Пётр Паламарчук – Золотой Оклад или Живые Души. Книга чудес (страница 11)

Посреди Ямы перекособочилась будка остановки, при виде коей раздалось бодрое «Ура!». Впрочем, по невольно долгом размышлении пришлось спереди прибавить к этому кличу «д», а позади «ки» — ибо ни единой движущейся души на дороге почти что до утра так и не возникло.

Затем уже среди полного отчаяния вдали явилось нечто вроде болотных огней или шаровых молний, кружась, постепенно направившихся в эту сторону и при ближайшем рассмотрении превратившихся в фары «Жигуленка». Под наши зазывные крики, виляя среди колдобин боками, железный коробок на колесах с водителем и единственной спутницею внутри — заднее сиденье будто нарочно для нас было свободно — бодро прошествовал мимо и скрылся в соседнем лесу. «Чтоб тебя подняло да гепнуло!» — в сердцах понеслось вслед проклятие.

…Спустя еще уже незнамо сколько долей вечности нас подобрал шальной грузовик. При выезде на крытый асфальтом большак, в придорожной яме показалась лежащая на сплющенной всмятку крыше, крутя понапрасну колесами, отлученная легковушка, вокруг которой суетились дорожные постовые.

Добравшись до дому, повалились уже на рассвете в постель и… Короче, одним из немногих счастливых отцов я точно ведаю день и час, когда явилась из мира идей в наш земной край моя дочка.

Между прочим, ожидавшиеся на следующий день гости так и не появились. Что же касается выданного наперед обещания — выполняю, хотя сразу признаюсь, что здесь уж точно ради душевной безопасности точные имя и место немного скрал: ибо отец Василий, наряду с архимандритом Адрианом из Псково-Печерского монастыря и еще несколькими подвижниками, которых даже и называть не вправе, имеет благословение от духовного священноначалия заниматься изгнанием бесов.

11

Нужно признаться, что мне известны несколько подлинных современных случаев экзорцизма — как по-латыни именуется выгонка нечистого духа из одержимых людей. И это совсем не игрушечные происшествия; если по сердцу сказать, они попросту дико страшны. Однажды на Пасху нам довелось попасть в только что открытую после полувекового разорения Курскую Коренную пустынь.

А там, как оказалось, тоже проживал игумен, имевший власть изгонять.

Перед пасхальной заутреней положено возглашать «Апостол», и ради того, чтобы дать отдохнуть клиру накануне долгой ночной службы, чтецами выбирают умеющих разуметь по-славянски мирян.

Так вот я от радости, что тоже каким-то бочком могу поучаствовать в священнослужении, около одиннадцати вечера встал чередным перед аналоем и начал произносить вслух главу. Причем тут же, конечно, но неопытности забыл мудрый древний совет, гласящий, что церковь — не театр, и читать Священное писание следует внятно, но без выражения и тем более пафоса. Куда там — дорвался и давай громогласить. А тут еще попалось повествование о том, как апостол Павел бесноватого повстречал. Господи сил! Что у меня за спиной началось… Завыло, заулюлюкало, заскрипело, понеслись вопли: «Ой, задавил, ох, душит» и прочее. Вся бренная шкура на теле вскипела мурашками, и я, будто Хома Брут, глянул назад.

Зрелище оказалось потрясающим: там, в жалкой комнатке, обращенной до поры в домовый храмик, было всего человек с горстку, очень приличных и богомольных, в особенности по левую руку стояла молодая пара просто на загляденье, будто со свадебной картинки. У всех них уста были закрыты, а жуткая погань неслась изнутри где-то на уровне живота. «Сейчас обернись!» — спасительно подсказала старуха-алтарница; я возвратил глаза в книгу и более уже не применял в чтении тщания выше разума.

Поэтому-то и здесь не стану излагать происшествий нынешних, ей-Богу, все это для нас, грешных, небезопасно. А лучше возьму проверенные веками истории из «Звезды» — недаром ведь четвертая ее глава как раз и посвящена была тому, как «ПО МОЛИТВЕ МАТЕРИ СВОЕЙ ГОСПОДЬ БОГ ИЗБАВЛЯЕТ ПРАВОСЛАВНЫХ ХРИСТИАН ОТ НАШЕСТВИЯ ДИАВОЛЬСКОГО».

ЧУДО 1. Жил некий человек, в котором завелся злой и неприязненный дух. Он призывал на помощь многих врачей, дабы они изгнали нечистого, но ничего не добился. Наконец, поразмыслив, прибег ко Пресвятой Богородице, ища у Нее подмоги и беспрестанно вознося ангельское приветствие, причем повесил на шее своей лестовку, по которой считал число произнесенных «Богородиц». О, воистину великая сила Божией Матери! Если находились на нем эти четки, сила действия диавальского умалялась; но как только он их снимал, вновь множилась скорбь. Когда же человек тот принялся денно и нощно носить лестовку, не снимая, отступила сила бесовская от него насовсем и чёрт вышел вон. А сам он, выздоровев, прославил Царицу Небесную.

ЧУДО 2. Некий муж был настолько обуян бесом, что его не могли удержать даже железные цепи. Приведя в церковь, начали читать над ним обычные молитвы о заклинании злых духов, но ничего не достигли. Когда же принялись возносить песнь Богоматери и возглашать Ей с архангелом приветствие «Радуйся!», надевши на выю лестовку, вскоре изгнали из него беса, и человек сей возвратился в дом свой здрав и тих, словно кроткий ягненок.

ЧУДО 3. Одна жена была одержима нечистым духом; долгое время заклинали его, повелевая оставить несчастную, но ни в чем не преуспели маловерия ради. Как-то случилось ей быть отведенной к одному духовному мужу, который возложил на нее свои четки, повелевая бесу изыти. Нечистый же дух, не стерпев силы Богородичной молитвы, начал вопить и метаться так, что едва пятеро или шестеро мужей могли удержать ее. От великой тоски принялся он кричать через уста скотским голосом и верещать по-зверски, испуская разные голоса и говоря: «Ведайте, яко цепь, сковавшая шею, зело меня мучит и палит!» Наконец же с превеликим трудом изведен был диавол; а жена сподобилась выздоровления по молитвам Пресвятой Богородицы.

ЧУДО 4. Некая отроковица, в которой завелись бесы, была приведена к одному духовному мужу. Он сотворил над нею заклинание, пытаясь изгнать нечистых духов, но сперва ничего этим не достиг,. Потом возложил на нее лестовку, именуемую «Венец Богоматери», по которой считается количество «Богородиц», и, надевши, рек: «Подите, бесы, вон из девицы сей!» Тут начала она вопиять различными голосами: «Знайте, что лествицы сии страшно нас мучат и многое беспокойство чинят!»

Тогда этот святой отец, видя силу диавольскую, убоялся, что изнурят они отроковицу даже до смерти, снял с нее четки и отпустил домой. Тою же ночью явились бесы в дом его, когда он спал, желая сделать с ним то, что уже сотворили с девицей,— но не смогли, увидав в руках его ту самую лестовку, что была на девичьей вые. Подступив, стали выдергивать ее из рук; он же, прося помощи у Бога и Пречистой Его Матери, возгласил: «О, Пресвятая Госпожа Дева Мария, заступница христианская! Помози мне, рабу Твоему!» Услышавши сии слова, бесы в стыде и ужасе убежали.

Встав рано поутру, он пошел в церковь. Тут названная выше дева попалась ему навстречу, и ее устами диавол сказал святому отцу: «Друже, ежели б не имел ты в руках своих сею ночью этого прекрасного венца, то повидал бы, какой мы тебя сподобили почести, и получил муки, которыми нас вчера изнурил, связуя цепями твердыми и заостренными». Духовный муж, уразумев те слова, паки повесил на девичью выю лестовку и прорек: «Силою и именем Иисуса Христа нашего и Пречистой Его Богоматери и действием к Ней молитвы повелеваю вам, нечистые духи, изыти!» Черти тотчас покинули девушку, которая выздоровела и возвратилась с радостью в дом свой.

ЧУДО 5. Был некий человек, проведший жизнь во зле и погубивший все свое достояние, а села и деревни, которых имел множество, совершенно разоривший. И дал ему диавол совет, обещая помочь в нищете: отречься от веры и закона Христовых, в коих он был взращен, и отвергнуть святое Крещение, через которое родился в Духе. Предав себя собственным произволением в руки ада, он написал своею кровыо клятву отпадения и верного служения бесу, диавольским наваждением похотев впасть в конечную беду и ради временного богатства лишиться чести жизни вечной.

Однажды случилось ему пойти с одним христолюбивым человеком в церковь, и там во время святой обедни услыхал он проповедь, в которой священник говорил: те, кто по свободной воле предались чертям в горькую их работу, зло погибнуть имеют. Но Господь непрестанно являет милости и щедроты, ибо долготерпелив ко грешным и ждет их покаяния. Всякий, сказал он, свергший с себя иго бесовское, будет спасен! И еще добавил, что хотящий обратиться и выйти из-под их власти в первый черед должен вознести ко Богоматери ангельское приветствие.

Услышав сие поучение, несчастный словно очнулся от крепкого сна и возложил великую надежду на Госпожу Богородительницу, читая Ей беспрестанно молитву «Радуйся!», прося с великим усердием и надеясь, что Пречистая подаст ему помощь заступлением к Сыну Своему и Богу. Но диавол представил Богоматери в доказательство того, что он тщетно старается, данное грешником рукописание об отвержении христианской веры, говоря, что Господь не имеет и не будет больше иметь к таковым милости, поскольку они предались преисподней своею волей.

Он же, сильно тужимый бесом, беспрестанно ходил по святым местам, поклоняясь образу Пресвятой Девы и молясь такими словами: «О, Царица пресладкая благих дарований, мертвым оживление и погибшим избавление! Прими недостойное моление сие падшего и многогрешного раба Своего: в час горького, плачевного и болезненного смущения обращаю к Тебе, пресветлой Госпоже, ангельское приветствие, о котором заповедали святые отцы, что велика есть сила этой молитвы. Того ради и аз, недостойный, дерзаю ее произносить, взывая и предстоя перед скорой Помощницей, жаждая от Тебя подмоги во всей моей горькой напасти, о которой, ежели только вспомню вслух, уши человеческие оскорблю скверною. Увы мне, и недоумеваю сам: зачем предал себя супостатам моим и в безумии обвязал себя сетью их? Знаю, о Госпожа, что Ты все можешь и нет ничего для Тебя неисполнимого. Ты обладаешь и силою проклятое рукописание, моими перстами начертанное, из ада исторгнуть. Не отойду от пресветлого Твоего образа и не сдвинусь с места сего, принося Тебе плач, покуда, о Всемилостивая, не возвратишь мне пагубной той расписки! Сатана держит у себя этот залог и хвалится владычеством надо мною. Но я верую, и величаю милость Твою и узнаю силу Царицы Небесной, когда избавит Она меня от такого губительства, а рукописание мое будет изглажено и разодрано…»