Рафаэль Михайлов – Резидент, потерявший планету (страница 6)
Прошел день, другой и третий, а Яласто в исполкоме не появился. Председатель обзвонил несколько кооперативных товариществ. Бухгалтер, оказывается, уже успел проверить финансовую отчетность в поселках Вярска, Ряпина. Потом машина у него забарахлила, и Яласто отправился дальше уже на попутном транспорте.
Бухгалтер добрался до Выру через неделю и нещадно ругал размытые дороги. Он познакомил руководителей уезда со своими выкладками, обсудил с ними условия дотации.
— Побольше бы нам таких работников, — сказал председатель, когда Яласто выехал в Таллинн. — А ведь начинал с нижней ступеньки. В буржуазное время бегал в курьерах у какого-то банкира, потом кассиром на кожевенной фабрике, а бухгалтерские премудрости самоучкой освоил.
В те весенние дни 1946 года в Выруском исполкоме подсчитывали семенной фонд, засеянные площади, деньги, а в уездном отделе милиции — часы и километры, отделяющие чекистов от встречи с бандой Пресса. План широко задуманной операции стремительно претворялся в жизнь, цепь постов, расставленных службой безопасности, охватывала довольно большую территорию в треугольнике Сульби — Кяргула — Урвасте. Ожидались приказы центра и сигнал от Пауля Мюри.
…Взвод солдат, рассыпавшись длинной цепью, спускался по крутому склону лощины. Снизу потянуло тиной и сыростью. Казалось, кроме летучей водяной ночницы нет в этой болотистой глухомани живого существа. «Тут они, — шепотом передал по цепи солдат комвзвода Геннадий Поронин, — негде им больше. Ни шороха! По моему выстрелу штурмуйте».
Взвод уже спускался в низину, уже пересек кустарник. Уже зачавкали в тине солдатские сапоги, а болото молчало. «Стоп!» — полетело от человека к человеку. Комвзвода велел залечь. Десять минут, тридцать, час. Тина заползает в сапоги, за воротник шинели. «Лейтенант, — шепчет старшина, — может, мы ошиблись?» «Некуда им больше деваться. — Поронин вздыхает. — Ну, нет у нас точных данных, Мярт, а чутье говорит, что мы на верном месте».
И в ту же секунду послышался плеск, в завеси тумана проступили черные силуэты. Комвзвода крикнул: «Вы окружены, оружие в воду!» Из завеси сверкнул огонь, взвод отозвался автоматной дробью. Через четверть часа с бандой Пихо все было кончено. Сам Пихо еще хрипел, извивался, Поронин крикнул: «Кто тебе приказал двигаться к Прессу?» — но было поздно.
Командира позвали к старшине: Мярта перенесли на груду валежника, пуля вошла в живот, он истекал кровью… «Лейтенант, наша взяла!» Поронин сорвал с себя шлем, яростно сказал: «Мярт, их не будет, а ты будешь… с нами… всегда!».
Когда Мати и его спутников окликнули в ложбине, он без колебаний выполнил приказ. Отложил в сторону немецкий карабин, пакет с динамитом, вытащил из ватных штанов морской кортик. Велло и Юло последовали его примеру. Ящичек с толовыми шашками опустили под ноги; на землю полетели автомат, парабеллум, пистолет ТТ, длинные ножи.
— Все? — переспросил голос и, получив подтверждение, начал к ним приближаться. — Кто из вас Тауми — шагай поближе. Остальные ни с места! Стреляю сразу!
Всмотрелся в бородача, хмыкнул:
— Похож, карточку твою видал.
Мати как в жар бросило. Недостает, чтобы этому связнику показали и фотографию Андреса. Пошептавшись с Велло, встретивший их человек велел ему лечь, вытянув вперед руки. Таким же образом пошептался с Юло и приказал ему залечь рядом с Тауми. Настала очередь Мати. Связник банды пристально вглядывался в него, пытаясь, видимо, в рассветном полумраке найти подтверждение или опровержение своим раздумьям. Бегло задал вопрос о его хуторе и о том, чем парень промышлял. Видимо, его ответы были приняты, — потому что связник разрешил всем троим сесть к нему лицом. Вдруг он направил на них автомат.
— Этот путался, — кивнул он в сторону Юло. — Кто подменил его по дороге — вы сами или НКВД? Считаю до трех…
«А он берет нас на крючок», — лихорадочно соображал Мати. Крикнул:
— Не корчи из себя сыщика! Да я Юло с детства знаю!
— А, может, тебя, Андрес, подменили? — дуло автомата заплясало в руках у бандита. — Уж больно толково ты все разъясняешь.
«Перестарался!» — сказал себе Мати и угрюмо пробормотал:
— Слушай, если нас всех подменили — давай разойдемся…
— Долго мы будем здесь сидеть? — вдруг резко спросил Тауми. — Или веди к своим, или вали от нас. Всех троих разом не перебьешь, третий тебя достанет. Дошло?
Связник рассмеялся.
— Вот что, парни, — усмехнулся он. — Мне нужно хотя бы одно доказательство, что вас не перевербовали по дороге.
— Болотная утка нас перевербовала, — со злостью резанул Юло.
Воцарилось молчание. Тауми посмотрел на Мати.
— У нас доро́гой другая забота была, — Мати Паоранд вспомнил совет товарищей изложить как бы между прочим «похищение» ими оружия и тола. — Вскрыли с вечера кладовую у одного офицера милиции, он выскочил к нам из окна, и Велло, кажется, переусердствовал. Короче, придушил его. Завтра об этом будет в газетах, так что не жди, пока милиция начнет охоту за нами.
Связник поднялся, деловито осведомился:
— Куда вы подевали задушенного?
— Раздели и бросили в озеро. А форма его в моем мешке.
Не выпуская автомат из правой руки, связник попятился, нащупал ногами сброшенный Мати с плеч вещмешок, левой рукой развязал его, вытянул за рукав китель, потрогал погоны, облегченно задышал:
— Ну, парни, задали вы мне работку. Я полагаю, довольно нам испытывать друг друга. Поднимите оружие, ничего не забудьте на земле из своих вещей, и… топ-топ.
— Далеко нам? — вздохнул Мати. — Велло в драке с этим милиционером повредил колено.
— За два десятка километров ручаюсь, — ответил связник.
…Запиликала лесная вертушка, задвигались посты батальона народной защиты. Паренек, удивший рыбу с речного мостика, лесник, обходивший свои владения, молочник, кативший тележку с бидонами, хуторянин, погонявший лошадь, запряженную в телегу, все они и еще многие другие люди в этот предрассветный час не случайно попадались на дороге, которая вела к Кяргула и Урвасте.
Бредущая за связником Пресса группа шла долго. Они стороной обходили перекрестки и людные места.
Перед Кяргула Мати подает Велло знак, и тот со стоном валится на землю. Проводник движется в авангарде, в пятидесяти шагах от них. Приметив задержку группы, он бешено грозит кулаком, подбегает к спутникам, со злостью шипит.
— Черт! Что еще за привал?
— У Велло, наверно, вывих, если не хуже. Далеко нам еще?
— Если не медлить, через час-полтора будем у Марта на хуторе Мересе.
Почувствовав, что сболтнул лишнее, испытующе взглянул на Мати. А тот, еще не веря неожиданной удаче, подложил руки под спину Тауми, подтащил его к стволу дерева.
— Да не стони ты, Велло. Мы за тобой вернемся.
— Что значит вернемся? — зашипел проводник и нагнулся над Тауми. — Вставай, ублюдок, или я тебя в два счета сделаю смертельно здоровым!
Но его обхватили сзади железные руки Мати, а Велло приставил к горлу лезвие ножа. Юло стянул ноги проводника ремнем. Кажется, только сейчас тот начал догадываться, что его провели.
— Да вас же Пресс растерзает! — зашипел он. Поняв же, что этим молодым людям не страшен ни он, ни Пресс, ни сам черт, быстро сменил тактику: — Вы не имеете права, я английский подданный, у меня есть заграничный паспорт.
Мати ловко обшаривает карманы куртки проводника, ощупывает подкладку — ничего! Раздумывает, стаскивает с бандита сапоги, отдирает стельки и находит под одной из них записку:
«Робинзоны близки к небытию. Прикажите или посодействуйте, чтоб Вихм, Тауми, Пихо поддержали Пресса. Обещанная вами помощь под сомнением. Аувере».
— Какой ты английский подданный! — презрительно обронил Мати. — Деньги у джонни хочешь огрести — так и говори.
— А ты не Андрес… Так кто же? — чуть не крикнул их пленник.
— С чего ты взял, что я не Андрес? Просто с самой первой минуты мы догадались, что ты ведешь нас не к Прессу, а к своим джонни, а то и в лапы к НКВД. Так что Пресс не нас, а тебя исполосует. Вот за тобой-то мы и впрямь от Пресса вернемся.
— Не оставляйте меня здесь! — бессвязно заторопился связник. — Лесник приведет сюда милицию… Я доведу вас до Пресса в два счета…
— Ты же говорил: полтора часа. Или хутор Мересе летает с места на место?
— Бункер Пресса в семистах метрах к югу от хутора. Тропка от озера через вырубку, заросли можжевельника, еловую рощу — и мы дома. Я многое смогу для вас сделать, англичане мне доверяют!
Мати крикнул: «Сторожите его!» — и метнулся к просеке. Здесь его поджидали Пауль Мюри и Альберт Соосаар.
Мати рассказал, торопясь, что они слышали.
Альберт вывел из зарослей велосипед.
В лесу раздался усиленный рупором голос майора Жура:
— Аво Пресс! Вы окружены. Именем народной власти предлагаю сдаться!
Неожиданно для всего оцепления из лаза бункера раздался, тоже усиленный рупором, хриплый голос главаря:
— Не торопись, начальник! За моей спиной в яме женщины с трех хуторов. Они обложены динамитными шашками. Приблизься хоть на шаг — и они взлетят в воздух.
Жур собрал офицеров, распорядился:
— Осока, Баркель. С ротой автоматчиков — вкруговую! Отбить заложниц. Подкрасться незаметно. Действуйте. Сигнал готовности — две ракеты.
Но и после условного сигнала перестрелка продолжалась восемь часов. Полковник Аверкиев и майор Жур решили, что терять людей не будут, банду возьмут измором.