Рафаэль Дамиров – Оперативник с ИИ (страница 13)

— Нет, сегодня уже поздно, — кокетливо проговорила Лена.

И с какой-то грустью, почти с тоской, взглянула на меня. Будто прощалась.

Я подмигнул ей. Мол, Савелий Маркович — неплохой выбор. Общие темы для разговоров, общее дело, общие доклады и прочие табуреты. И впереди у вас ещё много научно-практических конференций. Целая вереница.

— Ну, Лена, — сказал я, — вверяю в вас в эти… э-э-э, надёжные руки. Да тут уже до метро и недалеко. С вашего позволения, я вас покину. Всего доброго.

— Ты заговорил, как интеллигент, — раздался у меня в голове смешливый голос Иби.

— С кем поведёшься, — мысленно парировал я. — Это заразно, через выданный подзатыльник передалось, наверное.

— Да-да, конечно, — торопливо заговорила Леночка. — Спасибо вам… ой, спасибо тебе, Егор. Мы же с тобой на «ты». Спасибо тебе за вечер и… за всё. И мы, наверное, пойдём.

Она уже развернулась, но я поднял руку.

— Одну минуту. Я хотел бы с Савой… То есть с Савелием Марковичем переговорить. Буквально минутку. С глазу на глаз.

— Вы же не будете больше бить его по затылку? — выдохнула Лена.

Всем своим видом она намекала, что там у него самое ценное — мозг, а к мозгам учёного надо относиться крайне бережно.

— Нет-нет, — ответил я. — Наоборот, хочу… хм… принести извинения, ага.

— Говорите при даме, — гордо выпрямился Савелий Маркович.

— У меня ещё есть один небольшой вопросик, — сказал я. — Так сказать… всё-таки с глазу на глаз.

— Ладно, — снисходительно кивнул учёный.

Он подошёл ко мне вплотную. Лена осталась чуть в стороне.

— Слушай, — тихо проговорил я, — скажи мне, Савелий… А что если Ибица… ну, не уничтожена, а выжила?

— Какая Ибица? — нахмурился он. — Фу, какое вульгарное название. Это интегральная база интеллекта цифрового анализа.

Он смаковал каждое слово, будто читал лекцию перед полным залом.

Я наклонился чуть ближе.

— Я почему спрашиваю… А что если в результате замыкания… эта интеллектуальная база… Ну, куда-нибудь там переселилась?

— Куда? — вспыхнул он. — Куда она могла переселиться? Без сервера…

— Ну… — я почесал затылок. — В облако, например.

— В какое облако? — он аж фыркнул. — Как ангелочки?

— Да нет, — поморщился я. — Виртуальное облако. Серверное. Или ещё куда. Есть же такая возможность? Гипотетически?

Савелий Маркович покачал головой.

— К сожалению, эта возможность исключена. Полностью. Система была физически уничтожена.

— Ну а, если… — осторожно продолжил я. — Какие-то наработки остались? Резервные алгоритмы, прототипы. Можно же восстановить. Всё заново собрать.

Он посмотрел на меня долгим, тяжёлым взглядом.

— Теоретически… — медленно сказал он. — Наработки есть. Но это уже будет не она. Это будет другая система. С другим обучением. Другой логикой. Другой… сущностью.

Он замолчал.

— А та… — тихо добавил он. — Та погибла.

Я это не просто так спрашивал. Если бы Ибицу воспроизвели, то, может… нашли бы способ извлечь её и из меня. Может, она бы соединилась сама с собой. Я не знаю, как это работает, но спросить был обязан. Пока мне было даже в прикол ходить с ней в голове, но не всю же жизнь её голос слушать. Так?

— А что, я тебе уже надоела? — тут же прочитала мои мысли Иби.

Ну вот, начинается.

«О чём и речь», — мысленно вздохнул я.

Она притихла, но слушала внимательно. Всё-таки рядом стоял её создатель.

— Нет её, — продолжал Савелий Маркович замогильным тоном. — Ни следов, ни фрагментов. Это трагическое стечение обстоятельств. Когда я пришёл к себе в кабинет, мой компьютер был тщательно почищен. Информация удалена.

— Как удалена? — нахмурился я.

— Сам не знаю. Кабинет был заперт. Ключ на вахте. По видеонаблюдению никто в кабинет не входил.

— Это могли сделать удалённо, ну, почистить? — уточнил я. — Хотя у вас же защищённая сеть.

— Да, — кивнул учёный. — Наша сеть не подключена к интернету.

Он замолчал, потом добавил:

— Но это могли сделать по ведомственной сети.

— Вот именно, — сказал я. — Но кому из МВД понадобилось бы вредить самому МВД? Нет, не может быть, ерунда.

Савелий Маркович посмотрел на меня внимательно. Уже без обиды, а как на коллегу.

— Интересно, — тихо сказал он.

Я почувствовал, как во мне шевельнулась какая-то новая, непривычная чуйка. Оперская, как я её для себя назвал.

— Что интересно? — переспросил я, а сам в это время уже размышлял. Вспоминал всё, что происходило вокруг меня самого в последнее время.

— Обычно такие слова, ну, что версия — ерунда, означают в научной дискуссии, что человек попал в точку, — констатировал тот.

— Ага. И получается, Савелий Маркович, у нас вот что, — сказал я медленно и сделал паузу. — Кто-то очень не хочет, чтобы Ибица была внедрена. И этот кто-то очень хотел, чтобы её уничтожили.

Савелий поморщился и окинул меня странным взглядом.

— Я думал, это вы в сговоре с этими «кто-то». Вы же устроили замыкание.

— Ты же сам видел, как меня током шарахнуло. Я что, самоубийца, что ли? Это всё случайность. Но если бы не это замыкание… наш отдел ведь не выдающийся и не передовой, — проговорил я, раздумывая вслух. — А на апробацию почему-то отправили этот проект именно к нам. Разве не странно?

— Не называй меня проектом, — недовольно проворчала Иби.

— Хорошо, — тут же поправился я. — Не проект, а совершенство науки и разума, — всё так же вслух добавил я, щёлкнув пальцами. — Почему, скажи, Савелий? Почему именно в наш отдел?

— Я не знаю, — честно ответил ученый. — Я таким вопросом даже не задавался. И вообще, я разработчик, а не… я хочу сказать, что это решение принимал не я.

— Вот, — кивнул я. — Это и есть оно. Если найти ответ на вопрос «почему» и «кому это надо», мы найдём того, кто залез к тебе в компьютер. И, возможно, вернём информацию. А там, глядишь, ты сможешь создать новую Иби…. Ибицу. Интеллектуальную базу, в общем.

— Теоретически… да, — закивал учёный. — Это будет сложно, но я мог бы попытаться.

Несмотря на темноту, я заметил, как загорелись его глаза. Он всерьёз задумался и осторожно спросил:

— Думаете, стоит сообщить об этом руководству?

— Ни в коем случае, — отрезал я. — Сделаем так. По этому инциденту ты держишь связь только со мной. Если понадобишься, я тебя сам найду.

— А как вас…

— Егор Николаевич Фомин, — представился я.

— Спасибо, Егор Николаевич, — искренне закивал Савелий Маркович. — Спасибо.