Ракс Смирнов – Вечные: Хранитель (том 1) (страница 5)

– Вообще непонятно, на хрена сейчас это понадобилось делать, – озвучил мои вопросы один из техников – кажется, его звали Сергей. – На ночь глядя, к тому ж.

– А это чтобы трещины на мраморе ночью было лучше видно, – в шутку ответил второй, и оба рассмеялись.

– Вам лишь бы власть имущих во всех грехах обвинить, – возмутилась снизу пожилая Тамара Михайловна, чью палатку как раз пришлось разобрать. – У нас платформа самая лучшая во всем метро, на некоторых станциях даже ее раздолбали! И вообще, им лампу сказали поменять, а они языками чешут. Мне скоро внучку спать укладывать!

– А че ж вы, Тамара Михайловна, не взяли себе комнатушку в переходе или вон, в трамвае на правых путях? Не пришлось бы каждый раз ничего разбирать.

– Эту палатку лично мой сын возводил после чумы, а комнатушки ваши больно тесные, один жрет, другой срет!

В общем, жизнь на платформе даже под конец рабочего дня не думала замедляться. Я подошел к своей палатке, бросив взгляд в сторону бара «Подъем», расположившегося на верхней площадке над станцией, за эскалаторами. Даже отсюда я сразу заметил Леху Стервятника, сидящего на своем любимом месте за очередным чтивом. В общем-то у моего друга два увлечения: он либо пьет, либо читает, причем и тем, и другим он всегда занимается за одним и тем же столиком бара.

А ведь не брось он карьеру сталкера… Эх, такой потенциал пропадает.

Я снял автомат, вошел в свою палатку и положил оружие в небольшой армейский шкафчик в дальнем углу. Верхнюю снарягу скинул в большую бельевую корзину у дивана. Чуть позже ее предстоит почистить от радиации, впрочем, как и меня самого. Неплохо было бы сразу воспользоваться общим душем, но я прикинул, что с учетом того, насколько короткой была эта вылазка, достаточно просто немного умыться.

Я подошел к самодельному рукомойнику из пятилитровки, привел себя в порядок и посмотрел в зеркало.

Типичное лицо потрепанного жизнью вояки: суровый взгляд выцветших зеленых глаз, грубая щетина на квадратном подбородке, мелкие шрамы по всему лицу и проявляющаяся седина. Я будто бы реально прошел все горячие точки и лично воевал во время Катастрофы, хотя в тот день был наивным двадцатилетним студентом Семеном. Настолько жизнь сталкера меняет людей. И это мне еще повезло. Ребята, с которыми я начинал, давно сгорели, все до единого. А я до сих пор жив и здоров. Может, именно поэтому меня считают легендой?

Посмотрел на пожелтевшую фотокарточку в углу зеркала, где я, за несколько лет до Катастрофы с беззаботным веселым лицом без всяких шрамов, обнимаю красивую смуглую девушку с длинными темными волосами. Наташа. Эта фотография – единственное, что напоминает мне о моем прошлом. Я держу ее у зеркала, чтобы у меня оставалось хоть что-то светлое в душе, чего с каждым днем становится все меньше.

Что-то меня пробило на лирику. Видимо, пора идти в бар. Я вытер лицо полотенцем, затушил лампу и вышел из палатки.

* * *

– Кстати! – радостно сообщил Леха, как только мы прикончили третью рюмку водки «Красная жизнь» из свежих поставок от коммунистов. – Я тут такую книгу на днях прочитал забавную: «В поисках счастья». Нашел ее в одном из домов неподалеку.

– Что за книга такая?

– Да там приключения искателя сокровищ где-то в Испании. Такая себе работка, на троечку. Какой-то писатель-самоучка начал писать, но так и не закончил. Но я прочитал до конца, потому что там тоже героя звали Сэм, прикинь? – он от души хохотнул. – Прям история про тебя, если бы мир не рухнул.

– Да… Если бы мир не рухнул, мне прямо интересно, кем бы я был.

– Слушай! А вообще-то вопрос любопытный. Знаешь же про теории параллельных миров?

– Не особо.

– Ну, короче, есть теория, что наша реальность – она не одна такая. Типа их много, тысячи, сотни тысяч, даже миллионы. И есть где-то точно такой же мир, как наш, но никакой Катастрофы в нем не было. И почти наверняка ты там какой-нибудь… Индиана Джонс! – он снова рассмеялся.

– Сложная тема. Но даже если такие штуки есть, мы с тобой никогда об этом не узнаем, – в этот момент меня посетило неожиданное осознание. – Погоди! Ты сказал, что нашел книгу в доме неподалеку? Ты выходил, что ли, на поверхность?

– Та не-е, – отмахнулся Стервятник, съел кусок вяленого кротокрыса и начал разливать новую партию алкоголя. – Я эту книженцию откопал давно еще, но как-то положил себе в тумбочку и забыл. А тут недавно прибраться решил и нашел. Ну что, еще по одной?

Я кивнул и взял стопку. Выпили, я быстро захватил сушеных грибов из тарелки. Они заходили мне как закуска лучше, чем кротокрыс – вообще не понимаю, как Леха его жрет. На вкус как черствая плесень. Да и на вид тоже.

Стервятник с аппетитом закусил мясом, а после спросил:

– Слушай, а как ты думаешь, кем бы я был в параллельной реальности?

Я посмотрел на его овальное лицо с острыми скулами и немного впалыми щеками, глубоко посаженные глаза, высокий лоб и короткую стрижку.

– Ну-у-у… Я думаю, ты бы точно работал где-то в сфере высоких технологий. У тебя внешность прям соответствует интеллекту.

– Ого, думаешь, я бы был крутым айтишником? Или как это… Илон Маск, кажется?

– Ну почти, – ответил я, сдерживая улыбку. – Думаю, ты бы интернет подключал у местного оператора.

Мы с Лехой вместе рассмеялись:

– Ой, да иди ты! – ответил он.

Вдруг со стороны барной стойки послышался дребезг посуды.

– Я тебе сказала: пошел нахер отсюда! – послышался грозный женский рык.

Я обернулся на звук. У стойки разворачивалась целая сцена. Приличная делегация каких-то залетных маргиналов в составе пяти человек пристали к красивой девчонке лет тридцати, максимум тридцати пяти. Шпана медленно начала зажимать ее к дальней стене, а она, в свою очередь, выставила вперед розочку из разбитой бутылки, готовая к бою.

– Ни хрена себе, – произнес Леха. – Это что, шпана с Вавилона, что ли?

– Видимо. Опять приехали за дизелем, а пытаются взять не то, что положено.

– Давно говорил Сократу, не нужно их пускать, – он положил на стол свой кольт, с которым никогда не расставался. – Вмешаемся?

– Стой, я разберусь, посиди пока. А то ты уже палить готов.

Леха улыбнулся, но послушался:

– Окей, герой, спаси свою принцессу!

– Да ну тебя… – отмахнулся и выкрикнул толпе отморозков: – Эй, дебилоиды, а не многовато ли вас на одну девицу?

В этот момент они почти синхронно обернулись:

– А тебя это ебать не должно, дядя, – ответил самый крупный.

Девчонка тем временем момент не упустила: сделала рывок вперед и прошлась розочкой по ноге ближайшего к ней отморозка. Тот завопил от боли и свалился на землю. Второй противник понял, что что-то идет не так, и попытался атаковать девушку, но она ловко перехватила его руку, заломила и нанесла удар кулаком в челюсть.

– Неплохо! – оценил я и пошел на подмогу.

Амбал, заявивший, что меня их разборки не касаются, преградил мне путь к основной арене и выхватил пистолет, но был слишком медлителен: я резким движением выбил оружие и нанес ему несколько точных ударов по голове. Однако вместо того чтобы упасть, здоровяк лишь пошатнулся и тут же контратаковал. Его кулак врезался мне в лицо, отчего я пошатнулся. Он успел прописать мне еще пару сильных ударов, прежде чем я собрался с силами. С трудом фокусируя взгляд, я увернулся от следующего замаха, перехватил его руку и ударил локтем в нос. Затем прямым пинком в живот отправил его на ближайший столик, где он наконец обмяк.

Пока крепыш потерял ориентацию, я схватился за ножку стола и уработал сверху его товарища, который уже прижал девушку к полу, пытаясь задушить. Этого хватило, чтобы он отпустил. Я помог моей новой знакомой подняться, но шум борьбы уже привлек внимание. Вдалеке раздались крики и топот – кто-то наконец вызвал дружинников для наведения порядка.

Когда я увидел девушку вблизи, время словно замедлилось. Ее лицо… Оно было безупречным. Мягкие, плавные черты – такие естественные и одновременно завораживающие. Глаза, глубокие, темные, смотрели прямо внутрь меня, будто пытались прочесть все мои мысли. От них исходило тепло и необъяснимое спокойствие. Ее длинные темные волосы свободно спадали волнами, придавая всему образу легкую небрежность, которая только подчеркивала ее естественность. А улыбка – легкий, едва заметный изгиб губ – была далека от натянутости, казалась искренней и запоминающейся.

– Ты зачем мою добычу забрал? —вернула она меня в реальность. – Я уже почти всех уложила!

Я огляделся и понял, что остальные противники действительно раскиданы по всему бару в глубоком нокауте.

– Да? А мне казалось, что вон тот мудила едва тебя не задушил.

– Вообще-то это было тактическое отступление! И… осторожно!

Она потянула меня в сторону и мы, не удержавшись, свалились в объятиях на стойку. Мимо того места, где я только что стоял, пронесся уложенный мной крепыш с ножкой от стула. Видимо, он попытался ударить меня сзади, но девушка вовремя заметила атаку.

Я посмотрел на прижатую мной красавицу, она на меня, и мы быстро отлипли друг от друга, приняв боевую стойку. Но тут прозвучал знакомый пистолетный выстрел, и противник рухнул на пол с дырой в голове.

– Леха! – возмутился я, обернувшись на друга. – Ну твою ж медь, вот опять ты за свое! Я же просил тебя сидеть спокойно.

– Ничего, мир светлее без него станет, – безразлично отозвался Леха.