Рафаэль Дамиров – Отмороженный (страница 16)

— Вылазь, — сказал Маэстро.

— Нет. Я не сделаю ни шага!

Виктор молча вышел из машины, обошёл её, распахнул дверь и вытащил девушку наружу. Она вцепилась в сиденье, но он дёрнул её за руку, потом за волосы и потащил к воде. В другой руке у него был мешок и верёвка.

— Помогите! Помогите, кто-нибудь! — кричала Чижова.

Крик раскатился над гладью реки и тут же утонул во тьме.

— Я же сказал не орать, — прохрипел Маэстро.

Он поднял с земли палку и ударил по затылку. Не убил. Он знал, как бить так, чтобы жертва оставалась жива. У него на Чижову были свои планы. Смерть должна была быть особенной.

Чижова сразу затихла, обмякла, только ноги ещё цеплялись носками за землю. А Виктор уже тащил её за волосы к чёрной кромке воды.

***

Утром я проснулся от щебетания птиц. На миг даже показалось, что я снова дома, в деревне, у себя, где за окном озеро, чистый воздух и Манька сопит где-то у сарая. Только это были не птицы. Будильник в смартфоне. Женском смартфоне, который лежал рядом на тумбочке и дрожал, подпрыгивая.

Я нащупал рядом смятую постель, потрогал в полумраке простыню, подушку. Рядом тепло, но пусто.

Шторы были плотно задёрнуты, отчего казалось, что еще ночь.

Я сел на кровати и потёр виски. После вчерашнего минералочки бы. Или чего покрепче, если уж совсем честно.

Встал, натянул трусы, джинсы, футболку и пошлёпал к выходу из спальни. Из ванной доносился шум воды. Я остановился у двери, занёс руку, хотел постучать, но кулак так и завис в воздухе. Костяшки не коснулись филёнки.

Постоял секунду, затем молча обулся и вышел.

***

Из ванной вышла Евгения Карпова. Красивая судмедэкспертша, замотанная в полотенце, с мокрыми волосами, которые липли к шее и плечам. Босыми ногами на цыпочках прошла по коридору, на ходу вытирая ладонью лоб.

— Вставай, лежебока! — крикнула она в спальню. — Тебе яичницу сделать? С жидкими глазками, как раньше?

Евгения вошла и сразу увидела пустую постель.

Улыбка с её лица сошла. Она тихо вздохнула, постояла, потом села на самый край кровати, сиротливо поджав под себя босую ногу. Постель ещё хранила тепло, и от этого почему-то стало только хуже.

Она открыла тумбочку. Среди вороха бумаг лежала старая фотография. Евгения достала её и замерла.

На снимке был общий праздник, День следствия. Лето, река, мангал, сотрудники в гражданке. А на переднем плане дурачатся двое. Красивый статный мужчина крутит на руках хрупкую девушку, и именно этот момент кто-то успел запечатлеть на старый «Зенит». Мужчина — Илья Мороз. А беззаботно смеющаяся девушка, — сама Евгения.

Глава 7

Закончив утреннюю планёрку, генерал Абрамов откинулся в кресле и устало выдохнул.

— Всё, работайте, товарищи. И помним, что перспективу дел, направленных в суд, нужно кровь из носу по полугодию выполнить.

Сотрудники потянулись на выход. Я же остался сидеть. Щупин, уже чистенький, холеный, в аккуратном костюме, только с царапиной на щеке, которая напоминала о его недавнем приключении в лесу, тоже, вроде бы, встал и вслед за коллегами направился к двери, но у порога замер. Раскрыл рот, будто хотел что-то сказать Абрамову, потом перевёл взгляд на меня, понял, что я выходить не собираюсь, выдохнул и проговорил:

— Попозже зайду, Сергей Сергеевич. Можно?

Тот ничего не ответил, только устало моргнул на подчинённого. Утро ещё толком не развернулось, а нашего шефа уже выжали досуха. Оно и понятно.

— Маньяка мы так и не нашли, — сказал генерал, с особой обречённостью раз за разом потирая ладонью щёку, когда дверь уже закрылась. — А мне звонят. Из Главка, из администрации губернатора, из Москвы. Спрашивают, какие мероприятия мы запланировали, что сделано для поимки Ордынцева. Какие возможные места его нахождения отработаны. А что я им скажу? А?

Я молчал. Ждал, пока шеф выпустит пар и, наконец, дойдет до сути.

— Это они ещё не знают, что он только что риелторшу… — Абрамов осёкся, глянул на дверь и договорил уже тише: — Что Маэстро ее грохнул. Мы же пока отдельным делом возбудили. А представляешь, что поднимется? Паника пойдет по области. СМИ раздуют — мама не горюй. Давай, Мороз, что-нибудь делай.

— Делаю я, Сергеич, делаю, — проговорил я задумчиво. — Нужно лёжку его найти. Где-то же ховается. Днюет-ночует хищник.

— Ну так месту последнего убийства искать надо.

— Тот коттеджный посёлочек мы, конечно, прошерстили. Местные опера, участковых я напряг. Ну и… привлекли кое-каких кабинетных работников. Только это, естественно, ни одной запятушки нам не дало. Нет его там. Да и появился он там именно потому, что это старое место преступления.

— Ну может, родственники у него какие-то… Круг отработать.

— Да какие родственники, Сергеич? Я же ещё пять лет назад всё это отрабатывал. Нет у него никаких родственников. Сейчас-то откуда появятся? Одиночка, как будто с луны свалился. Ни родины, ни флага.

— Да… непонятное, — почесал лысину генерал. — И что прикажешь делать, Мороз? Ждать, пока он снова убьёт?

Я чуть повёл плечом. Начальство не любит, когда вслух произносят то, что оно и само боится подумать.

— Не хочу тебя расстраивать, Сергеич, — всё-таки сказал я вслух, потому что молчать тоже было бессмысленно, — но моя чуйка подсказывает, что он уже… кого-то убил.

— Тьфу ты, типун тебе на язык, — постучал по столу костяшками генерал. — Не мели ерунды, Илья Фёдорович. Будем исходить из того, что нет трупа, значит, и убийства нет, понимаешь? Так и будем держаться.

— Подозреваю, трупы будут, — твёрдо сказал я.

— Замолчи. Замолчи, я тебе говорю, — тряс пальцем шеф, потом шумно выдохнул, снова потёр щёку и уже тише добавил: — Вот скоро к нам пополнение приедет, может, тогда хоть дело сдвинется.

Я насторожился.

— Какое ещё пополнение? Мало мне твоего недомерка, Щупина, так ты мне ещё кого-то из молодёжи хочешь впыжить?

— Не из молодежи… Да и не я, — пробурчал генерал и нервно затеребил пальцами рубашку на груди. — Из Москвы пришлют, и не хухры — специалиста высшего класса.

— Прям высшего… Ну так, а нахрена тогда тебе я? Зачем ты меня звал?

Он тут же оживился, даже злорадство в глазах мелькнуло.

— Что, бесишься, Федорыч?

— Да ну тебя, брось.

— А я вижу, что насторожился, — не унимался Абрамов. — Да расслабь булки, майор. Это специалист другого уровня и другой квалификации. Профиль не тот, что у тебя.

— В каком это смысле? — не понял я.

Абрамов важно подался вперёд, будто сейчас не человека мне представит, а секретное оружие.

— Доктор наук из ВНИИ МВД, — с особой интонацией, смакуя каждое слово, произнёс он. — Специалист в области криминалистической психологии. Судя по регалиям, матёрый учёный. Человечище. В психотипах преступников разбирается, как мы с тобой в пиве.

Я фыркнул.

— Ха. Погоди… Психолог, что ли? Душевед? На фиг он нужен? Не верю я психологам. Они же сами немного… ку-ку, — я повертел пальцем у виска. — Причем все поголовно. Как вид.

Генерал крякнул и вдруг, к моему удивлению, не полез в спор, а как-то со смущением проговорил:

— Ну нет, не скажи. Они полезная штука. Вот я, например… вот мой психолог… я…

Я даже голову наклонил.

— В смысле, твой психолог? Сергей Сергеич, ты что, к психологу повадился?

— Ну… у нас с супругой были определённые недопонимания…

— Ты серьёзно? Мозгоправу душу изливаешь?

— Короче, что я перед тобой оправдываюсь, а? — взбрыкнул генерал и снова напустил на себя начальственный вид. — Я тебе сказал, приедет в помощь бывалый ученый… э-э…. доктор психологических наук. Работник со стажем. Ну и всё.

Я усмехнулся. Перед глазами уже встал очередной белохалатный умник из кабинета, который преступников только в телевизоре видел, ну, максимум — в учебниках.

— Как фамилия-то хоть его? Они же, вроде, и в погонах, а всё равно что офисный планктон. Преступников по картинкам изучают. Из материалов дел.

— Этот, говорят, серьёзный человек, — упрямо повторил генерал. — И фамилия у него — помню, что… серьёзная такая. Так… где-то у меня записано было…