Пётр Фарфудинов – Тень в океане. Криминальный детектив (страница 4)

Но они прошли мимо, к блоку кают. Один из них достал прибор, похожий на портативный сканер, и провёл им возле двери одной из кают. Каюты, как вспомнил Алексей, где жила одна из девушек из компании «мажоров» – та самая блондинка с чёлкой.

«Они не просто захватывают корабль. У них есть целевой список», – с ужасом понял он.

Пират кивнул напарнику. Тот приставил к замку каюты какое-то устройство. Раздался тихий щелчок. Дверь открылась. Послышался сдавленный крик, приглушённый рукой, и звук борьбы. Через минуту пираты вышли, таща между собой закутанную в простыню девушку. Она билась, но один из них спокойно ударил её рукояткой пистолета по голове. Тело обмякло. Они потащили её к лестнице, ведущей вниз.

Алексей стоял, парализованный яростью и бессилием. Он мог напасть. Убить двоих. Но тогда поднимут тревогу. И что будет с Катей? С остальными? Он был один против, как он уже понял, хорошо спланированной операции.

Он видел только их глаза в прорезях масок. Холодные, пустые, рабочие. Это был не грабёж. Это был вывоз товара.

Через десять минут по всему кораблю раздался новый голос по системе оповещения. Низкий, спокойный, с сильным акцентом, но говорящий на чистом английском.

– Дамы и господа. Это Джамал. Корабль «Oceanus Eden» теперь находится под нашим контролем. Прошу всех пассажиров оставаться в своих каютах. Экипажу – собраться в главном ресторане. Любая попытка сопротивления будет караться немедленной смертью. Мы не хотим никому причинять вред. Мы хотим только выкупа. Вас будут кормить, за вами будут ухаживать. Ведите себя спокойно, и скоро вы вернётесь домой. Нарушьте правила – и океан получит новые тела. Спасибо за понимание.

Сообщение повторили на трёх языках. Голос звучал разумно, почти по-деловому. Что было страшнее любой истерики.

Алексей, пользуясь хаосом и тем, что основные силы пиратов были заняты сбором людей в ресторане, прокрался обратно в свою каюту. Он постучал условным ритмом. Дверь тут же открылась. Катя втащила его внутрь и бросилась ему на шею.

– Я слышала выстрелы… по громкой связи…

– Это пираты. Профессионалы, – коротко сказал он, запирая дверь на все замки и подпирая её спинкой стула. – Они захватили корабль.

– Боже… что теперь будет?

– Теперь, – сказал Алексей, глядя в тёмное окно, где уже виднелись огни пришвартовавшихся к борту быстрых катеров, – у нас две проблемы. Первая – пираты. Вторая – тот, кто похитил девушку Полозова. И я почти уверен, что это не они.

– Почему?

– Потому что пираты берут заложников для выкупа. А тот, кто взял Светлану… ему нужны были не деньги. И он уже здесь. И теперь, под прикрытием пиратского захвата, он чувствует себя в полной безопасности. Его охота только начинается.

Он подошёл к мини-бару, достал маленькую бутылку виски, отпил прямо из горлышка. Жгучая жидкость обожгла горло, проясняя мысли.

– Кать. Всё, что я скажу дальше, – закон. Первое: мы не выходим. Никуда. Даже если будут стучать и говорить, что ведут всех в столовую. Второе: у нас есть вода и еда на несколько дней. Третье: я знаю, как делать дистиллят из морской воды, если что. Четвёртое: у меня есть оружие. И я убью любого, кто попытается войти сюда с плохими намерениями. Поняла?

Она кивнула. В её глазах не было паники. Был холодный, ясный ужас и решимость выжить.

– А что мы будем делать? – спросила она шёпотом.

– Сначала – выжить. Потом – найти того, кто охотится на девушек. И остановить его. А потом… потом разберёмся с пиратами.

Он посмотрел на экран спутникового терминала. Сигнал был. Он мог послать сообщение. Но кому? Береговая охрана? Они в трёхстах милях от ближайшего порта. Военные? Это займёт часы, если не дни. И пираты наверняка уже заглушили основные частоты.

Но он был не просто пассажир. Он был майор ВДВ в отставке. И у него были долги. Он открыл зашифрованный телефон, набрал сообщение. Короткое, ясное, с координатами и кодом «Омега-Тень» – сигналом высшей категории, означающим захват гражданских с участием высокопрофессиональных боевиков. Он отправил его на один-единственный номер, зарегистрированный на человека по имени «Марат», в отдел внешних операций ГРУ.

Ответ пришёл через сорок семь секунд: «Принято. Держитесь. ETA 12-18 часов. Не проявляйте инициативы. Сохраняйте жизнь».

Двенадцать часов. Целая вечность в аду.

Алексей выключил терминал, спрятал его в потайное отделение своего рюкзака. Потом подошёл к двери, прислушался. По коридору слышались шаги, грубые голоса, стук в двери. Пираты начинали обход кают. Их «спокойный» захват заканчивался. Начинался кошмар.

Он обернулся к Кате.

– Они идут сюда. Спрячься в ванной, за душем. Не выходи, что бы ни было. Дай мне твой телефон.

Она молча отдала. Он вынул сим-карту, разломал её, а сам телефон положил на видное место. Потом достал свой, дешёвый кнопочный «телефонный» аппарат, положил его себе в карман.

Стук в дверь прозвучал как выстрел.

– Открыть! Проверка! – прокричали снаружи.

Алексей сделал глубокий вдох, выдох. Взгляд стал пустым и холодным. Он снял куртку, остался в простой футболке, чтобы не вызывать лишних подозрений. Подошёл к двери.

– Кто там? Мы спим! – крикнул он, нарочно делая голос сонным и испуганным.

– Открывай! Или выбьем!

Алексей отодвинул стул, щёлкнул замками. Дверь распахнулась.

На пороге стояли трое. Двое с автоматами, направленными ему в грудь. И один – посередине. Он был без маски.

Это былДжамал.

Человек лет сорока, с лицом, высеченным из тёмного дерева, с тонким шрамом через левую бровь. Он был одет не в камуфляж, а в чёрные тактические штаны и тёмно-синюю поло, под которой угадывалось могучее телосложение. Его глаза были карими, умными и невероятно усталыми. В них не было безумия. Была лишь тяжёлая, неизбывная решимость.

– Простите за беспокойство, – сказал он вежливо. – Я Джамал. Вы главный в этой каюте?

– Да, я и моя жена, – сказал Алексей, отступая, давая им войти.

Джамал вошёл, осмотрел каюту быстрым, профессиональным взглядом. Его люди остались у двери.

– Ваши документы, пожалуйста.

Алексей молча подал ему два паспорта. Джамал просмотрел их.

– Алексей Гордеев. Екатерина Гордеева. Русские. – Он посмотрел на Алексея. – Вы военный?

– Был. В отставке.

– Какие войска?

– Десант.

Джамал кивнул, как будто что-то подтвердил для себя.

– Это может быть проблемой, мистер Гордеев. Люди с вашей подготовкой… склонны к героизму. Героизм сейчас равен самоубийству. Вы понимаете?

– Понимаю.

– Где ваша жена?

– В ванной. Она переодевается. Она напугана.

– Попросите её выйти.

Алексей постучал в дверь ванной.

– Катя, выходи. Всё в порядке.

Дверь открылась. Катя вышла, бледная, но собранная. Она остановилась рядом с Алексейем. Джамал посмотрел на неё, и в его глазах Алексей снова увидел тот же оценивающий взгляд, но другого свойства. Не хищный, а… прагматичный.

– Вы очень красивая женщина, – сказал Джамал без эмоций. – К сожалению, это делает вас мишенью. Я советую вам не покидать каюту без крайней необходимости. Мои люди… не все дисциплинированы, как хотелось бы. Официально мы гарантируем безопасность всем. Но реальность… сложнее.

– Мы никуда не пойдём, – твёрдо сказал Алексей.

– Умно. – Джамал вернул паспорта. – У вас есть оружие?

– Нет.

Джамал улыбнулся – первый раз. Улыбка была холодной, но не злой.

– Я почти верю вам. Почти. Но проверять не буду. Потому что если оно у вас есть, и вы будете его применять, я узнаю об этом. И тогда наши договорённости изменятся. Ясно?

– Ясно.

– Хорошо. Вы будете получать пищу и воду два раза в день. В девять утра и семь вечера. Стюард будет оставлять лоток у двери. Не пытайтесь с ним разговаривать. Не пытайтесь передать записки. Просто берите еду. Медицинская помощь доступна по вызову через телефон в каюте, но я не советую. Наш врач… он не лучший. В целом – сидите тихо. Через несколько дней, когда ваши родные или правительство заплатят, вы будете свободны. Надеюсь, мы больше не увидимся.

Он кивнул и развернулся, чтобы уйти. Но на пороге обернулся.

– О, да. Ещё одно. На корабле есть… аномалия. До нашего прихода пропала девушка. Русская. Очень богатая. Если у вас есть какая-то информация… это могло бы ускорить ваше освобождение. Подумайте.