Радагор Воронов – Драгорн. Том III (страница 19)

Нажав кнопку, тут же распорядился.

– Соедини меня с Воротынским, Романом Семеновичем, срочно. – Великий князь включил громкую связь.

– Слушаю Ваше Высочество. – Послышался взволнованный голос князя.

– Мне тут доложили, – начал Император, – что ты совершил неподобающий для благородного рода поступок. Грозил смертной казнью моему подопечному. Публично оскорблял юношу, почти члена моей семьи.

Было слышно, как тот часто задышал, даже сглотнул.

– Простите, но я не знал. – Выдавил он себя.

– Это не оправдание. – Бросил Великий князь. – Я в курсе, что ты извинился. Но в отличие от юноши, подобные выходки не прощаю. Вот смотрю, у тебя контрактов много на поставки продовольствия в воинские части. Квоты лишние, да и экспортные пошлины все ли оплатил? Может мне тебя разорить? Уничтожить клан, да и самого стереть в порошок? – Император повысил голос. – Ты что себе позволил? Да если я тебя прощу, как другие Великие рода на это отреагируют? Они что, станут считать, что могут оскорблять моих близких людей? Может и меня самого, не за глаза, а прилюдно? Небось, окрысился, строишь планы как бы Горского уничтожить?

– Великий государь, даже в мыслях не было. – Голос князя задрожал.

– У меня тут рядом Ромодановский сидит, – Император глянул на него. – Так князь просто рвется заняться тобой и твоим кланом. Разрешения у меня просит. Магистр ордена звонил, так же, крайне недоволен случившимся. Предлагает твой род навечно сделать изгоем. Ты что, решил одним "Простите" откупиться?

– Прошу, Великий князь, я все понял! Все осознал! Дайте возможность искупить вину, прошу, не губите! Молю Вас.

– Что предлагаешь? – Император улыбнулся, поглядев на Ромодановского.

– Прошу дать возможность осуществить родовую сатисфакцию. – Еле выговорил князь.

– Это на основании уложения сто двадцать четыре дробь четырнадцать, княжеских правил? Пункт сто восемьдесят три, имущественного возмещения за нанесенное оскорбление?

– Да, Великий князь.

– Хорошо, отложу свой гнев, посмотрю, что предложишь. Жду тебя в среду к двенадцати часам. Там решу, что с тобой делать. – Император отключил связь.

Князь Ромодановский покивал.

– Уложение серьезное, крайне редко применяемая мера. Используется при нанесении публичного оскорбления члену императорской семьи, либо лицу, близкому к таковому. – Процитировал он. – Родовые земли, это самое ценное, что у них есть. Они неприкосновенны, их мало, продажа запрещена. Это серьезный урон по престижу рода.

– Хороший пример для остальных. Будут знать, на кого можно голос повышать, на кого нет. Посмотрим, что он там предложит, надеюсь, подойдет для нашего дальнейшего плана. Земли нужно было откуда-то брать для проекта, а эти останутся пока чистыми, без занесения в реестр. К лету успеешь все подготовить?

– Сделаем. – Ромодановский утвердительно покивал.

Не ожидал он подобного поворота событий, но планы уже давно проработаны. Сколько объектов возводить, для каких целей, что закупать, какие специалисты потребуются, все продумано. Списки составлены, средства имеются.

– Передаст земли, распространишь информации о сатисфакции так, как ты умеешь. Чтобы до каждого дошло! – Добавил Император.

Михаил рассказал о себе практически все, начиная с самого детства. Не скрывая подробностей, даже тех, что ему были неприятны, или за которые стыдно. Парень открылся полностью, доверяя мне все свои сокровенные тайны.

Я даже не рассчитывал на подобное.

В дверь постучали.

– Открыто. – Выкрикнул я, поднимаясь.

В комнату вошел Беломир.

– Не ошибся. – Осмотрев помещение, подойдя ко мне, поздоровался. Мельком глянул на Михаила.

Поднявшись, тот поклонился.

– Что у тебя стряслось? – Пройдя вперед, он присел на стул, возле стола.

– А тебе Магистр ничего не рассказал? – Решил я уточнить. Что-то он спокоен, после того, что произошло.

– Магистр? – Беломир вначале удивился, затем нахмурился.

Понятно. Значит, как и предполагал, ничего не ведает. Я недовольно покачал головой.

– Никита, что стряслось? Причем тут Магистр? Почему он в курсе, а я нет? – Ага, нервничать начинает. Черт, я теперь даже не знаю, с чего начать.

Беломир глянул на продолжавшего стоять парня.

Я так же на него посмотрел.

– В общем, это Михаил, чемпион последнего турнира для одаренных. Так получилось, что он теперь мой человек. Его нужно оформить, как адепта ордена, чтобы смог продолжить обучение.

Волхв замер, уставившись на меня в изумлении.

– Никита, он же из клана Долгоруковых? Ты что натворил?

Я почесал затылок, сделав невинное лицо.

Рассказывать слишком долго, но придется. Беломир будет в шоке.

– Нет, он больше не в клане. Я же сказал, теперь мой человек. Его нужно оформить, как остальных.

Прикрыв глаза, тот помотал головой.

– Это я сделаю, но хочу знать, что произошло.

Тяжело вздохнув, опустив голову, я тихо произнес.

– Ну, тут кроме Магистра еще и князь Ромодановский замешан.

Волхв всплеснул возмущенно руками.

– Михаил иди, погуляй, мы тебя позовем. Мне надо поговорить с Никитой.

Парень поклонившись, глянул на меня.

Он что, ждет, когда я разрешу? Ничего себе.

– Я позвоню, далеко не уходи.

Кивнув, тот вышел за дверь.

Беломир пристально и сердито на меня глянул.

– Что происходит? – Повторил он свой вопрос.

Вновь вздохнув, я присел рядом с ним.

– В общем, ты только сильно не нервничай, все уже позади. – Начал я.

Ага, зря это сказал.

Волхв вскочил.

– Что значит, не нервничай! – Он взмахнул руками. – Никита, немедленно рассказывай.

Глубоко вздохнув, я посмотрел в окно.

– Думаю, с чего начать. – Черт, еще и перед дедом придется объясняться, он тоже ничего не знает. Тот еще разговор предстоит.

– С самого начала. – Строго на меня посмотрев, Беломир вновь присел.

Я пожал плечами. Сначала, так сначала.

– Началось все с того, что вечером, в пятницу, мы вчетвером пошли в клуб, повеселиться. Он расположен здесь, на территории. – Уточнил я, кивнув в окно.

Мое повествование длилось около сорока минут.

Беломир несколько раз вскакивал, махал руками, даже круги нарезал по комнате, возмущенно сопя. В итоге ушел в глубокую задумчивость, уставившись в одну точку.