Рагим Эльдар – Картина Сархана (страница 37)

12

Лизу разбудил домофон. Проклятый звук как будто высверливал что-то в ее голове на манер бормашины. В некотором смысле девушка и вправду ощущала себя больным зубом. Лиза не принимала волевого решения встать, тело действовало машинально. Само подняло себя на ноги и отправилось в прихожую.

– Да?

– Добрый день, мисс Ру. Я хотела бы уточнить, вы будете забирать посылку?

Лиза несколько раз медленно моргнула, пытаясь понять, о чем вообще речь.

– Какую?

– Конверт… – Судя по голосу, девочка растерялась.

– Что за конверт? – Лиза окончательно проснулась и уже чувствовала, что вчера явно перебрала. Безрассудный поход до гостиной дался дорого. Голова будто раскалилась добела, подступила тошнота.

– Черный… Дня три назад принесли, сейчас посмотрю точное время…

– Не надо! Я потом заберу.

Лиза положила трубку и зачесала волосы пальцами. Сейчас ее волновал не загадочный черный конверт, а вчерашняя ночь. В памяти были провалы. Лиза помнила, как они с Николь и Саймоном пили в баре (сначала было пиво, потом таблетка), а больше ничего. Лиза отправилась на кухню за аспирином, но остановилась, с удивлением уставившись на пустое место на стене. То самое место, где должна была быть картина Матисса.

Поиски пропавшего произведения искусства Лиза решила отложить. Ее мысли занимал другой факт: вчера она осознала, что выпила таблетку, только после того, как сделала это. Случалось ли такое раньше и как часто? Возможно, из-за действия таблеток Лиза воспринимала особняк Хёста по-разному в первый и второй визит?

Существовала еще одна загадка – неестественно приподнятое настроение вопреки похмелью. Лиза чувствовала себя как в детстве, когда не надо идти в школу или на тренировку. И никого нет дома, и можно делать все, что захочешь.

Лиза вошла на кухню и удивленно уставилась на стол. На нем лежала пропавшая картина. Находка принесла некоторое облегчение – одной загадкой меньше, однако увиденное причиняло страдания. Та самая лодка теперь превратилась в бабочку. С помощью синего маркера, который лежал тут же. Причем колпачка Лиза не увидела. От этого маркер приобрел несколько трагичный вид погибшего ради искусства художника. Он как бы отдал себя без остатка и высох.

Лиза покачала головой и мгновенно пожалела об этом, потому что головная боль тут же расплескалась. Лиза решила, что лучше сначала выпить таблетку аспирина, а потом уже совершать какие бы то ни было движения. Холодная вода принесла секундное, но воистину божественное облегчение. Как будто на миг в пересохшей пустыне возник мираж. Лиза прислонила пустой стакан ко лбу и, наслаждаясь призрачной, быстро таявшей прохладой, подошла к столу. Рассмотрела картину. Надо сказать, что бабочка из лодки получилась лучше самой лодки. Особенно теперь, когда ее крылья стали куда более симметричными. Она как будто излечилась от жуткой раны и снова могла летать.

Лиза вздрогнула и едва не выронила стакан. Перед глазами мелькнуло вчерашнее воспоминание. Она сидит в машине Саймона, закинув ноги на приборную доску, смеется, держа в руке бутылку виски. Саймон что-то ей рассказывает, жестикулирует двумя руками, говорит что-то очень интересное и смешное. А потом, как будто жестами иллюстрируя свой рассказ, кладет ей руку на колено и ведет вверх. Или в данном случае вниз.

Закрыв глаза, она потерла лицо ладонью. Вспомнился другой момент. Парковка около супермаркета. Они с Саймоном, кажется, приехали, чтобы купить еще выпивки. Лиза сидит с полупустой бутылкой на капоте машины и наблюдает за тем, как Саймон на повышенных тонах разговаривает с какими-то недружелюбно настроенным бродягами. Их четверо, они обступили Саймона полукругом и явно распаляют себя, чтобы начать драку. Как ни странно, Саймон вовсе не стушевался, более того, он еще и наезжает на них.

Лиза смотрит на него и чувствует себя в безопасности. Не в своей квартире в престижном районе, а на парковке убогого магазина ночью. Иногда она ловит на себе взгляды этих бродяг. И с мрачным удовлетворением понимает, чего они хотят. Их взгляды ее раззадоривают, она отправляет одному из них воздушный поцелуй.

До драки не доходит, Саймон пугает бродяг. Не широкими плечами, а своим безумием. Ей даже кажется, что она знает, какую роль он играет в этот момент. Это рок-н-ролльщик из фильма Гая Ричи. Бродяги тушуются, с сомнением переглядываются, сбивчиво извиняются и быстро уходят, как бы желая убежать от фрустрации, вызванной столкновением с настоящим безумием. Саймон подходит к Лизе, смеется. В его глазах стремительно угасает безумие, он снимает с себя роль другого человека, как снимают пальто. И это невероятно красиво. Лиза тянется к нему и целует, потому что иначе не может.

Лиза поставила стакан мимо стола, с чем тот, конечно, не смирился, в знак протеста рухнув на пол и разлетевшись на мелкие кусочки. Лиза ругнулась и, аккуратно переступив через осколки, пошла в спальню. Мир утратил прочность, очертания предметов стали размытыми. Лиза рухнула на кровать, пытаясь собрать себя в кучу. Ее терзал стыд, выдувая на трубе жуткие звуки. Ее мучила вина, извлекавшая из скрипки что-то тягучее. Оркестром дирижировало одиночество. Лизе пришлось сконцентрироваться на дыхании, чтобы восстановить способность мыслить. Это помогло, даже тошнота отступила.

Какое-то время Лиза молча смотрела в потолок, раз за разом прокручивая немногие воспоминания ночи. Пыталась найти себе оправдание. Какие-то смягчающие обстоятельства. С опаской пыталась вспомнить, было ли что-то серьезнее, чем пьяный поцелуй на парковке. Тревога не отступала.

Наконец Лиза решилась: нужно обсудить все с Саймоном, чтобы не возникло двух трактовок произошедшего. И лучше всего сделать это немедленно. Она достала из-под подушки телефон и сняла его с авиарежима. По сложившейся привычке проверила пропущенные вызовы, с удивлением обнаружив шесть звонков от Николь. Последний буквально пять минут назад. Лиза попыталась вспомнить, как она вела себя в баре. Делала ли что-то… неприличное? Могла ли Николь стать невольным свидетелем ее падения?

Телефон завибрировал. Лиза посмотрела, кто звонит, и скривилась. Легка на помине.

– Да? – ответила она с опаской.

– Вот черт! – восхитилась Николь. – Ну хоть одной проблемой меньше!

– М-м-м… – Стыд сковал Лизу.

– Ты в порядке? – прозвучало вполне искренне.

– Похмелье…

– Это понятно! – отмахнулась собеседница. – Тебя уже отпустили или не задерживали вообще?

– М-м-м… – Сердце Лизы пропустило удар.

– Ты что, не в курсе? – удивилась Николь. – Твой мужик в тюрьме вообще-то!

Лиза вздрогнула, мир перевернулся с ног на голову, по телу прошла волна спазмов. Лиза открыла было рот, чтобы что-то ответить, но потом нахмурилась.

– Ты о ком?

– А ты?

Лиза мысленно хлопнула себя по лбу и сделала голос нарочито хриплым, изображая чудовищное похмелье.

– У меня голова раскалывается, какого черта тебе надо? Я ничего не понимаю!

– Саймона приняли за вождение в нетрезвом виде!

– Он не мой мужик, – на автомате протянула Лиза, крепко зажмурившись. В этот момент она одновременно ощутила сразу несколько чувств, хотя раньше не думала, что такое возможно, – облегчение, вину и радость. И стыд за радость.

– Еще вчера так не казалось, – разочарованно хмыкнула Николь. – Я ему говорила, что бабы его в могилу сведут. Ладно, раз с мисс Манхэттен все в порядке…

Лиза поняла, что собеседница собирается бросить трубку. Обиделась на что-то?

– Подожди! Ты можешь нормально рассказать мне, что произошло?

Николь какое-то время молчала, как будто решая, стоит ли об этом разговаривать с Лизой. Наконец сжалилась или сделала одолжение:

– Я только из новостей знаю.

– А можешь с самого начала? С бара. Я ничего не помню. – Лиза поняла, что уже не лежит в кровати, а стоит рядом с ней с закрытыми глазами и почему-то прикрывает лицо ладонью.

– Ты быстренько укаталась. Я бы сказала, стремительно. Саймон сказал, что отвезет тебя домой. Я, конечно, попыталась его остановить, но… Он бил себя в грудь, уверял, что он привез, он и увезет. Но в целом причина такой повышенной ответственности была понятна. Я бы его осадила и отправила тебя на такси, но ты вдруг сказала, что поедешь с Саймоном. Мол, он парень надежный, с ним не пропадешь и прочая муть.

– Я же пьяная была. – Лиза попыталась то ли оправдаться, то ли упрекнуть собеседницу за недостаточную решительность.

– А я тебе мамка, что ли?! – отбрила Николь. – Вы взрослые люди! Видимо, поездка оказалась неудачной. Хотя, учитывая, что уехали вы примерно в два часа, а задержали его, судя по новостям, часов в шесть утра… Он тебя сначала довез, а потом сам попал или ты была в машине?

– Я не помню, – покачала головой Лиза, – но проснулась я дома. Думаю, я не могла забыть такое событие.

– Возможно. Но, с другой стороны, к тебе-то претензии какие? Ты пассажир. Тебя вообще полиция могла домой отвезти. Кто бы не хотел подбросить пьяную мисс Манхэттен домой? Такая услуга практически социальный лифт. Ну или хотя бы на благодарность можно рассчитывать, – как-то очень зло пошутила Николь.

– Завязывай, – попросила Лиза.

– Ладно. В общем, там полный набор. Пока внятных деталей нет, но говорят и про алкоголь, и про опасное вождение с превышением скорости. До кучи открытая бутылка алкоголя в машине. Как понимаешь, это совсем хреново. С ним такое не первый раз происходит, насколько я знаю. Опасное вождение уж точно.