Протоиерей Олег Стеняев – Воздушные мытарства, или Экзамен, которого нельзя избежать (страница 10)

«Вопрос 611. …Почему Бог попустил таким мужам иметь неправильные мнения, хотя они не просили о сем [разумении]; но почему не дано оно им туне для отвращения вреда, который могут получить впоследствии читающие? Ибо хотя они сами и не преткнулись ни в правой вере, ни в добродетели, но подобные мне, слабые и нерадивые, веря им несомненно, легко могут получить чрез то вред в неведении сказанного вами, что и святые не могли постигнуть всех таинств и что они не помолились Богу об удостоверении, справедливы ли оные [мнения] или нет…»

Ответ: «…Бог не оставил таких мужей в заблуждении, потому что тот оставляет [другого] в заблуждении, кого спрашивают о пути, но он не говорит истины. Святые же не вопрошали Бога о сем, чтобы узнать от Него истину. Если же говоришь, почему Бог благодатью Своею не воспрепятствовал им в том для пользы других, которые впоследствии будут читать их писания, то можешь сказать и о всяком грешнике, почему Бог не воспрепятствовал ему Своею благодатью, когда знал, что он грехами своими соблазнит многих и многие получат через него вред. В таком случае и жизнь человеческая будет уже не свободная, но подверженная насилию. И кто может воспрепятствовать Богу спасти таким образом всякого человека? Что же, разве в Писании не находятся такие изречения, о которые претыкаются не ведающие и не разумеющие духовного смысла Писания? Итак, должны ли мы сказать, почему Бог не открыл всем духовного [смысла] Писания, чтобы люди не получали вреда, но предоставил святым, бывшим в различные времена, труд изъяснить нужное? Для того-то и постановлены учителя и истолкователи, как говорит апостол (1 Кор. 12, 28, 30)… как Господь явил нам путь жизни через пророков и апостолов, хотя каждый из них говорил частно, и Бог не вещал исключительно чрез одного из них, а оставленное одним по воле Божией сказано другим, так творил Бог и со святыми, после них бывшими: о чем одни говорят сомнительно, то истолковывают следующие за ними, чтобы Бог всегда прославлялся чрез святых Своих»[55].

Святой патриарх Фотий также дает православную оценку ошибочным мнениям, встречающимся у святых отцов: «Мало ли было затруднительных положений, которые вынуждали многих отцов частью выражаться неточно, частью говорить по применению к обстоятельствам при нападении врагов, а иное и по человеческому неведению, которому подпадали и они? Если иные и говорили неточно или по неизвестной для нас причине даже уклонились от прямого пути, но исследований не было и никто не вызывал их к дознанию истины, мы оставляем их в числе отцов, точно так же, как бы они и не говорили того, частью за знаменитость их жизни и славу добродетелей, частью за непорочность веры их в прочих отношениях, но не следуем тем словам их, где погрешили они»[56].

Святой Марк Эфесский, говоря о тех ошибках, которые имеются в учении святителя Григория Нисского, отмечает: «…Большая разница между сказанным в канонических Писаниях и Предании Церкви и тем, что было отдельным из учителей частным образом написано или даже учением его; так, первому, как преданному Богом, мы должны веровать… а второму мы не должны безусловно веровать или принимать без исследования. Ибо возможно, что кто-нибудь и учителем является, а все же не все говорит совершенно правильно. Ибо какая нужда была бы отцам во Вселенских Соборах, если бы каждый из них не мог ни в чем отступить от истины? В этом в известной мере поскользнулись Дионисий, епископ Александрийский, и Григорий Чудотворец, хотя один из них понес мученический венец, а другого самое наименование довлеет для хвалы»[57].

Но есть такое понятие, как «согласие отцов». Согласие отцов – это то учение Церкви, которое было всегда и везде на основании Священного Писания. Таким образом, мы Священным Писанием проверяем Священное Предание, но сам канон Священного Писания мы определяем – какие книги канонические, какие нет – на основании Священного Предания. Поэтому эти понятия очень близки, но есть, безусловно, абсолютный приоритет слова Божия (Библии). Сказано: И притом мы имеем вернейшее пророческое слово; и вы хорошо делаете, что обращаетесь к нему, как к светильнику, сияющему в темном месте, доколе не начнет рассветать день и не взойдет утренняя звезда в сердцах ваших, зная прежде всего то, что никакого пророчества в Писании нельзя разрешить самому собою. Ибо никогда пророчество не было произносимо по воле человеческой, но изрекали его святые Божии человеки, будучи движимы Духом Святым (2 Пет. 1, 19–21).

Мытарство первое – празднословия

«Когда мы восходили от земли на высоту небесную, сначала нас встретили воздушные духи первого мытарства, на котором испытываются грехи празднословия. Здесь мы остановились. Нам вынесли множество свитков, где были записаны все слова, какие я только говорила от юности моей, все, что было сказано мною необдуманного и тем более срамного» – так описывает блаженная Феодора первое мытарство.

Обычному человеку порой кажется, что его жизнь, поступки, а тем более слова могут касаться лишь его самого и не более. Но реальность несколько иная – нас окружают духи: ангелы и бесы. За каждого из нас, бодрствуем ли мы или нет, ведется духовная брань, недоступная нашему взору. Самые духовно одаренные из нас могли себе позволить сказать следующее: Теперь мы видим как бы сквозь тусклое стекло, гадательно, тогда же лицем к лицу; теперь знаю я отчасти, а тогда познáю, подобно как я познан (1 Кор. 13, 12). Существует и рукописание (см. Кол. 2, 14), и книга (см. Откр. 5, 1; 20, 12), в которую записываются все наши деяния.

В описании мытарств мы видим свитки, составленные, скорее всего, в разное время и разными бесами, – некая диавольская канцелярия. Не надо приписывать бесам и их князю диаволу божественные свойства; им не присущи всезнание и всеведение, и тем более они не вездесущи. Скорее всего, у них действительно ведется некая «бухгалтерия» на наши дела.

Сказано: И был день, когда пришли сыны Божии предстать пред Господа; между ними пришел и сатана. И сказал Господь сатане: откуда ты пришел? И отвечал сатана Господу и сказал: я ходил по земле и обошел ее (Иов 1, 6–7). То есть, являясь тварью, сатана имеет свое место во времени и в пространстве, и чтобы что-либо увидеть или познать, ему надо там оказаться. Между собой бесы постоянно дерутся и вредят друг другу, ибо злы весьма. В «Житии святого Нифонта Кипрского» (память 23 декабря / 5 января) говорится следующее:

«Блаженный сказал лукавому духу:

– Перестань, диавол, смущать рабов Божиих! Какая тебе польза от того, что эта душа пойдет в погибель?

Бес отвечал:

– Нам от этого нет пользы, но у нас есть приказ от царя нашего и князей, властвующих над нами, бороться с людьми. Если же князья узнаю´т, что мы не боремся с людьми, то жестоко бьют нас»[58].

Но вернемся к первому мытарству. Здесь выставляются перед нами такие наши грехи, как:

празднословие;

кощунственные слова;

праздный смех;

бесстыдные песни;

праздные беседы.

Обращает на себя внимание то, что Феодора сознается: она «нисколько не считала того за грех, а потому и не исповедовалась в этом перед духовным отцом». Здесь мы находим ответ, почему христианин может застрять на каком-либо из мытарств: он не прибегал к спасительным таинствам Церкви и сам в момент смерти поставил себя в некоторое затруднительное положение. Далее мы увидим, что таинства Церкви изглаживают весь компромат, накопленный на нас бесами.

Феодора недоумевает: «Я удивлялась, как это у них ничего не забыто, ведь прошло столько лет, и я сама давно забыла об этом». Но сказано: Говорю же вам, что за всякое праздное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день суда: ибо от слов своих оправдаешься, и от слов своих осудишься (Мф. 12, 36–37).

Мытарства – это предварительное расследование перед частным судом, по окончании которого, на сороковой день после смерти, выносится предварительный приговор. Окончательный приговор будет вынесен только тогда, когда душа вернется в тело, – на Страшном Cуде.

Когда человек попадает на первое мытарство, у него, наверное, возникает ощущение, что он оказался на какой-то дикой дискотеке, потому что там все звучит, кричит и вопит: лезут в голову дурные мысли, слова, мат, навязчивые бесстыдные песни. Все это сразу оживает, как-то материализуется. В 33-м псалме сказано: Удерживай язык свой от зла и уста свои от коварных слов (Пс. 33, 14). Особенно страшно и тяжело будет кощунникам, для них наказания начинаются еще в этой жизни.

В книге «Пролог в поучениях» протоиерея Виктора Гурьева содержится такая поучительная история: «Один благочестивый человек, питавший особенную любовь к святому великомученику Артемию, взял свечей и масла и пошел к его мощам. На пути с ним встретился один из его знакомых и спросил: “Куда, друг, свечи и масло несешь?” – “Иду помолиться святому Артемию”, – был ответ. Встретившийся, насмехаясь, сказал: “Не забудь, друг, от него болезнь захватить и сюда принести, когда назад пойдешь”. Шедший к великомученику не ответил на насмешку и, совершив при мощах святого молитву, пошел домой. Что же? На обратном пути его действительно застигла жестокая болезнь: он почувствовал нестерпимую боль в теле, оно местами стало отекать, и он не в состоянии был дойти до дома. Так как на пути стоял дом того самого насмешника, то ему ничего не оставалось, как побрести туда. И, придя, он почувствовал, что болезнь его еще более усилилась. На него напало нечто вроде беснования, язык его онемел, и болезнь казалась смертельной. Однако через некоторое время он пришел в себя и, полагая, что болезнь приключилась из-за насмешника, сказал: “За что я так страдаю? Не из-за слов ли моего друга?” Тот же, со своей стороны, начал укорять больного и снова насмехаться. Между ними дело дошло уже до явной ссоры, так что многие останавливались и спрашивали о причине ссоры. Больной пересказал им о своей встрече с другом по пути к святому Артемию и о его кощунстве и, сказав это, тотчас почувствовал себя совершенно здоровым. Но, о ужас! Его болезнь мгновенно перешла на кощунника, который начал кричать: “Увы мне! Горе мне!” Присутствовавшие ужаснулись, видя это, и прославили Бога и святого угодника: “Праведен суд Божий! Ты бо, еже искал еси, обрел, и прочии тобою да вразумлени будут не вменяти в хулу и посмех чудеса, бывающая от Бога святыми Его угодники”»[59].