Пётр Азарэль – Иерусалимский роман (страница 7)

– Конечно.

– Я, пожалуй, возьму тебя с испытательным сроком. Так принято в Интел.

– Я тебя не подведу, – с трудом сдерживая волнение, произнёс Илья.

– Пойдём в отдел кадров. Я скажу Галит, что ты отвечаешь нашим требования и в начале будущей недели выйдешь на работу.

Илья миновал проходную и оказался на заполненной множеством автомобилей автостоянке. Сентябрьское солнце сияло над головой, словно разделяя с ним охватившую его радость. Он направился к остановке. Один из автобусных номеров, нарисованных на жёлтых металлических табличках, ему подходил. Минут через десять появился автобус, шедший в Рамот. Илья поднялся в него и сел на свободное кресло. Через минут пятнадцать автобус уже мчался по знакомому Илье бульвару Голда Меир. Он сошёл на своей остановке и посмотрел на часы.

«Двадцать минут. Неплохо», – подумал он и уверенным шагом двинулся домой.

Юля открыла дверь и посмотрела на него испытывающим взглядом.

– Ну, рассказывай! – требовательно произнесла она.

– А ты как думаешь? – усмехнулся Илья.

– Да что тут думать. Люди месяцами ищут работу.

– А я уже нашёл.

– Не может быть! – усомнилась Юлия.

– Вот тебе Маген Давид! – ткнул он в грудь указательным пальцем.

– Где?

– На Интел.

– Который напротив нас?

– А есть другой? – сказал Илья и его лицо засияло благой улыбкой.

– Мама, папа, Илья нашёл работу! – громко произнесла Юлия.

Но Борис Петрович и Лина Моисеевна уже вошли в гостиную, слушая разговор.

– Поздравляем, – сказал тесть. – Молодец. Работа сейчас самое важное.

– Думаю, я просто вовремя появился. За несколько дней до этого уволился инженер.

– Мы с тобой говорили однажды о профессиональном вакууме из-за эмиграции и роста экономики и свободного рынка, – авторитетно напомнил Борис Петрович.

– Наверное, это тоже сказалось, – подтвердил Илья.

– Расскажи, как всё произошло? – спросила Лина Моисеевна.

– В бюро по трудоустройству мне дали направление на Интел. Я поспешил туда. Там со мной поговорил главный энергетик.

– Ты с ним на каком языке общался? – поинтересовался тесть.

– На иврите, конечно. Он мне сказал, что в языке я пока не силён. Но это его не удивляет: репатриант через несколько месяцев не может владеть ивритом так, как израильтяне. А профессиональные знания у меня в порядке. Спросил, как у меня с английским. Сказал, что владею. Короче, в воскресенье выхожу на работу.

– За это нужно выпить, – предложил Борис Петрович. – Лина, собери что-нибудь на закуску.

Он поставил на стол бутылку своего любимого виски «Баллантайнс» и разлил его по рюмочкам.

– Минутку, я позвоню родителям, – произнёс Илья.

– Слушаю, – раздался в трубке голос отца.

– Папа, я нашёл работу.

– Где?

– В Интел. Завтра зайду и всё вам расскажу.

– Мама будет счастлива. Будь здоров, сынок.

В трубке раздались сигналы отбоя. Илья вернулся к столу.

– Теперь можно и выпить, – улыбаясь, сказал он.

– Чтоб у нас в Израиле всё было горазд, – произнёс Борис Петрович.

Выпили и закусили ароматным козьим сыром.

В воскресенье утром Иегуда ждал его в своём кабинете.

– Пойдём, познакомлю тебя с ребятами. Будешь работать с ними. Они рукастые и мозговитые.

Они вышли в коридор и зашли в соседнюю комнату. Двое молодых мужчин повернули головы и посмотрели на новичка.

– Я уже говорил вам, что у нас новый сотрудник, – обратился к ним Иегуда. – Познакомьтесь с ним. Это Илья, инженер-электрик.

Те поднялись и подошли к Илье.

– Барух, – представился один из них и протянул руку для пожатия.

– Гидон, – произнёс второй.

– Илья в стране только несколько месяцев. Закончил ульпан. Иврит у него пока далёк от совершенства, но английский у него хороший.

– Где учился? – спросил Илью Гидон.

– В политехническом институте. Мне недавно подтвердили вторую степень.

– А мы с Барухом техники, закончили училище в Иерусалиме.

– Вы, друзья, подтяните с ним иврит, – попросил Иегуда.

– Главное, чтобы он знал дело, – сказал Барух.

– Я три года работал инженером на большом предприятии.

– Где? – спросил Гидон.

– В Киеве.

Гидон улыбнулся и хлопнул Илью по плечу.

– Я про Киев читал. Столица Украины. А я из Румынии. Нас Израилю продал Чаушеску.

– Не понимаю, как можно продавать людей? – удивился Илья. – Я слышал, два года назад его с женой расстреляли.

– Родители привезли меня сюда мальчишкой в семидесятом. Мне было три года. Тогда был тайный договор с румынской «секуритате». За каждого еврея Израиль платил тысячи долларов.

– Нас, репатриантов из Советского Союза, никто не выкупал.

– Зато всё было хорошо организовано. Румыния – бедная страна. А расходы семьи Чаушеску, когда он пришёл к власти, сильно возросли. Коллекции произведений искусства, гоночные автомобили, роскошная одежда. Руководители компартии стали объяснять народу и правительству Израиля, что это компенсация за образование, обучение и трудоустройство. Тариф за каждого еврея определялся его профессией и уровнем образования.

– Они здорово заработали! – произнёс Илья.

– Ещё бы! Сотни миллионов долларов. Продажа евреев была для Румынии важнейшей статьёй доходов в течение нескольких десятилетий. Зато все, кто захотел жить в Израиле, благополучно перебрались сюда.

– Ну, я вижу, вы нашли общий язык, – улыбнулся Иегуда. – Илья будет с вами в этой комнате.

– На месте Авнера, – сказал Барух.