подошёл к лежащему на специальном ритуальном ложе телу Болта. Ложе было собрано из фрагментов байков погибших Цикад и представляло собой своего рода мобильный крематорий. Под телом находился сложный механизм, подававший мощное пламя.
Дядька опустил факел, поджигая бензин в специальной чаше, и отошёл в сторону. Огромный столб огня скрыл в себе усопшего.
– Я хочу, чтобы вы все понимали. Каждый из вас! Жизнь Цикад скоротечна. Впервые сев на байк, вы принимаете эти правила! И завтра каждый из нас может оказаться на этом месте, – он указал на пламя. – Этот ритуал далеко не последний. Но я каждый раз говорю: мы не должны бояться смерти! Потому что мы и есть ангелы смерти! Ангелы ада!
Толпа одобрительно закричала.
– Мы правим поверхностью, в то время как все остальные медленно гниют под землёй! Мы – Цикады! И скоро мы захватим всю поверхность! Скоро мы будем заправлять топливом не федералов, а своё! Скоро всё изменится!
Он поднял руку, держа в ней пульт. Окружающие тут же оживились, понимая, что сейчас будет.
– Так давайте же почтим уход нашего мотобрата как подобает Цикадам! – он нажал на кнопку, и крики толпы прервались первыми аккордами AC/DC – Borrowed Time.
Рейдеры вскочили с мест, спрыгнули с полок. Кто-то направился к бару, кто-то прыгнул на заранее завезённые внутрь мотоциклы и начал кружить вокруг пламени. Дядька отбросил потухший факел в сторону и ушёл из центра помещения к Димону и Лилит, стоявшим у барной стойки.
– Красивую речь толкнул, Алекс! – оценил Димон. – Вдохновился будущими переменами?
– Типа того. Думаю, всё у нас получится. Ладно, что тут торчите, пошли за мой стол.
Он указал в дальний угол, где находились пять отгороженных шторками лож. Изначально предполагалось, что каждый стол займёт один из основателей и его окружение, и другим занимать эти места было нельзя. Сейчас, однако, «привилегированным» столом считался только крайний, принадлежавший Дядьке. Остальные свободно занимали «сержанты» и «инженеры».
Лилит сначала с осторожностью отнеслась к его предложению, ожидая, что он в последний момент уточнит, что хочет поговорить только с Димоном. Однако вместо этого он спросил:
– Ну что, бандиты, – параллельно показав жест бармену, – не приуныли?
– Да нормально, – спокойно ответил Димон. – Жалко, конечно, Болта, но что делать. Ты сам, главное, не унывай.
– Да я чего? Норма-а-ально. Хреново, когда так все происходит, конечно, по фигне. Да и байк хороший просрали к тому же. Лилит, ты как? Что молчишь-то?
– Да все хорошо, Дядь. Отошла уже.
Диалог прервал бармен, который подошел к столу и молча поставил стаканы для вискаря и бутылку.
– Кальянчик забьешь, бро? – уточнил Дядька.
Бармен кивнул и удалился.