Priest P大 – Жюльен (страница 17)

– Я на том самом перекрёстке, – громко проговорил в трубку Тао Жань, перекрикивая шум дороги. – Получается, Хэ Чжунъи никак не мог быть в западном Хуаши с девяти до половины десятого. Ссора, которую слышали местные жители, не имеет отношения к убийству! И зачем Ван Хунлян арестовал Ма Сяовэя в такой спешке? Очевидно, парень невиновен! Ещё немного, и я подумаю, что это полицейские убили Хэ Чжунъи, а теперь ищут козла отпущения.

– Капитан Ло! – В этот момент к Ло Вэньчжоу подбежал сотрудник группы уголовного розыска со стопкой материалов. – Судмедэксперты прислали отчёт. Они пришли к выводу, что смерть Хэ Чжунъи наступила между девятью и десятью часами вечера двадцатого мая.

– Между девятью и десятью часами… – Ло Вэньчжоу быстро пролистал отчёт, никак не прокомментировав заявление Тао Жаня. – Теперь можно предположить, что Хэ Чжунъи убили вскоре после того, как он вышел из автобуса.

Постороннего шума из трубки поубавилось: должно быть, Тао Жань нашёл спокойное место.

– В районе девяти часов в «Особняке Чэнгуан» как раз закончился банкет. Чжан Дунлай вышел на улицу – тут камеры во дворе засекли его в первый раз. Он немного постоял снаружи и вернулся в здание. Без четверти десять он снова попал на видео: поболтал с девушкой, а затем они взялись за руки и скрылись в роще.

– Какая деятельная личность этот Чжан Дунлай! – вздохнул Ло Вэньчжоу. – Вряд ли у такого занятого господина нашлось бы время на убийство.

– Если у него нет брата-близнеца, то он и в самом деле вне подозрений. Теперь придётся его отпустить?

Ло Вэньчжоу ловко ушёл от ответа:

– Что ещё ты узнал?

– Добыл выписку от оператора связи. И вот тут есть кое-что интересное. Покойный ведь разговаривал по телефону, пока ждал кого-то возле «Особняка Чэнгуан», так? Я узнал его номер у соседа по комнате и проверил активность. Вечером двадцатого числа Хэ Чжунъи несколько раз созванивался с незарегистрированным абонентом.

– Хм? – Ло Вэньчжоу вскинул брови. – И что тут странного? Кажется, мы выяснили, что жертва была знакома с убийцей.

– Там есть одно сообщение, – пояснил Тао Жань. – Тем вечером примерно в девять пятьдесят на телефон Хэ Чжунъи пришло СМС с неотслеживаемого номера: «Место сделки изменилось на „Золотой треугольник", день – двадцатое мая». Как думаешь, что это значит? Что за сделка? С кем? Что ещё за «треугольник»? Мне кажется, это название звучит немного…

Ло Вэньчжоу неожиданно перебил его:

– Пока не зацикливайся на этом! Улица Вэньчан в самом сердце старого города. С девяти до десяти там ещё вовсю гуляет народ. Возьми с собой нескольких ребят, опросите местных, может, кто-нибудь видел нашу жертву.

Заместитель капитана открыл было рот, но, прежде чем он успел хоть слово сказать, Ло Вэньчжоу бросил трубку. Тао Жань хмуро уставился на потухший экран телефона. Раньше он думал, будто Ван Хунлян просто безответственный тип, который вместо нормального расследования спихивает обязанности на кого попало, а задача их команды – избавиться от халтурщика на высоком посту. Теперь же Тао Жань начал подозревать, что в этом деле замешано нечто большее.

Группа уголовного розыска из городского управления действовала весьма оперативно. Менее чем через час полицейские прибыли на место и приступили к заданию: принялись опрашивать людей на улице, показывая им фотографию Хэ Чжунъи.

Работа это была долгая и нудная – почти как раздача рекламных листовок у дороги, – но кому-то же нужно было её выполнять. В поисках хоть каких-то зацепок полицейские раз за разом повторяли одни и те же слова прохожим, а дальше всё зависело исключительно от везения. Всё-таки человеческий глаз не видеокамера, он не хранит в памяти данные о каждом встречном. К тому же дело происходило в большом городе: его жители ежедневно крутились как белки в колесе, рано уезжали на работу и поздно возвращались домой. Соседи не особо общались, лишь кивали друг другу при встрече. В общественном транспорте пассажиры склоняли головы к телефонам: с помощью экрана размером с ладонь можно было наблюдать за фарсом, происходящим по другую сторону океана, зачитываться удивительными рассказами о Северных и Южных полюсах, обсуждать большие и маленькие события, разворачивающиеся на территории площадью 9,6 миллиона квадратных километров. Каждую минуту люди были чем-то да заняты, им не было дела до невзрачного, старомодно одетого трудяги. Парень не привлекал к себе лишнего внимания при жизни и мало кому был интересен после смерти.

На этот раз удача отвернулась от полиции. Тао Жань с командой работали, пока палящее солнце не скрылось за горизонтом, но без результата.

– Заместитель капитана, никто из прохожих его не узнал.

– Заместитель Тао, мы навели справки, подняли записи с камер магазинчиков на улице, и угадайте, что мы нашли? Ничего!

– Один старик сказал, что, возможно, видел нашего парня. Я было обрадовался, но затем он понёс какую-то чушь про стройку…

Полицейские потратили кучу времени на поиски, но так и не смогли установить, куда направлялся Хэ Чжунъи и где его убили. Молодой человек, которому не исполнилось и двадцати, приехал в огромный Яньчэн меньше года назад и в итоге попросту сгинул. Осталось только немое кино о его последней прогулке, заснятое камерами видеонаблюдения. Но даже после смерти он не обрёл покой: по неизвестной причине тело переместили обратно в западный Хуаши. Словно труп специально вернули в трущобы, чтобы не смущать обитателей процветающей части города.

Тао Жаню пришлось признать поражение: он распустил по домам несчастных полицейских, за день прожарившихся на солнце до хрустящей корочки, а затем снова позвонил капитану, чтобы отчитаться: дело не продвинулось ни на йоту.

– Похоже, здесь ловить нечего, – сказал Тао Жань. – Наверное, нам лучше вернуться к биографии жертвы… Ты куда-то едешь?

Из телефонной трубки доносились звуки радио, диктор рассказывал о ситуации на дорогах: перечислял те редкие места, где в вечерний час-пик чудом не образовались пробки.

Ло Вэньчжоу пробурчал: «Угу.» – и выключил магнитолу.

– Либо ты можешь сосредоточиться на Чжан Дунлае, – предложил он.

– На Чжан Дунлае? – Тао Жань весь день опрашивал прохожих, горло у него разболелось, в голове всё спуталось. – Разве с него не сняли обвинения? – в недоумении переспросил он.

– Его сестра сказала, что Хэ Чжунъи интересовался неким человеком по фамилии Фэн. Вероятно, этот тип как-то связан с Чжан Тин или её окружением. Кроме того, не знаю, заметил ли ты, но Хэ Чжунъи покинул «Особняк Чэнгуан» примерно в то же время, когда камеры впервые засекли Чжан Дунлая во дворе. Очевидно, домой он так рано не собирался, тогда зачем выходил? Просто подышать?

Тао Жань быстро собрался с мыслями:

– Часть гостей ушла сразу после банкета, в десятом часу, а Чжан Дунлай их провожал. Думаешь, Хэ Чжунъи собирался встретиться с кем-то из тех людей?

– Уже лучше! Только не забывай, почему мы изначально заинтересовались Чжан Дунлаем: из-за подозрительного телефона. Судя по всему, этот кретин даже не знает такого слова, как «извините», но если он не дарил, может, кто-то передал телефон жертве от его имени? Либо покойный просто соврал. Только зачем? – выдав всю тираду на одном дыхании, Ло Вэньчжоу перевёл дух и добавил: – Слушай, езжай-ка домой, а завтра приходи пораньше. Пока не истекли сорок восемь часов, допросите Чжан Дунлая ещё раз. А я попрошу Лан Цяо покопаться в прошлом Хэ Чжунъи.

Прежде чем капитан повесил трубку, Тао Жань неожиданно спросил:

– Ты сейчас в западном Хуаши?

Ло Вэньчжоу, в этот момент сидящий в нелегальном такси, хитро улыбнулся:

– Единственный человек, перед которым я стану отчитываться, – это моя будущая жена. Тао-Тао, ты уверен, что хочешь знать ответ?

– Ты в чём-то подозреваешь Ван Хунляна, верно? – Тао Жань пропустил неуместную шутку мимо ушей. – Я не карьерист, подковёрные интриги меня не волнуют, мне плевать, что там за дела у шефа Чжана с Ван Хунляном и кто станет следующим директором. Но если кто-то нарушает закон, мы обязаны арестовать его независимо от занимаемой должности.

– Сейчас твоя задача – поймать убийцу Хэ Чжунъи, – рассмеялся Ло Вэньчжоу. – Ладно, уговорил, чёрт языкастый: в данный момент у меня есть предположение, что Ван Хунлян знатно напортачил. Мы не можем его обвинить на основании одного доноса – и дело тут не в его статусе. Нужно всё досконально расследовать, а как только у меня появятся весомые доказательства, всех вас будет ждать сверхурочная работа. Ты тоже без задания не останешься.

Ло Вэньчжоу повесил трубку и повернулся к притихшему бомбиле. Тот не пожелал назвать своё полное имя и представился сяо Чжэнем: очевидно, не доверял людям. Поймав в зеркале заднего вида взгляд Ло Вэньчжоу, таксист немедленно опустил глаза, давая понять, что разговоры пассажиров его не касаются.

– Это дело ещё не раскрыто. Когда закончим, ты, если захочешь, сможешь обнародовать детали, но пока, пожалуйста, держи всё в секрете, – попросил Ло Вэньчжоу.

– Не понимаю, о чём вы… – забормотал сяо Чжэнь, хотя весь его вид говорил об обратном.

Ло Вэньчжоу пристально смотрел на водителя сквозь стёкла солнцезащитных очков:

– В прошлый раз ты сказал, что Ван Хунлян и его банда наркоторговцев убили твою старшую сестру. Однако я изучил тот случай и узнал, что её арестовали за проституцию, а позже она умерла от передозировки наркотиков. Чэнь Чжэнь, ты обвиняешь человека, ответственного за общественную безопасность целого района, и его подчинённых. Мы не можем возбудить уголовное дело без доказательств, только на основании твоих слов.