Рафаэль Лафферти – Дни, полные любви и смерти. Лучшее (страница 35)
Например, он предполагал, что атмосфера Марса состоит в основном из эномагнетизированной и разреженной формы кислорода, не излучающей в гамма-диапазоне. Будучи эномагнетизированной, она естественным образом «прилипает» к планете, даже несмотря на слабую силу тяготения. Не излучая в гамма-диапазоне, она не создает линий в марсианском спектре, равно как и эффекта «короны» или оптических искажений, а значит, заметить ее с Земли не представляется возможным. Но землянин может там свободно дышать.
Это добрая утопическая драма с акцентом на полном удовлетворении и счастье. Румяные ноги и пылающие волосы аллегорически отсылают и к самой планете Марс, и к чрезвычайно драматичному исполнению Клариндой роли Муофу. Правда, Муофу показывает больше румяных ног, чем это принято на Земле, но в драме объясняется, что марсианские обычаи сильно отличаются от земных.
«Румяные ноги и пылающие волосы» – последняя драма, в которой измученный и подавленный Аврелиан Бентли еще проявил свое непревзойденное мастерство сценариста, драматурга, постановщика и продюсера. После этого началась полоса так называемого застоя длиной в четыре драмы. А за ними последуют три парадоксальные и горячечные завершающие картины.
Седьмая драма Бентли и первая из четырех «застойных», работая над которыми Аврелиан как будто утратил главный импульс своего творчества. Его телепостановки потеряли яркость, живость, а главное – ощущение надежды, которое они давали. Мы не станем долго на них останавливаться.
В «Ограблении поезда» несравненная Кларинда Каллиопа играет Роксану Раундхаус, дочь погибшего машиниста Тимоти Раундхауса по прозванию Локомотив. Вооруженная магазинной винтовкой, магазинным дробовиком, магазинным пистолетом и несколькими карманными бомбами, Роксана карабкается по крышам вагонов и сцепкам Трентонского экспресса, с тем чтобы поймать или уничтожить убийц своего отца, которые поклялись снова совершить налет на этот самый экспресс.
Конечно, Роксана всех ловит или убивает. В драме есть несколько удачных пейзажей, но в целом это далеко не лучшая работа Аврелиана Бентли.
И снова голоса неизвестных личностей вторгаются в ход сюжета:
– Ты меня совершенно разорила, Клари! Ободрала как липку, прибрала к рукам все, что могла. Чего еще тебе нужно? Отправляйся куда-нибудь со своим любовником и оставь меня в покое. – И затем тот же человек приглушенно (наверное, это были «озвученные» мысли) произнес: – О, если бы она в самом деле оставила меня! Тогда бы у меня еще был шанс… А так я не избавлюсь от нее никогда.
– Давай наращивай еще коры на своей липке, Аври, – слышится другой голос. – Я еще долго не закончу тебя обдирать и прибирать все к рукам. Пожалуйста, не делай такое лицо, Аври. Ты же знаешь, я никогда никого не полюблю, кроме тебя. Но небольшие знаки любви время от времени мне необходимы, и особенно сегодня. Да, я знаю, сейчас ты запоешь старую песню: «Я уже дал тебе миллион на прошлой неделе». Но, Аври, это было на прошлой неделе. Да, я знаю, у тебя есть расходы, что миру неведомы. А у меня нет, что ли? Поверь, Аври, я бы не просила у тебя знаков внимания, если бы не хотела их. – И затем приглушенный мысленный голос: – Никогда в жизни мне больше не поймать такой крупной рыбы, и я просто не могу себе позволить его упустить. Но нельзя все время быть нежной и ласковой. Как только почувствуешь, что леска ослабла, надо сильнее ее натянуть, чтобы он снова вспомнил про крючок.
Это телевизионная драма Бентли номер восемь. Кларинда Каллиопа (существует ли предел разносторонности ее таланта?) сыграла Кончиту Аллегре, наполовину индианку апачи, наполовину мексиканку. Действие происходит на границе Аризоны во время Мексиканской войны. Кончита ненавидит американских солдат, которые вторгаются на территорию штата. Она заманивает их к себе обещаниями страстной любви, но обещания эти оказываются смертельной ловушкой. Многих она убивает сама из своего шестизарядника, а из их кожи делает салфеточки – накидки на спинки кресел. Мужчины, которые Кончите действительно нравятся, любят обильно смазать волосы маслом, так что ей нужно много таких салфеточек.
Однако есть несколько американских офицеров, настолько тупых, неуклюжих и бестолковых, что Кончита вообще не желает иметь с ними дел. Она бы не выдержала рядом с ними и минуты – не то что соблазнять, а потом убивать. Вот эти ужасные персонажи[75]:
Капитан Джеймс Полк (Лесли Уайтмэншн).
Генерал Закари Тейлор (Кирбак Фуайе).
Капитан Миллард Филлмор (Пол Маккоффин).
Капитан Франклин Пирс (Хайме дель Дьябло).
Капитан Джеймс Бьюкенен (Торрес Мальгре).
Капитан Авраам Линкольн (Инспиро Спектральски).
Капитан Эндрю Джонсон (Аполлон Мон-де-Марсан).
Капитан Сэм Грант (Юбер Сен-Николя).
Постановка полна исторической иронии, хоть и непонятно откуда взявшейся.
Там присутствуют и черты комедии нравов, правда не слишком яркие: восемь тупоголовых офицеров, которых Кончита пощадила, слишком безнравственны для комедии нравов.
В этой драме Аврелиан Бентли достиг, можно сказать, творческого дна, и положение спасает разве что неиссякаемая энергия Кларинды Каллиопы (кроме Кончиты, она сыграла тут еще пять ролей).
И как обычно, фоном прорезаются голоса из другого мира:
– Клари, поверь мне! Поверь мне! Поверь! Я все сделаю для тебя. Обещаю.
– Да, ты обещаешь это мне, дурочке, и стенам, у которых нет ушей. Пообещай лучше бумаге, перу и чернилам.
– Сперва избавься от этого Аполлона.
– Избавься от него сам. Вон сколько у тебя крутых парней.
Девятая по счету теледрама Аврелиана Бентли. Юбер Сен-Николя исполнил в ней Кларенса Банкнота, хозяина казино. И впервые Кларинда Каллиопа играет здесь не главную роль. Неужели она оступилась? Или же это еще один печальный пример того, что левое полушарие Аврелиана дало сбой и режиссер промахнулся с кастингом? Одаренный иллюзионист теледрамы явно утратил былую хватку. Конечно, Кларинда выступает здесь и в других ролях, но ни одна из них не главная.
Она играет Гретхен, уборщицу. Она играет Марию, которая, сгибая спину, работает «ступенькой для всадников» у входа в казино. Играет Элси, девушку-трубочистку. Играет Хенхен, судомойку в третьей, самой отвратительной кухне казино. И наконец, Жозефину, коммунальную работницу, которая подбирает покалеченные тела под Окном Самоубийц, отвозит их на восточную божедомку и там закапывает. Золотые зубы проигравшихся давали Жозефине неплохой приработок, но драматург-постановщик был об этом ни сном ни духом.
Каждую из ее героинь подстерегали опасности.
– Нет, конечно же, мы не можем погасить огонь специально, чтобы ты почистила дымоходы, – говорил Лесли Уайтмэншн, в чьем ведении находились камины и печи в казино. – Чисть горячие.
Работать было очень горячо, и Элси-трубочистка страдала.
Однажды, подметая пол, Гретхен нашла медную монету и спрятала в карман. За это садист барон фон Штайхен (в исполнении Пола Маккоффина) велел подвесить бедную девушку за большие пальцы и выпороть.
А что Мария, девушка-ступенька, которая должна была сгибаться всякий раз, как джентльмены спешивались или седлали коней? В дождливые дни ей приходилось особенно туго. Ох уж эти облепленные грязью сапоги всадников! «Может, они хотят что-то мне сказать, – говорила или думала (медленный звук или медленная мысль?) Кларинда Каллиопа. – Люблю утонченных господ». Однако хорошая актриса может сыграть любую роль, и Кларинда сегодня полностью отмщена. Мало кто вспомнит сюжет «Кларенса Банкнота», но злоключения симпатичных девушек-работниц всем запали в душу.
И в этой драме, как и в других, звучали призрачные голоса. Они как будто попали сюда из другого фильма.
– Клари, так больше нельзя. Не считая особых подарков, а они, согласись, фантастичны, я даю тебе в десять раз больше, чем зарабатывает президент Соединенных Штатов.
– Я играю свои роли в десять раз лучше, чем он свои. И не будем забывать о
– Не за тобой. За всеми. Честно говоря, Клари, я побаиваюсь за свою жизнь. У меня предчувствие, что меня убьют ножом. Именно ножом.
– Как в «Жадных кинжалах»? Ну, там убийство было так себе, толком не проработано, и подозреваю, это тебя и раздражает. Подсознательно ты ищешь вариант лучше и красивее. Я имею в виду вариант убийства. Уверена, у тебя получится. Для себя самого ты обязательно придумаешь изящное, артистичное убийство. Видишь ли, убийства бывают хорошие и плохие…
– Клари, я не хочу, чтобы меня убивали, хоть артистично, хоть неартистично.
– Даже ради любви к искусству? А я думаю, идеальное убийство стоит свеч.
– Но только не в случае, когда я жертва.
И потом, через мгновение, женщина прошептала или подумала:
– Иногда человек сам не понимает, насколько сильно в нем стремление к совершенству. Высокохудожественное убийство Аври сыграло бы ему на руку. Оно послужило бы оправданием всему тому безумию, что в последнее время он творит.
Это десятая телепостановка Аврелиана Бентли. Четвертая и последняя драма «застойного» периода, демонстрирующая, что Бентли как драматург и режиссер находился в полном упадке и был совершенно дезориентирован. Тем не менее в этой драме начинают возрождаться его способности, правда в несколько иной форме. Чувство конфликта и динамика сюжета еще не вернулись, но понимание ужаса как движущей силы достигло высочайшей степени.