Радик Яхин – Дневник города (страница 2)

– Отлично, – сказал я вслух. – Просто отлично.

Где-то в глубине тоннеля зашумело. Шаги. Много шагов. Они шли сюда. Я замер, стараясь даже не дышать. Шаги приближались. Я сжал камень, готовясь ко всему.

И тут камень дёрнулся. Из него вырвался тонкий луч света и упёрся в стену напротив. На стене, поверх старой, осыпающейся краски, проявилась дверь. Дверь, которой секунду назад не существовало. Деревянная, обитая ржавым железом, с массивной ручкой в виде львиной головы.

– Только не это, – простонал я.

Шаги были уже совсем рядом. Я услышал голоса:

– Сканер показывает выброс энергии здесь.

– Обыщите всё. Ключ должен быть у него.

Выбора не оставалось. Я вскочил, рванул ручку на себя и нырнул в темноту за дверью.

Дверь захлопнулась за моей спиной с глухим, окончательным стуком.

Я упал на колени и долго сидел, пытаясь отдышаться. Вокруг была темнота, но не пугающая, а тёплая, мягкая, словно я находился в огромном помещении, где воздух был неподвижен и пах озоном и старой бумагой.

– Где я? – спросил я у темноты.

Темнота ответила тишиной.

Я поднялся на ноги, выставив руки вперёд. Камень в кармане пульсировал ровно, указывая путь. Я пошёл на его свет. Через несколько шагов мои пальцы коснулись стены. Гладкая, холодная, металлическая. Я пошёл вдоль стены, считая шаги. Двадцать, тридцать, сорок. Стена кончилась, и я нащупал угол. Повернул. Ещё двадцать шагов – снова угол. Комната. Огромная комната, размерами с ангар.

– Свет, – сказал я вслух, надеясь на автоматику.

И свет загорелся.

Я зажмурился. Когда глаза привыкли, я увидел, что стою в библиотеке. В самой настоящей, древней библиотеке, с высоченными стеллажами, уходящими в темноту под потолком. Но книги на полках были не бумажными. Они светились. Каждый корешок пульсировал своим цветом, и от этого пульса в воздухе висело лёгкое гудение.

Я подошёл к ближайшему стеллажу и протянул руку. Книга, или то, что здесь считалось книгой, была сделана из тонких пластин неизвестного материала, покрытых символами. Те же символы, что и на камне.

– Архив, – прошептал я. – Я в архиве.

Камень в кармане нагрелся сильнее. Я достал его и положил на открытую ладонь. Символы на нём засияли ярче, и один из стеллажей в дальнем конце зала вспыхнул алым.

Я пошёл туда. На средней полке стеллажа лежала книга, переплёт которой был украшен точно таким же камнем, как у меня, только потухшим, серым, мёртвым. Я взял книгу в руки, открыл на первой странице и…

Символы поплыли. Они оторвались от страницы, закружились в воздухе перед моими глазами, а затем впитались прямо в лоб. Боль была адской. Я закричал и упал на колени, чувствуя, как в голову вбивают тысячи гвоздей. А когда боль утихла, я понял, что понимаю.

Я знал этот язык. Каждый символ имел значение. И первое слово, которое сложилось у меня в голове, было: «Реальность – это код. Код можно переписать».

Я провёл в библиотеке, наверное, несколько дней. Трудно сказать, времени там не существовало. Я читал книги, впитывая знания прямо в мозг. Я узнал о слоях реальности, о том, что наш мир – лишь один из многих, и что между мирами есть перекрёстки. Наш город стоял на самом большом из них. Именно поэтому здесь так часто ломалась техника и люди видели странное.

Но библиотека была лишь хранилищем. Чтобы узнать, как пользоваться ключом, мне нужно было идти дальше. И карта в моей голове, возникшая после загрузки знаний, указывала путь. Кибер-храм. Место, где техношаманы поклоняются машинным духам и умеют разговаривать с самой тканью реальности.

Выход из библиотеки оказался порталом, который вывел меня прямо в центр города, к подножию небоскрёба, на крыше которого и располагался храм. Небоскрёб был старым, ещё до-киберпанковской эпохи, с выбитыми окнами и проржавевшим каркасом. Но на крыше горел свет.

Лифт не работал, пришлось лезть по лестнице. Тридцать семь этажей. На тридцатом у меня закончились силы, и я сел передохнуть на подоконник, глядя на раскинувшийся внизу город. Отсюда, с высоты, он казался красивым. Миллионы огней, переплетения дорог, пульсирующие рекламные щиты. Но я знал, что внизу, в этих огнях, кипит грязь, насилие и отчаяние.

На крыше меня встретили. Двое в балахонах, нашитых микросхемами и проводами, с лицами, скрытыми за масками из старых мониторов. Они молча взяли меня под руки и повели внутрь.

Храм представлял собой огромный шатёр, натянутый прямо под открытым небом. Внутри горели костры, но огонь в них был синим – горел какой-то газ. Вокруг костров сидели люди в таких же балахонах и раскачивались в такт музыке, которую издавали древние динамики, подключённые к допотопному синтезатору.

– Ты принёс ключ, – раздался голос из темноты.

Из тени выступил человек. Он был выше остальных, и его балахон был расшит золотыми проводами. Лицо открыто – старик с глубокими морщинами и глазами, которые светились голубым светом.

– Я принёс вопросы, – ответил я, сжимая камень в кармане.

– Вопросы – это тоже ключи, – улыбнулся старик. – Садись. Поговорим.

Старик, которого звали Архивариусом (оригинально, ничего не скажешь), выслушал мою историю, не перебивая. Когда я закончил, он долго молчал, поглаживая длинную седую бороду.

– Ты влип, парень, – наконец сказал он. – Ключ, что ты держишь – это не просто артефакт. Это часть системы управления реальностью. Таких ключей семь. Один у тебя. Остальные разбросаны по мирам. Тот, кто соберёт все семь, сможет переписать реальность по своему желанию.

– Звучит как начало плохого фильма, – хмыкнул я.

– Жизнь вообще плохой сценарист, – усмехнулся Архивариус. – Но есть хорошая новость. Ты можешь научиться пользоваться ключом. Плохая – обучение будет проходить в виртуальном лабиринте, где смерть означает смерть. Твой мозг не отличит симуляцию от реальности. Умрёшь там – умрёшь здесь.

– А выбор у меня есть?

– Выбор есть всегда. Ты можешь уйти. Но за дверями храма тебя ждут те, кто охотится за ключом. Они не будут учить. Они просто отрежут руку и заберут.

Я вздохнул и кивнул:

– Где подписывать?

Архивариус щёлкнул пальцами. Двое помощников подхватили меня под руки и поволокли к центру шатра, где в землю был вкопан старый, допотопный стул с металлическим шлемом, от которого тянулись толстые провода к синтезатору.

– Садись. Расслабься. И постарайся не умирать, – напутствовал меня старик, надевая шлем мне на голову.

В глазах потемнело.

Я открыл глаза и увидел, что стою посреди бесконечного коридора. Стены, пол, потолок – всё было покрыто пульсирующими строками кода. Код тёк, как вода, переливался, менял цвета.

– Добро пожаловать в ядро, – раздался голос в голове. Голос был механическим, безжизненным. – Ваша задача – найти выход. Время ограничено. Удачи.

– Эй, кто ты? – крикнул я в пустоту.

Но ответом была тишина.

Я пошёл вперёд. Коридор петлял, разветвлялся, заводил в тупики. Я пытался запоминать путь, но код на стенах постоянно менялся, и ориентиры исчезали. Через некоторое время, которое я не мог измерить, я понял, что хожу по кругу.

И тут я его увидел. В дальнем конце коридора стояла фигура. Моя фигура. Моё лицо, моя одежда, моя походка. Только глаза были пустыми, белыми, без зрачков.

– Ты – сбой, – сказал двойник моим голосом. – Тебя здесь быть не должно. Я – хранитель. Я тебя удалю.

Он рванул ко мне с нечеловеческой скоростью. Я едва успел уйти в сторону, кувырком укатившись по полу. Двойник пролетел мимо и врезался в стену, но стена просто расступилась, пропуская его, и сомкнулась за спиной.

– Бесполезно, – донёсся голос отовсюду. – Это мой мир. Здесь я – бог.

Я лихорадочно соображал. Это виртуальная реальность, созданная на основе моего сознания. Значит, враг – это часть меня. Мои страхи, моя неуверенность. Как победить себя?

А никак. Не надо побеждать. Надо договариваться.

– Эй, хранитель! – крикнул я. – Ты – это я. Ты знаешь всё, что знаю я. А я знаю, что я – упрямый баран. Если ты меня убьёшь, ты останешься здесь один. Навсегда. А если я пройду тест, мы оба выберемся.

Тишина. Двойник появился передо мной, склонив голову набок.

– Интересная логика, – сказал он. – Продолжай.

– Ты – моя защита. Тот, кто не пускает врагов в мою голову. Ты делаешь свою работу. Но я – не враг. Я – хозяин. Пропусти меня.

Двойник долго смотрел на меня пустыми глазами. А потом кивнул:

– Проходи. Но если ты проиграешь снаружи, я тебя всё равно удалю.

– Договорились.

Коридор исчез. Я стоял посреди огромного зала, в центре которого парил в воздухе мой ключ. Только теперь он был размером с человеческий рост и светился так ярко, что было больно смотреть.

– Возьми меня, – прошептал ключ голосом камня. – И стань тем, кем должен быть.

Я протянул руку.

Я очнулся на стуле, с дикой головной болью и ощущением, что меня выжали, как тряпку. Архивариус стоял рядом и улыбался.