Радмила Скрытня – Аннулированные (страница 4)

«Ведь прежде чем стать графиней Валишевской, она некоторое время была женой престолонаследника Иринарха»,– напомнила княгиня Эвита. «Этот брак, увы, продержался всего два года, после чего был в одностороннем порядке аннулирован»,– не без сожаления произнесла она. «Однако за период их супружества успел родиться ребенок – Катарина Мартелл»,– выдержав паузу, сообщила Эвита Нейлант. «На момент воцарения Иринарх уже был вновь женат, поэтому ту историю естественно замяли»,– добавила женщина.

«Припоминаю, припоминаю»,– закивал Ксаверий Целебровский. «Пышная свадьба, которая уже через год привела к продолжению династии, а потом краткое сообщение в газете об аннулировании брака»,– печально усмехнулся он. «В скором времени принц вступил в новый брак и обзавелся новой дочерью, а имена его первой супруги и ребенка перестали упоминаться вообще»,– закончил князь.

«Так как моя дочь из-за тяжелой беременности и последующих заботах о ребенке мало появлялась в обществе в качестве жены престолонаследника, и почти сразу после аннулирования вышла за Валишевского»,– продолжила Эвита Нейлант. «То все и вовсе позабыли, что это она была первой женой Иринарха Мартелла»,– пожаловалась княгиня.

«Хоть аннулирование брака и давно привычное в наше время явление, однако в высокородных домах к этому прибегают лишь в крайних случаях»,– заметил князь Ксаверий. «Что стало причиной крушения их лодки любви? Надеюсь, не сомнения в происхождении девочки?»– опасливо поинтересовался глава дома Целебровских. «Иринарх встретил новую юбку, вот, что послужило причиной»,– оскорбленно фыркнула княгиня Эвита.

«Молодая свитная…всё должно было закончиться легким адюльтером, только она забеременела»,– со злостью произнесла женщина. «Придворная колдунья предсказала якобы родится мальчик, и царствовавший тогда Неолин дал согласие на аннулирование»,– закончила она. «Они, видите ли, не могли допустить незаконного рождения наследника мужского пола, да, еще и от девушки из знатной семьи»,– вновь фыркнула княгиня.

«Вот, только родилась девочка, да, еще и через месяц после свадьбы родителей»,– злорадно произнесла женщина. «Будь это не королевская семья, на неё бы даже не дали бы документа о рождении»,– уверенно заявила Эвита Нейлант. «Однако Иринарх был тогда влюблен, и король Неолин закрыл глаза на всё, незаконнорождённая стала принцессой»,– трагично произнесла княгиня.

«Устроить новый брак Марцелины королевская семья помогла, ведь мы всё же тоже были людьми с положением»,– продолжила рассказ женщина. «Но против закона об аннулировании мы, к сожалению, были бессильны»,– бессильно развела руками она. «Катарину лишили имени и титула и отправили в воспитательный дом»,– тяжело вздохнув, закончила историю пожилая княгиня.

«Но это ничуть не отменяет того, что истинная наследница Катарина»,– веско произнесла Эвита Нейлант. «Ведь как гласит наш закон: при отсутствии иных законных детей ребенок от аннулированного брака вновь становится законным»,– напомнила она. «А как насчет нашей юной королевы?»– лукаво поинтересовался князь Ксаверий. «У неё все еще достаточно сторонников, которые ни за что не признают её незаконнорожденной»,– резонно заметил он. «Чтобы ваша Катарина была признана законной потребуется длительная борьба, которая неизвестно чем кончится»,– подытожил князь.

«Кстати у вас есть документальное подтверждение её происхождения?»– поинтересовался Целебровский. «Пожалуйста»,– протянула ему пергаментный лист с королевской печатью Эвита. «Запись о рождении престолонаследницы Катарины Мартелл, которую я чудом успела спасти от уничтожения»,– гордо сообщила она. «Что ж, неплохо, неплохо»,– щелкнул языком князь Ксаверий. «И всё же я должен поразмыслить»,– неопределенно произнес он.

«Давайте вернемся к этому разговору через пару дней, сажем в четверг вечером в моем доме?»– предложил он. «Приходите туда вместе с Катариной и Марцелиной, которая подтвердит ее происхождение»,– выдвинул условие князь. «Не хотелось бы взять в семью самозванку»,– пояснил мужчина.

***

«Этого не будет»,– с трудом дослушав рассказ матери, вскричала графиня Марцелина Валишевская. «Я не позволю вам разрушить мой брак и жизни моих детей»,– угрожающе предупредила женщина. «Катарина тоже твоя дочь»,– спокойно напомнила ей мать. «То, что ты предлагаешь разрушит в первую очередь её жизнь»,– парировала Марцелина. «Неужели ты не понимаешь, что Катрин просто устранят?»– возмущенно воскликнула она.

«Не прикрывайся заботой о Катарине»,– осадила дочь пожилая княгиня. «Будь тебе до неё дело, не согласилась бы молчать и вступить поскорее в брак с не пойми кем»,– холодно бросила Эвита Нейлант. «Я уж молчу про воспитательный дом для безродных»,– продолжила наносить удары дочери женщина. «Ты лишила её короны»,– многозначительно потрясла пальцем княгиня.

«К сожалению, время, когда нужно было бороться за королевский венец ушло»,– сухо сказала Марцелина. «Если я вступлю в эту игру, то Адриан, Валерия и Тьяго станут незаконнорожденными и потеряют все права»,– высказалась она. «А я свою репутацию приличной женщины и мужа»,– холодно подытожила графиня. «Ты останешься при своей репутации, милая»,– решительно отмела все возражения Эвита Нейлант. «Ведь жертв деспотии мужа у нас принято жалеть»,– прибавила женщина. «Особенно, когда этот муж – свергнутый король»,– хищно улыбнулась княгиня. «А Валишевского мы заставим вновь признать детей»,– пообещала она.

«Все только выиграют, если ты согласишься на мое предложение»,– еще раз ослепительно улыбнулась Эвита Нейлант. «А, если откажусь?»– с вызовом спросила Марцелина. «Боюсь: лишь навлечешь пятно на репутацию своей любимой Валери»,– просто ответила княгиня. «Ведь князь Целебровский не будет объявлять помолвку с ней»,– пояснила она. «Как думаешь в каком статусе ей будет после этого легче выйти замуж? Сестры королевы или графини?»– риторически поинтересовалась пожилая княгиня.

***

Несколькими часами позже

«Что тебя тревожит, милая?»– ласково спросил у жены граф Слободан Валишевский. «Да, ничего, просто непростой день»,– тихо ответила Марцелина, размеренно водя костяным гребнем по своим черным шелковистым волосам. «Всё-таки давненько уже мы не давали таких больших приемов»,– заметила она.

«Еще и Валерии стало дурно»,– добавила женщина. «В моё время прием не считался приемом, если на нем не лишалась чувств пара тройка девушек»,– отмахнулся Слободан. «Тогда корсеты еще носили повсеместно, но Валери его почти никогда не одевает»,– возразила ему жена.

«Что, если это знак?»– вдруг спросила графиня Марцелина. «И нам не стоит выдавать её замуж так рано?»– робко добавила женщина. «Но мы и не выдаем её замуж сейчас»,– резонно возразил ей муж. «Это всего лишь помолвка, свадьба же будет самое раннее через год»,– заметил он.

«Целебровские очень древний и богатый род, если откажемся мы, они очень быстро найдут новую невесту»,– уверенно высказался граф. «А, вот, Валерия, едва ли сможет выйти за кого-то сопоставимого»,– рассудительно заметил Слободан Валишевский. «Когда я была в её возрасте, родители тоже спешно устроили брак с высокородным и богатым женихом»,– напомнила ему супруга. «Однако ничего хорошего не вышло»,– добавила женщина. «Матеуш вовсе не похож на Иринарха»,– отмахнулся граф Слободан. «Уверен: он не обидит Валери»,– заявил мужчина.

«К тому же, они приняли решение жениться сами, так зачем мешать?»– с улыбкой добавил он. «Наша Валери влюбчива, и хорошо, что её выбор остановился на князе, а не на каком-то слуге»,– уже более серьезно заметил мужчина. «Во второй раз нам, может, так не повезти, а потому не будем вмешиваться»,– подытожил граф Валишевский. «Да, пожалуй, ты прав»,– вынужденно согласилась Марцелина.

***

Утром следующего дня

«Что вы себе позволяете?»– возмущенно распахнула дверь спальни, в которую уже добрых полчаса настойчиво стучали, Марцелина Валишевская. «Простите, графиня, но я подумала: вам следует узнать это первой»,– ответила ей явно запыхавшаяся загорелая девушка с нежными чертами лица.

У нее были темные сплетенные в косу вокруг головы волосы, прикрытые белым плотным платком, подвязанным под подбородком и белое же хлопковое платье.

«Что стряслось, Ангури?»– требовательно спросила у приближенной Марцелина. «Князь Целебровский не будет объявлять помолвку»,– коротко ответила девушка. «Вот, прочтите»,– сообщила она, протягивая конверт, запаянный печатью с изображением дуба. «Мне сказал об этом курьер»,– пояснила Ангури. «Письма я, конечно же, не читала»,– заверила госпожу служанка.

Марцелина молча забрала у нее конверт и вскрыла печатку, быстро пробежала текст. По мере чтения письма её лицо становилось всё мрачнее и мрачнее. «Ты правильно сделала, что пришла ко мне»,– закончив читать, безрадостно похвалила служанку графиня.

«Не говори пока никому про помолвку»,– приказала Марцелина. «А теперь ступай, ведь, кажется, ты хотела навестить семью»,– отпустила девушку графиня. «Да, но, если я вам нужна, то останусь»,– с готовностью вызвалась Ангури. «Нет, нет»,– покачала головой Марцелина. «Иди, тем более что ты уже собралась»,– кивнув на наряд девушки, добавила графиня.

Отослав служанку, графиня спешно накинула поверх белой ночной рубашки с пышными рукавами темно-зеленый шерстяной сарафан с шнуровкой на груди и выскользнула из покоев.