Рафаэль Дамиров – Оперативник с ИИ. Том 3 (страница 16)

— Григорий, — медленно произнёс он, — ты ещё не пришёл в себя. Тебя дурман-травой опоили. Ты не понимаешь, что говоришь.

— Понимаю! — заорал Гришка, сорвавшись на визг. — Это ты её пырнул! Я видел! Ты её пырнул, когда она меня опоила! Ты сзади вышел! Я всё видел! Просто сказать ничего не мог, как в тумане все, но я видел!

Он нагнулся, схватил с земли увесистый камень.

— Сдохни! — заорал Гриша и ринулся на старосту.

Ребристый камень тускло блеснул в его руке.

Глава 5

Силантий не отпрянул. Он даже не дрогнул, не сделал ни малейшей попытки прикрыться. Стоял так, будто и правда верил, что его хранит нечто выше человеческой злобы. Или что Гришка не решится, снова просомневается. Передумает в последний момент.

Но Гришка решился.

Замах получился широкий, по большой дуге. Камень описал полукруг над его головой и полетел вниз, прямо в лицо старосте. Тяжёлый булыжник, срывающийся с ладони отчаянного человека, который в этот миг уже ничего не боялся.

Силантий всё так же стоял спокойно.

И только в последний миг стало ясно, что это был расчёт, а его неподвижность оказалась ловушкой.

В тот самый момент, когда камень уже почти достиг цели, староста сделал короткий боковой шаг и ушёл из-под удара на полкорпуса.

В то же мгновение рука с ножом двинулась вперёд. Короткий, жёсткий тычок прямо под рёбра.

Я даже отсюда, из ямы, услышал мерзкий звук — как сталь скрежетнула по кости. И одновременно глухой и липкий нутряной всхлип.

Нож вошёл в плоть. Гришка захлебнулся воздухом. Камень, не встретив преград, летел себе до самой земли, но и там не остановился.

Я не увидел его в темноте, но услышал, как он глухо ударился о прутья решётки, отскочил и понёсся в яму. Он попал бы мне в плечо, может, в голову, но Селена поймала его.

Я даже не понял, как. В темноте, без света она разглядела, высчитала его траекторию. Рука метнулась, перехватила камень, отшвырнула в сторону.

Силантий выдернул нож. Кровь брызнула тёплой струёй. Гришка рухнул на решётку, рядом с Маришкой. Две тени, два тела. Кровь стекала сквозь прутья вниз.

Капли падали мне на лицо, на руки. Тёплые, липкие.

Силантий стоял над ними, тяжело дыша. Он смотрел теперь прямо на меня. Ждал, что я сломаюсь, закричу.

Спокойно, насколько мог, я поднял голову и сказал:

— А теперь ты будешь говорить всем, что я убил и Григория?

Силантий медленно кивнул.

— Буду.

Он снова наклонился, вытер нож. На этот раз — о брюки Гришки. Будто они были просто тряпкой.

— Ты убил его, — продолжил он ровно. — Ты убил Маришку. Ты убил моего сына. Ты хотел сбежать. И все в это поверят.

Он говорил без тени сомнений, как человек, который за двадцать лет накрепко привык, что его слово — здесь истина и закон. Иного не бывает.

— Итого, — неторопливо проговорил староста, глядя на нас сверху вниз, — на вашей совести три загубленные души.

Он подопнул ногой бесчувственные тела, словно проверял, не шевелятся ли, не оживут ли.

— Толпа будет очень рада увидеть, как вы гибнете в страшных муках. Поверьте мне, вы умрёте не сразу. Вы будете умирать долго, медленно и мучительно.

Он наклонился ниже, и его тень легла на нас темным пятном.

— Вы ещё позавидуете этим двоим. Завтра, когда всё поселение соберётся, когда костёр разгорится как следует, каждый увидит, что бывает с предателями и убийцами.

Инга рядом со мной стояла неподвижно. Лицо её в темноте было белым пятном.

— Ты врёшь, — спокойно сказал я. — Ты сам их убил. И ты это знаешь.

Силантий усмехнулся.

— Я-то знаю. Но поверят мне.

Он выпрямился.

— Спите, городские. Завтра у вас будет великий день — день очищения.

Утро началось тревожно.

Я не сомкнул глаз ни на минуту. Сначала думал, что усталость возьмёт своё, организм выключится сам, как это бывает после перегруза. Но нет. Тело ныло, голова гудела, а сознание оставалось ясным и настороженным.

Селена тоже не спала. Хотя, честно сказать, я и не знал, нужно ли ей теперь вообще спать. Я почти не слышал даже её дыхания, так тихо она сидела. Молчала почти всю ночь.

И только под утро, когда воздух стал холоднее и где-то в стороне деревни раздался металлический звон, похожий на звук колокола, она произнесла:

— Егор, если ты хочешь выжить, мы должны объединить силы.

Я не ответил.

Звон повторился.

Это оказался не колокол. Как мы позже поняли, это был кусок рельса, подвешенный на перекладине. По нему били железным прутом. Удар — длинная дрожащая вибрация. Потом короткий. Снова длинный. И следом серия частых тревожных ударов.

Звук был особенный. Наверное, для них это был сигнал всем собираться на суд.

Сначала послышался скрип дверей. Потом шаги, шорохи, голоса. Люди высыпали из домов и стали стекаться к площади.

Площадь — это, конечно, громко сказано. Это было расширение единственной улицы у дома старосты. Пятно утоптанной земли, там, где обычно собирали сход.

Я не видел людей, но гул теперь уже наполнял всё пространство. Перешёптывания, охи, чьи-то всхлипы.

— Силантий уже рассказал всем свою версию смерти этих двоих, — спокойно сказала Селена. — Их подготовили.

Возле ямы послышались шаги. Решётка звякнула, засов скрипнул.

— Егор, — повторила Селена. — Мы должны объединиться.

— Посмотрим, — ответил я.

Решётку откинули. Вниз спустили лестницу. Я поднялся. Меня схватили за плечи, выволокли наверх и тут же связали. Верёвка впилась в запястья. Руки за спиной были связаны грубо, наспех, но уж точно умело и крепко. Ингу, вернее, Селену в её теле, вытащили следом.

Нас повели к площади. Народ уже стоял полукругом в ожидании.

И пришли они не с пустыми руками. Кто-то держал камень, кто-то палку. У нескольких мужиков были топоры. Женщины стояли плотнее, ближе друг к другу. Девки со вчерашними васильками в косах теперь смотрели холодно.

Нас подвели к двум толстым столбам, врытым в землю, привязали спинами. Верёвки туго стянули грудь, плечи.

Я почувствовал, как узел проверяют на прочность.

Гул толпы только лишь усилился.

— Убивцы…

— Душегубы…

— Зачем пришли к нам! Проклятые…

Кто-то бросил в нашу сторону ком земли. Он ударился о землю и рассыпался возле моих ног.

Но по приказу старосты тех, кто проявил инициативу линчевания, осадили.

Конец ознакомительного фрагмента.

Продолжение читайте здесь