Пётр Гулак-Артемовский – Поетичні твори, повісті та оповідання (страница 73)

В лобзаньях душа улететь бы хотела... Все негой дышало. В стыдливых лучах Заря на востоке алела.

Цветы расцветали. Далеко в кустах Малиновка пела.

На севере грустном, в еловой тени,

Где мох, да песок, да камни одни,

И здесь я, услышав малиновки песню, Забудусь на время — душою воскресну... И вновь надо мною минувшие дни!

Мне кажется: воздух Украины веет Душистою негой опять на меня;

Заря на востоке опять пламенеет,

И смотрит с улыбкой коханка моя,

Любви поцелуй на устах ее млеет...

А там — над рекою — черешень цветет И песню малиновка тихо поет.

1840

ПОЧТАЛЬОН

Скачет, форменно одет, Вестник радостей и бед. Сумка черная на нем, Кивер с бронзовым орлом.

Сумка с гаду хоть мала,

Много в ней добра.и зла:

Часто рядом там лежит И банкротство, и кредит;

Клятвы ложные друзей,

Бред влюбленного о н е й,

Без расчетов — так, с плеча — Спесь и гордость богача,

И педанта чепуха,

Голос вкрадчивый греха,

И невинности привет...

И — чего в той сумке ІІЄТ?

Будто посланный судьбой, Беспристрастною рукой Радость, горе, смех и стон Рассыпает почтальон.

Он весь город обскакал;

Конь едва идет — устал... Равнодушно вестник мой Возвращается домой.

А где был он, может быть,

Станут долго слезы лить О потерянных друзьях,

О несбывшихся мечтах!

Или в радости живой Лить шампанское рекой...

Где ж волшебник-почтальон? — Дома спит в,чулане он.

1841

ПЕСНЯ

Молода еще девица я была,

Наша армия в поход куда-то шла. Вечерело. Я стояла у ворот —

А по улице все конница идет.

К воротам подъехал барин молодой,

Мне сказал: «Напой, красавица, водой!» Он напился, крепко руку мне пожал, Наклонился и меня поцеловал...

Он уехал... долго я смотрела вслед:

Жарко стало мне, в очах мутился свет,

Целу ноченьку мне спать было невмочь, Раскрасавец-барин снился мне всю ночь.

Вот недавно — я вдовой уже была,

Четырех уж дочек замуж отдала —

К нам заехал на квартиру генерал,

Весь простреленный, так жалобно* стонал... Я взглянула — встрепенулася душой:

Это он, красавец барин молодой;

Тот же голос, тот огонь в его глазах,

Только много седины в его кудрях.

И опять я целу ночку не спала,

Целу ночку молодой опять была,

1841

ДВА

Их было два. Один, как божья кара, Неумолим, как твердый рок,

При воплях жертв, при зареве пожара С мечом вселенную протек.

И в ужасе, поникнув головою, Склонились царства перед ним;

А он кровавою рукою Подписывал законы рабства им.

Другой, беспечный и веселый, Пел мир, и дружбу, и любовь И, проходя с бандурой сёлы, Везде имел привет и кров.

Его, как друга, все встречали.

Он пел в кругу веселых дев —

И после долго повторяли,

Как утешенье в дни печали,

Его восторженный напев.

Но час настал — и их со сцены света Судьба в могилу низвела:

И честлюбца, и поэта,

Как дань свою, земля взяла.