Раджан Ханна – Путь волшебника (страница 82)

От вестибюля во всех направлениях отходили коридоры. Женщина насчитала пять выходов; нет, все не проверить. Время поджимает, нужно выбрать один. Она остановилась. Толпа вокруг поредела. Где-то на заднем плане беспрестанно клацали и щебетали турникеты, напоминая лягушачий хор.

Ее охватила паника. Пока не поздно, надо вернуться на платформу. Вот только матч скоро закончится. И тогда — проигрыш.

— О че-е-ерт… — пробормотала она, что-то почувствовав.

Брюнетка подняла висящий на шее перламутровый бинокль, такой маленький, что казался игрушечным, и оглядела толпу.

И знаете что? Она оказалась на сто процентов права. Молодой человек, слегка за двадцать, волосы песочного цвета, желтовато-зеленый твидовый пиджак с кожаными накладками на локтях. Он запросто мог бы сойти за сексуально озабоченного помощника редактора из издательства «Саймон и Шустер» — если бы над его головой в такт шагам не покачивалась корона из мерцающих иконок: пиктограмма — цифры, греческие буквы и еще какие-то плохо различимые зеленоватые флуоресцентные символы. Парень с беспечным видом двигался по вестибюлю, явно ни о чем не подозревая.

И та же картина примерно в десяти футах позади него: матрона с Верхнего Ист-Сайда,[14] вся в жемчугах и в меховой курточке. Походка штатского человека. Над красиво уложенными пепельными волосами парили тесно посаженные охряные курсивные письмена, а над плечами вращались две звездочки. Ух ты! Не меньше чем капитан!

По идее, они не должны работать вместе. Это практически запрещено. Правила, правила, правила… Ну, как бы там ни было, выбирать можно лишь одно из двух: лестницу на улицу или вращающуюся дверь слева, что ведет в подвальное фойе офисного здания.

Твидовый направился к двери; благослови господи его женолюбивое сердце, поскольку брюнетка обожала «вертушки». Сейчас ее собственное сердце колотилось часто-часто, но она могла с этим справиться. Это как будто ты мысленно нажимаешь кнопку и отсоединяешь двигатель от редуктора; все остальное делается по инерции.

Теперь бегло произносим несколько старинных голландских ругательств — и «вертушка» наглухо заклинена. Как смешно он мечется, ни дать ни взять мим, запертый в невидимом стеклянном кубе. Вдвое смешнее оттого, что ловушка и впрямь стеклянная.

Толпа с растерянным ворчанием попятилась от заблокированной двери. Добрая минута понадобится Твидовому, чтобы сообразить, как его провели. Это называется «эффект неожиданности» — да и с какой стати она будет делать то, чего от нее ждут? У них всегда уходит минута, это статистика. А брюнетке больше и не нужно.

Матрона узнала: что-то пошло не так. Развернулась и продолжила движение, но спиной вперед, стараясь выделить стоппера в толпе. Вот только не было у нее такого замечательного бинокля.

Да это просто подарок! Погружаем Матрону в сон, как того барабанщика: персидское обморочное заклинание действует мгновенно. Но похоже, это маг куда выше чином, чем Джимми Баффет: не успев закончить заклинание, стоппер так и села от удара в грудь чем-то невидимым.

Может, надо было сперва прочесть надпись над головой Матроны? Она по меньшей мере капитан.

Сердобольные пассажиры бросились помочь молодой женщине, но она отмахнулась, глубоко дыша и массируя грудь. Матрона уже убегала по лестнице со скоростью чемпиона — и это на таких высоченных каблуках. Нельзя ее упустить. Но что делать с Твидовым? Брюнетка чувствовала, как он снимает ее заклинание, петлю за петлей. Ладно, подумала она, попробуем действовать пожестче.

Шквал магической силы сорвал вращающуюся дверь и с оглушительным грохотом забросил ее в подвал офисного здания. Фу, как грубо получилось!

Но Твидового это задержит еще на одну-две минуты. Обойдется без сломанных костей, но от нокдауна, а то и от нокаута, он оправится не сразу. Прием топорный, но эффективный и, что еще важнее, не противозаконный.

Перепуганная толпа дико вопила. Стоппер пошла вверх по лестнице, навстречу свету дня, и шум остался позади.

Матрона направлялась к тому самому офисному зданию, в подвал которого занесло Твидового, в монолитную башню с двухэтажным цоколем из зеленого стекла.

Быстро шагая по противоположным сторонам улицы, брюнетка и Матрона вели невидимый поединок. Каждая заставляла противника забыть, куда он идет, пыталась вызвать у него усиленное сердцебиение, замутить его зрение и толкнуть ему навстречу другого пешехода. Вообще-то, такое против правил, но, поскольку согрешили обе стороны, посмотрим на это сквозь пальцы.

Потом ради прикола она слишком ярко включила фары еле ползущего лимузина. Даже, пожалуй, перестаралась — Матрона вынуждена была опереться на капот другой машины, прижимая пясти к глазам, и простоять целую минуту.

Брюнетке только того и надо было. Она метнулась через улицу, между машинами, мимо поникшей Матроны, прямо в зеленое фойе и там увидела самую великолепную картину на свете — Твидовый едет вверх на эскалаторе, все еще потирает голову и убеждает прицепившегося охранника, что все в порядке.

Можно схватить его и связать, а можно проследить за ним. Хочешь выяснить, где спрятано нечто важное, — найди того, кто знает дорожку туда. А Твидовый знает. Хотя какому кретину пришло в голову прятать Голубой Куб в офисном здании в центре города? В результате игра за гранью фола и все в дерьме.

Пловцу в бассейне иногда помогает неистовая жестикуляция зрителей. Сверхчувственное предвидение ей сродни: невозможно объяснить, как оно срабатывает. Закрыв глаза и мысленно наугад прощупав все вокруг, она выловила один простой факт из ближайшего будущего. А если знаешь, к которому лифту через девяносто секунд должен подойти Твидовый, ничего не стоит в этот самый миг оказаться у него за спиной.

Она молниеносно просунула руку между съезжающимися дверьми. Те вздрогнули, снова открылись и впустили ее, злорадно ухмыляющуюся, вслед за Твидовым в кабину.

Будем откровенны: поездка вверх выдалась не из приятных. На самом деле брюнетке было даже жалко попутчика. Кто он такой? Салажонок, до которого только сейчас дошло, с кем он имеет дело.

Большим и указательным пальцами он сделал знак «рах».[15] Намекнул, что можно разойтись мирно. Он не хотел драться.

Нетушки, Твидовый! У тебя узкое лицо и вьющиеся каштановые волосы, редеющие на висках. А ума, похоже, кот наплакал. Эта игра — не футбол двадцатого века, договорной ничьей не будет.

Господи, когда же это кончится! По какой бы причине ни предпочел Твидовый этот лифт скоростному, непредвиденная задержка дала ей возможность подумать. Времени было даже с избытком — ее разум работал с максимальной скоростью, и теперь, когда он не был сосредоточен на первостепенной задаче, мысли так и наваливались друг на дружку. Она пыталась считать собранные очки, но все время сбивалась. Очень уж непроста формула расчета, и некоторые переменные еще неизвестны.

И все же у нее есть реальный шанс на победу, в этом можно не сомневаться. Она — лучшая в своей молодежной категории и держит первое место вот уже пять месяцев. У нее талант, да такой мощный, что она бы прекрасно обходилась без магии — если бы все, чему учат в академии, вокруг этой магии не вертелось.

Она вздохнула, и Твидовый бросил на нее вопросительный взгляд; может, заигрывал, но она проигнорировала его попытку.

Нет, не похоже, что ей светит проиграть. Так что тревожиться ни к чему. Просто она, как ни тошно это признавать, малость устала от военных игрушек. Как оказалось, быть магом в реальности — совсем не то, что быть магом в книжках. Думаете, Саурон, Белая Колдунья или Волан де Морт ждут не дождутся, когда вы получите диплом? Как бы не так, эти паршивцы даже не удосужились показаться вам на глаза. Наверное, не получили соответствующего уведомления.

Какой жестокий удар со стороны абсолютного зла — оно оказалось несуществующим. Спрашивается, куда податься новоиспеченной чародейке? Из нормальной девчонки сделали кровожадного боевого мага, да вот беда, сражаться-то не с кем! И в сущности, не из-за чего. Военная игра — не то, ради чего она училась и тренировалась, не то, ради чего она вообще живет. Однако другой цели, более стоящей, на горизонте не маячило.

Но в военной игре она была хороша. Правда, эта продолжалась уже четвертую неделю, и отчего-то брюнетке теперь казалось, что время ползет очень медленно. Что ни ночь, то новый рейд в новую временную зону. Пять рейдов в неделю, двадцать часов в сутки на ногах, а из еды одни бутерброды. Многие подсаживаются на такой безумный ритм, как на наркотики. Сегодня утром она не позавтракала, и от избытка адреналина при пустом желудке уже дрожат колени.

Что будет дальше? Может, Вильнюс, а может, Перт. Еще хватает невскрытых конвертов. Зато вся эта свистопляска помогает ей оставаться в списке лучших. Есть Голубой Куб, а в нем должен быть артефакт, и надо его найти. А что это за вещь, вы догадываетесь? Вот и она не догадывается. И она слишком молода, чтобы ей все это казалось скукой смертной…

Тинь… Двери открылись. Брюнетка сделала жест вежливости: после вас. Ведь не обязательно вести себя как последняя сука без крайней необходимости, верно? Твидовый взглянул на нее непонимающе — словно человек, проклятый с самого рождения, — но покинул кабину и попер в офис. Надо отдать ему должное, он своевременно решил не делать глупостей.