Ракс Смирнов – Мертвый Шторм. Зарождение (страница 66)

— Ну ничего необычного в их поведении не замечали, кроме того, что их стало больше?

— Да так особо-то не рассматриваем же. Все ж просто, стаю видишь — стреляй, пока не поздно. А так вроде все как обычно у них в поведении.

Волками в Свияжске называли все тех же церберов, они же дворовые псы по волгоградской версии. Собакоподобные мутанты, которые сформировались то ли из собак, то ли из настоящих волков. Только если в Казани они были несколько поменьше, волки в лесах вблизи острова имели чуть другой окрас и массу в полтора раза больше своих городских собратьев. Скорее всего, причиной этого являлось обилие разной дичи.

— Ну смотри, — продолжил расспрос Смолов, — вы, когда большую часть стаи убиваете, остальные бегут?

— Бегут, конечно, как силу чувствуют.

— Угу… интересно, — Павел пробормотал, скорее, про себя. — Может, и не оно.

Информация о том, что этих мутантов в последнее время стало больше, довольно сильно заинтересовала Смолова. Плохо, что он узнает об этом только сейчас — наверное, действительно стоило почаще выходить из дома. Если в округе становится много этих мутантов, значит, они активно двигаются куда-то. И возможно, в сторону Казани, где сидит «Эпицентр 2.0».

Илья тем временем уже заинтересованно смотрел куда-то вперед. Они уже доехали до перекрестка около заброшенного поселка, где за поворотом просматривался корпус необычного транспорта. Когда лошадь довела повозку поближе, стало понятно, что это некое подобие грузовика для серьезного бездорожья. Илья остановил повозку, и они вместе с Павлом слезли с сидения.

— Як какой агрегат интересный, даже не понятно, шо в базе лежит, — Илья постучал по толстой стальной трубе каркаса.

— Ага, как будто багги какой-то на раме грузовика

Машина действительно не имела никаких опознавательных знаков. Кабина представляла из себя полностью сваренную каркасную капсулу, обшитую листами металла, а кузов — такой же кустарный стальной короб. Разве что по огромным военным шинам с тремя осями можно было лишь предположить, что, возможно, раньше это был армейский «Урал» или «Камаз».

Кстати, о шинах:

— Илюха, гляди-ка, все четыре баллона задней оси в ошметках.

— Ага, точно! И глядь, диски все квадратные. Видать, не один десяток километров так проехал, — он обошел грузовик и тут же добавил: — А, ясно, почему он встал. С этой стороны такая же ситуевина.

Павел подошел к товарищу и увидел, что грузовик и впрямь сейчас лежал на задних мостах. Видимо, кое-как водитель дотащил грузовик до этой развязки, но как только съехал с нее на грунтовку, тут же сел. Смолов внимательнее осмотрел кузов и увидел в нем несколько пулевых отверстий от крупного калибра.

— По всей видимости, уходил от преследования. Так, давай-ка ты полезай кузов осмотри, есть ли там что-то интересное, а я пока кабину осмотрю. Может, там жмурик лежит вообще.

— Ты смотри аккуратнее ток.

Смолов открыл дверь и осмотрел водительское место. Старое автомобильное тряпочное сидение пропитано относительно свежей кровью. На руле тоже следы крови. Видимо, водителя все-таки зацепило, но не так, чтобы залить весь салон. А может быть, он и до посадки в автомобиль был уже искалечен. На пассажирском сидении все чисто. Павел осторожно залез в салон и нашел замок зажигания, в котором даже остался вставленным ключ.

— Илюха, у тебя как там?

— Да пусто, — послышался глухой голос из кузова, — пустая мятая бочка из-под топлива и мелкий мусор. Тут дырок от пуль, кстати, капец. На свет хорошо видно. Видать хорошечно так нашпиговали. У тебя шо там?

— Кровь на сидении, на руле, но не много. Тел нет. Зато есть ключи, айда заведем, может, попробуем?

— Ну попробуй, шо б нет. Ток дай я из кузова вылезу сначала.

Дождавшись, пока товарищ вылезет наружу, Павел повернул ключ зажигания, и машина завелась с пол-оборота. Двигатель не испытывал никаких проблем и урчал словно котенок. Значит, водитель бросил свой грузовик исключительно из-за того, что он застрял.

— Слушай, ну это хорошие новости! — обрадовался Смолов и заглушил двигатель. — Только вот до острова по дороге мы его не дотащим. Надо будет сюда с инструментами возвращаться и новыми колесами. Хорошо, что у нас на парковке пара грузовиков стоит.

— Только сколько они у нас стоят, Павлух? Думаешь, резина там живая?

Черт, точно, ведь все грузовики на парковке у Свияжска не трогались с места последние двадцать два года точно! Об этом Павел не подумал. Поэтому вряд ли с них получится что-то использовать.

— Да, ты прав. Не особо живая затея.

— Так может, мы просто как донора раздербаним этот, на будущее, так сказать?

— Можно и раздербанить. Пока давай тогда топливо сольем. А движок потом как-нибудь на неделе сюда с тобой смотаемся, снимем. Думаю, на этом гаражном самосваре это не проблема будет сделать.

— Согласен!

Илья взял канистру и подошел к баку, начал сливать топливо. Смолов тем временем осмотрел землю у машины. Дожди прошли не так давно, так что грунт был не настолько сухой, и можно было осмотреть следы водителя, по крайней мере, понять его направление.

Так, он вылез из кабины и пошел в сторону задних колес. Ну понятно, осмотрелся. Затем обошел грузовик, открыл пассажирскую дверь и что-то забрал. Новых следов, исключая те, что оставили Илья и Павел, тут не появилось, значит, водитель был один. Затем он отошел к обочине и пошел в сторону… А, черт, трава скрыла дальнейший путь.

Но что-то все равно подсказывало Павлу, что водитель пошел именно в сторону Свияжска. Ну не просто же так он, уйдя от массивного обстрела, свернул сначала с главной дороги в сторону этого заброшенного поселка, а потом еще и спрыгнул на грунт, ведущий точно к плотине до острова. И судя по хорошему юзу позади грузовика, попытки проехать тут не прекращались, наверное, полчаса-час. Водитель упорно пытался ехать дальше.

Только почему человек не дошел до конечного пункта назначения? Снова волки? Вполне возможно. Раз странник истекал кровью, он вполне мог ночью привлечь внимание хищников, даже если бы их популяция держалась в пределах нормы.

— Илюха, на обратном пути надо будет осмотреть обочины. Кажется мне, что нашего гостя сожрали на полпути.

— Печально будет, ежели так. Ладно, я закончил. Тут топлива не много было. Там, с другой стороны, бак есть?

Павел осмотрел бочину со своей стороны:

— Нету. Поехали назад.

На обратном пути, как товарищи ни высматривали дорогу, но никаких следов крови не обнаружили. Что весьма странно, если учесть, что насыпь до острова не особо широкая, и тут не было такой обширной территории, чтобы труп мог где-то затеряться.

— Ладно! — отмахнулся Смолов, когда они уже остановились на площади. — Может, из меня фиговый детектив, и водила просто пошел до Зеленодольска.

— Может быть. В любом случае, нам-то шо. До нас не дошел и ладно. Хотя жалко добряка этого, конечно, — Илья спрыгнул с повозки. — Так шо, топливо старосте отнести или ты заберешь к себе?

— Да давай сразу заберу в мастерскую, один хрен Кирилл Александрич скажет мне притащить, что два раза ходить.

— Лады. Ну бывай тогда. И завтра у нас гуляния же выходные. Ты давай, может, надумаешь, приходи, посидим, медовухи выпьем.

— Подумаю. Бывай!

Вытащив полную канистру, Павел направился к своему дому.

Весьма интересный момент с этим грузовиком. «Камаз» или «Урал» имеют баки примерно литров триста-четыреста. И на полном баке способны проехать больше тысячи километров. И скорее всего, тот, кто заправлял машину, делал это в точке отправления и заправлял под завязку. Заправок больше не существует, поэтому держать баки даже на половине никто не будет. А здесь осталось всего двадцать литров. Значит, грузовик приехал ох как издалека.

Павел потряс канистру.

Да нет, тут даже литров десять. Весьма интересный момент, однако. Неужели такой же «турист», как Смолов?

Подойдя к своему дому, Павел заметил неладное: входная дверь была приоткрыта. Может, он ее не закрыл, погрузившись в размышления? Хотя нет, он точно ее запер.

Павел снял с плеча арбалет. Нет, это будет неэффективно в помещении. Он положил оружие на скамейку, снял с поясной портупеи два элемента разобранного посоха и соединил их в одно целое.

Осторожно приоткрыв дверь, Смолов вошел внутрь, осмотрелся. На полу виднелись черные следы ботинок, точно таких же, которые были около грузовика. А цвет означал только одно: тот, кто вошел в дом, пришел сюда из мастерской, где пол покрывал толстый стой копоти и металлической пыли!

Следы вели из предбанника в главную комнату, а за ней сворачивали у печки в спальню. Осторожно отодвинув штору в дверном проеме, Павел тут же посмотрел по бокам, чтобы на него никто не набросился, затем перевел взгляд на кровать.

На ней, скинув ботинки и большую часть одежды на пол, как ни в чем не бывало, спала… Лилит⁈ Павел даже протер глаза, думая, что его глючит. Нет же, и впрямь Лилит. Это точно та самая байкерша, даже ее стилевая прическа не особо изменилась!

Рейдерша лежала на кровати, как у себя дома, в одних трусах и съехавшем топике, выставляя всем напоказ не только всю галерею татуировок, в том числе и на груди. Правда, причина такого одеяния была довольно весомая: половина ноги была плотно перебинтована, как и поясница. Смолов перевел взгляд на шкафчик, где у него хранилась вся медичка, и только сейчас заметил, что там все перевернуто вверх дном. Да и одежда Лилит на полу была вся в крови.