Пётр Бормор – Игры демиургов (сборник) (страница 37)
– Когда как, – пожал плечами Шамбамбукли. – Иногда «что», иногда «каким». Бывает, что первое слово «не», или «ой», или просто «а». Бывают и такие слова, что даже я их не знаю. А у твоих какое первое слово было?
– Абырвалг, – отрезал Мазукта.
не дергайся!
– Не дергайся! – скомандовал демиург Мазукта.
– А ы оаух! – сердито ответил демиург Шамбамбукли.
– Вот и не дергайся. Сиди смирно. И рот открой шире… еще шире!
– Акх?..
– Да, так. Замри!
Демиург Мазукта включил бормашину и принялся деловито ковыряться во рту демиурга Шамбамбукли.
– Ыыы… – промычал Шамбамбукли.
– Сам виноват! – безжалостно ответил Мазукта. – Никто не просил тебя спорить. А в спорах, сам знаешь, что бывает с зубами. Мало тебе было прошлого раза?
– А ы ох ыхыхах…
– Чего?
– А ы ох…
– Нормально говори.
– Ха хы хох пхаыкхах…
– Ах, даже так? Не мог проиграть? А почему же проиграл?
Мазукта выключил бормашину, Шамбамбукли прополоскал рот, сплюнул и пожал плечами.
– Сам не пойму. Я же был прав!
– Безусловно. Но для того, чтобы победить в споре, одной правоты мало. Она, к слову сказать, вообще не важна.
– А как же?..
– А вот так. Запомни, а еще лучше запиши себе где-нибудь. Никогда, ни при каких обстоятельствах, ни по какому поводу нельзя спорить с людьми. Обязательно проспоришь.
– Почему? – удивился Шамбамбукли.
– Вот этого никто не знает. Закон такой. В любом споре всегда выигрывают люди. Не было еще случая, чтобы победил демиург.
Шамбамбукли засопел.
– Все равно не могу понять. Это же был чисто научный спор. Мы с одним ученым… как же его по имени? Двалин, кажется, – обсуждали происхождение человека. Я утверждал, что человек создан из грязи, а Двалин – что сам собой произошел от обезьяны. Но это же чушь! Я-то точно знаю, когда, в котором часу и из чего именно был создан человек!
– Да? Тогда почему же ты проиграл? – насмешливо спросил Мазукта.
– Ну… у меня же ничего не было, кроме голословных утверждений. А у него – доказательства! Результаты исследований, научная база, мнения авторитетов… Где уж мне со всем этим тягаться!
– Ну вот видишь, ты и сам все понимаешь. Людей легче уничтожить, чем переубедить. Они никогда тебе не поверят – во всяком случае, до тех пор, пока у них есть возможность верить во что-то другое, неважно во что. Даже в самую распоследнюю ересь. И всегда смогут отстоять свою точку зрения, так что зубов не напасешься.
Шамбамбукли вздохнул.
– А что же делать? Если уже влез в спор… ну, случайно?
– Если ты умный, то скажешь «победили, дети мои» и улыбнешься.
– А если?..
– А если очень умный, то после этого уже никогда больше спорить не будешь.
идол
– Что случилось? – спросил демиург Мазукта у мрачного как туча демиурга Шамбамбукли.
– Люди, – ответил демиург Шамбамбукли.
– Тю, люди, – присвистнул Мазукта, – было бы из-за чего… А что с ними такое?
– Они сотворили себе кумира и поклоняются ему.
– Кумира? Ты имеешь в виду идола? Из камня или из глины?
– Да если бы! Глину не жалко, ее много…
– Из золота?
– Из меня. Из меня сделали идола.
– О господи! – ахнул Мазукта.
– Вот именно, – кивнул Шамбамбукли.
потоп
Демиург Мазукта, насвистывая легкомысленный мотивчик, поливал землю из шланга. Внизу с воплями носились люди, мычали и ревели животные…
– За что?! Почему опять потоп?!
– Так надо, – ответил демиург Мазукта.
– Но ты же обещал, что не будет больше потопа! Ты же дал слово!..
– Бог дал, бог взял! – пожал плечами демиург Мазукта и пустил воду посильнее.
лжепророк
Пророк зашел в шатер и остановился на пороге.
– Вызывали?
– Ага, – отозвался демиург Мазукта. —
Поговорить хотел. Ну что, милок, облажался?
– Облажался.
– Ничего больше не хочешь сказать?
– Хочу. Пропусти народ мой.
– Это не твой народ.
– Мой. Теперь – мой.
– И с каких это пор?
– С тех пор, как они поверили, что я им послан Творцом.
– То есть мной?
– Да.