Рахиль Гуревич – Болельщик на солнцепёке. Рассказы о любви и спорте (страница 2)

− Абонемент – это когда за месяц платишь, − объяснял папа Кукубаевой, осторожно поправляя солнцезащитные очки, в них щупленький папа подруги казался совсем другим: страшно серьёзным, жутко авторитетным, большим и сильным. В стёклах очков отражалось всё, что мимо проходили: дома, деревья, машины, люди… Папа Кукубаевой вздохнул:

– Полторы-две тысячи стоит в месяц абонемент. Эх, девчата, с работы-то меня уволили. Не потяну теперь абонемент. Надеюсь, что примут нас.

Настя думала: полторы-две тысячи! Скандал просто. Это же целый айфон за год набегает, за два года ноутбук, за три телевизор с огромным плазменным экраном, а за четыре… страшно подумать, что за четыре, может даже подержанный автомобиль…

Их обеих отобрали. Настя и не сомневалась, что её отберут. Её в первом классе куда только не приглашали: и на баскетбол, и на пинг-понг, и на волейбол, и на лыжи, и на спортивное ориентирование, но она никуда не стала ходить. Это же ездить надо, а у неё навигатора в телефоне нет, а без навигатора как дорогу найти – вот если бы встроенная программа джи-пи-эс как у других… Но у Насти нет такой продвинутой программы, э-эээх.

Осенью, в сентябре, после того как списки принятых в спортивные группы вывешивались на стеклянные двери спорткомплекса, разыгрывались комедии и драмы. Вот подходит мама с девочкой. Девочка весёлая, всё прыгает, всё скачет. Мама волнуется, пальцем по списку водит, находит дочкину фамилию и начинает прыгать выше дочки, выше и веселее. Лёгкие такие мама с дочкой, воздушные, особенно мама. А на следующий день мама с постели еле поднимается: тело ноет, мышцы болят. «Вот я покуралесила вчера, − думает мама. – Вот так стыдобища».

Бывает ещё: подойдёт к спискам парень, серьёзный такой, взрослый, старший брат − по всему видно, найдёт в списке родную фамилию и – сразу звонить, докладывать родителям:

− Приняли! Не волнуйтесь! Я дрожу?! Я не дрожу! Я непонятно говорю?! При-ня-ли!

А из трубки на парня такой визг обрушивается, так в трубке обрадовались и визжат, что ухо у старшего брата сразу слышать перестаёт, глохнет начисто. И он, злой-презлой, в поликлинику спешит, к врачу-ухо-горло-носу.

А бывает так. Подъедет на дорогой иномарке мама вся из себя модная и гордая, загорелая и надушенная, нацепит очки на нос, раз прочитает список сверху вниз, второй раз − снизу верх, потом снимет очки – вдруг через линзы не всё видать, вдруг из-за них, кривых-косых-выпуклых-вогнутых реальность искажается… Но нет! И без очков, и в очках не видно родной фамилии в списке. Топнет мама каблуком, фыркнет, хлопнет дверцей машины и уедет.

А вот подходит бабушка с палочкой. Не старая ещё бабушка, бабушка молодая, а с палочкой ходит для защиты от нервных и приставучих – сами знаете, какая сейчас на улицах обстановка… Подойдёт бабушка спокойно, внимательно прочитает списки, и вдруг давай метаться, давай дрыгаться. То в одну сторону хочет идти, то в другую. Потом дверь в здание открывает, и к администратору бассейна:

− Почему? – спросит, − мой внучек Данечка Хрюников в списках не значится?

− Не прошёл отбор.

− Этого просто не может быть. Это какое-то недоразумение. Мы три года на «абонемент» отходили.

− Что ж… ходите четвёртый.

− Обдираловка. Хотим в секцию, в спортшколу бесплатную!

− Ну, так уж вышло. Не прошёл ваш Данечка отбор, − виновато разводит руками администратор.

− Перепроверьте списки! – требует бабушка и палочку свою как бы невзначай приподнимает.

− Увы, тренеры сделали свой выбор.

− Позовите директора!

− Директора сейчас нет.

− Позовите тренера!

− Тренеры все на сеансе.

− Тогда мне придётся писать в вышестоящие организации, − и бабушка своей клюкой уже грозит серьёзно, размахивает во все стороны как японский самурай.

− До свидания.

− Что значит «до свидания»? У вас здесь одни свои в спортшколу попадают?

− До свидания. У меня обед. Сушку не хотите? Вкусная, с маком.

− Нет!

Администратор кидает себе в рот сразу две сушки. Бабушку охранник выпроваживает. У охранника дубинка на поясе висит, бабушке своей палочкой дубинку не победить.

Помечется ещё бабушка на улице рядом со списками, попрыгает во все стороны света, поразмышляет: куда бы жалобу накатать, прокричит последнюю угрозу и… угомонится, успокоится, уйдёт восвояси.

Но родители Насти Филимоновой не знали драм, не наблюдали комедий, не могли оценить того, что дочь приняли в спортивное плавание всего-то после одного-единственного лета, проведённого на узенькой мелкой речке с сильным течением. Ну приняли и приняли. Кто водить на тренировки будет? − вот неразрешимый вопрос. Родители на работе до ночи. Настя весь первый класс самостоятельно всё по дому делала, да ещё сестрёнку из садика забирала. А теперь получается Настю надо в бассейн водить три раза в неделю через пять светофоров и десять дорог! Кому водить?! Стали просить бабушку. Бабушка у Филимоновой была не то чтобы против бассейна, но у бабушки была свои увлечения, она посещала общество любителей планет, созвездий и гороскопов. И тоже три раза в неделю. И именно во второй половине дня.

− Чемпионы никому не нужны, − авторитетно утверждала бабушка. − Они десять лет пашут, чтобы выиграть на чемпионате. А потом всё. Где эти чемпионы? Нет их. Бассейн достаточно посещать раз в неделю для снятия общей отрицательной энергии.

Тогда бабушке объясняли, что раз в неделю – только за деньги, а если секция, то бесплатно. И тогда бабушка Филимоновой сказала:

− Бесплатная секция – это хорошо.

Тогда родители поинтересовались у бабушки: по каким дням у неё кружок. А бабушка в ответ:

− А у вас по каким бесплатная секция?

Но родители поняли хитрость – бабушка хочет так, чтобы дни совпали, чтобы не водить. И родители не открыли Настины дни, пока бабушка о своих днях не проговорилась. Оказалось – вот те на! – что дни не совпадают. У бабушки кружок – вторник-четверг-суббота, а у Насти бассейн – понедельник-среда-пятница. И тогда бабушка с тяжким просто мученическим вздохом промямлила:

− Я согласная внученьку Настю водить на бесплатные занятия, но не забесплатно.

Родители возмутились, а бабушка Филимоновой сказала, что у неё все подруги по обществу любителей планет, созвездий и гороскопов нянями в семьях подрабатывают:

− Отвезти-привезти-из школы встретить… И все по понедельникам и пятницам, и всем, между прочим, платят помногу!

И тогда родители решили своей бабушке платить понемножку, всё-таки родной человек, надо помогать.

− А мне много и не надо, – уверила бабушка, она повеселела, нос и лоб у неё раскраснелись. – Я для родной внучки на всё готова. А если не смогу, если у меня заседание в обществе, то папа Кукубаевой выручит.

Но Настя сказала, что от Кукубаевых не дождёшься.

− Почему? – удивились родители, бабушка, и даже младшая сестрёнка сказала со ртом набитым конфетами: − Пофему?

− Они мне завидуют.

− Пофему?

− Я спортивнее всех. И вообще самая прекрасная красота.

− Да и сами справимся, − нахохлилась бабушка. – Нет! Это ж какие люди пошли. Красотой не любуются, чужому счастью не рады – плохие люди пошли. Вот у нас…

Но что было в старые времена, так никто и не услышал: ужинали под оглушительный рёв − у малышки отняли конфеты.

Геннадий Леонидович редко ошибался в детях. Но на этот раз ошибся. Нет! Тренер прекрасно видел данные ребёнка. И у Филимоновой, безусловно и вне всякого сомнения, данные к плаванию были потрясающие: и рост, и стопа гибкая, и плавучесть, и координация. Но так как родители работали целый день, а бабушка изучала «планет созвездия» и чертила гороскопы, то Филимонова была предоставлена сама себе и не очень догадывалась, что значит спортивная секция. До плавания Настя жила прекрасно. Музыку в телефон закачивала, все сериалы по телеку смотрела… Вертелась перед зеркалом, примеряя мамины наряды, гуляла с друзьями во дворе и на детской площадке. И все на площадке, на турниках, восхищались ловкостью Филимоновой. В бассейне, увы, никто Филимоновой не восхищался. Настя старалась изо всех сил хорошо выглядеть. Но в бассейне особенно не покрасуешься, шапочки резиновые дурацкие, очки как у черепахи Тортиллы. Все, и девочки и мальчишки, в шапочках выглядят как монстры лысые и с выпученными глазами, а после тренировки, в душевых и раздевалке, все с красными запыхавшимися рожами, белыми следами на переносице и вокруг глаз от очков.

Но перед плаванием было ОФП⁵. И уж там Филимонова звездила по-настоящему. В любую погоду, даже в плюс ноль градусов, она надевала маечку с тонюсенькими бретелечками и распускала свои необыкновенные длинные волосы.

− Филимонова! – говорил Геннадий Леонидович. – Почему без олимпийки, где твоя ветровка?

− А мне не холодно! – Филимонова с достоинством отбрасывала за плечи прядь волос и улыбалась.

Геннадий Леонидович ничего больше Филимоновой не говорил, он видел, что без толку все эти разговоры.

Скорость в бассейне у Филимоновой быстро росла. Она стала плавать быстрее мальчиков, но зимой вдруг ей плавать разонравилось. Ей надоело сразу после школы тащиться в бассейн. И рюкзак тяжёлый, с учебниками, пеналом, ластами и лопатками⁶, на плечи давит, и холодно на улице, и бабушка достаёт своими предупреждениями:

− Ты сегодня, Настенька, плавай помедленнее, занимайся в полсилы, Луна сегодня в третьем доме, эра Меркурия настаёт, а эра Водолея уходит… уходит от нас Водолей, поняла?