позывной Фанат – Новенький (страница 7)

В узкой бойнице слева блеснул холодный ствол. Возможно, автомат торчал там постоянно, просто в тени я его не заметил, но сейчас он заставлял поежиться. Вы знаете, неприятно стоять вот так ночью, у высокой и безликой стены, когда на тебя нацелены видеокамеры, прожектор и автоматы.

– Мне приказано прибыть сегодня по этому адресу, – добавил я увереннее.

За мной с гулом затворились откатные ворота. Тяжелые, массивные, они выезжали на рельсах из стены. В момент закрытия край ворот заходил в специальный паз, где останавливался ударом об опору. От тяжелого и мощного удара колючая проволока дребезжала нервным звоном. Волна импульса словно шла по забору, разгоняя ночную тишину вокруг охраняемой базы, и возвращалась с другой стороны, замыкая круг, будто напоминая, что обратной дороги нет.

Процесс проверки документов, личности и доклад дежурному о вновь прибывшем занял не более пятнадцати минут. Всё это время я находился под чутким взором трёх автоматчиков в черном камуфляже. Стояли грамотно, веером. Если попытаться что-то сделать, любой спокойно полоснёт меня очередью, не боясь попасть в товарища. Так что убежать или достать оружие не получится. Единственный вариант – идти на сближение с кем-то из них, тогда никто не сможет открыть огонь, боясь зацепить напарников. Но и этот вариант провальный, потому что дистанцию каждый выбрал правильную, и стоит мне сделать пару шагов к кому-нибудь из них, они, не целясь, нашпигуют свинцом в упор. То, что успеют вскинуть автомат, даже сомнений нет. Не зря же предохранители сняли заранее и палец держали на спусковой скобе. Сами всё прожигают взглядом. Мне даже показалось, что втайне они умоляли выкинуть какой-нибудь номер. Тогда ребята быстренько сделают из меня дуршлаг и спокойно пойдут греться в дежурное помещение, по пути обсуждая бытовые пустяки, словно ничего не было. Нет, по людям в форме видно, они – профессионалы, и желания дергаться у меня не возникало. Простите, парни, но не дам вам возможности повеселиться. Уж лучше постою здесь смирно дождусь,когда вы закончите с проверкой.

«Сто метров прямо по дороге», – именно так объяснили путь в штаб.

До штаба добрался без проблем, здесь соблюли пару формальностей и отправили расселяться.

Место проживания определи в седьмом модуле – жилом металлическом вагончике синего цвета, утепленном пенопластом и обшитом изнутри вагонкой. Стояли такие вагончики в линии, формируя что-то типа своеобразных улиц.

Путь проходил через стоянку, на которой расположилась недавно проехавшая колонна. Моторы ещё работали на холостых оборотах, в свете зажженных фар шла разгрузка. И без того рослые спецназовцы, одетые в броню и полную экипировку, казались машинами из фильмов про киборгов. Игра теней в туманной мгле добавляла картине красочности.

Вновь стало непонятно, что я делаю среди прожженных бойцов? Смогу ли доказать, что достоин стать одним из них?

Меня никто не замечал. Пока парни разгружали имущество и ящики с боеприпасами, я украдкой любовался оружием, аккуратно разложенным на площадке перед мощными прожекторами БТРа. Видавшие виды автоматы Калашникова с затертыми до неузнаваемости прикладами и содранной краской на крышках ствольных коробок говорили о том, что ребята не расстаются с оружием.

Пулемётчик, лязгая лентой, поставил пулемёт на сошки. Другой парень, стоя на БТРе, подал товарищу гранатомёт и портплед9 с выстрелами. Трое водителей собрались у КАМАЗа и что-то бурно обсуждали, пока четвертый полез под днище. Не было ни криков, ни команд командира, только слаженная работа и дикий гогот.

Обсуждали потешный момент, произошедший на сегодняшней операции.

Кто-то должен был тихонько открыть ворота изнутри двора, но, когда перелез через забор, шмякнулся с таким шумом, будто обронили кастрюлю с болтами. Кто-то уточнил, что это вовсе не кастрюлька, а котелок. И судя по звуку удара, пустой котелок. Дружный гогот раздался с новой силой. Представьте себе картину, как рыцарь в доспехах, закинув полкорпуса на лошадь, вдруг перевешивается и под восторженный смех публики летит головой вниз. Примерно это воспроизвелось в сознании, когда я слушал рассказ. Бронежилет и шлем весят не меньше, чем рыцарские доспехи. И этот трёхкилограммовый шлем может внести дисбаланс даже в отточенные движения натренированного тела. Но наш «рыцарь» обвинял в своём эпичном пике товарищей-переростков, которые вместо того, чтобы аккуратно подсадить, в выплеске адреналина просто перекинули его во всей амуниции через трёхметровый забор. Расскажи мне кто такое, я бы засомневался, но глядя на дышащих силой парней, сомневаться перестал. Это же ходячие катапульты. С такими, если силу не рассчитают, можно не только через забор перелететь, но и в огороде очнуться. В соседском. Через два дома. На радость всем история на этом не закончилась. Оратору не хватало воздуха. Всхлипывая, он продолжал повествование. Из тщетных попыток, по обрывкам, я понял следующее. Горе-взломщик, очухавшись, скрипя чем только возможно, битых двадцать секунд пытался открыть калитку ровно до того момента, пока во дворе, издавая злобный рык, не появилась хозяйская собака. Вот тут-то наш герой в считанные секунды открыл замок, калитку, ворота и заодно получил сверхспособность бегать со скоростью звука. Вы слышали фразу «Одна нога здесь, другая там»? Так вот, фраза никакого отношения к делу не имела, потому что обе ноги «рыцаря», завидев собаку, бежали наперегонки, забыв про тело и килограммов тридцать экипировки. Пока повернутая голова с ужасом смотрела на псину, ноги уже забегали за угол. Чем дальше шел рассказ, тем громче все смеялись. Но процесс разгрузки не прекращался ни на секунду. Он хотел что-то добавить, но подошедший человек мягко ударил под дых и попросил прекратить нести чушь. Выйдя на авансцену, он объяснил чудесной публике, что на самом деле это не падение с забора, а необходимый манёвр. Чтобы не находиться в секторе возможной стрельбы, ему пришлось применить всю сноровку и максимально быстро прижаться к земле. Да, с высоты забора грациозно, плашмя он приземлился сразу в положение для стрельбы лежа. Такое неподвластно даже тибетским монахам. И собаки, которая, по его словам, была размером с быка, он не испугался, а просто соблюдал дистанцию. И, если кто-то станет много говорить, в следующий раз пойдёт первым.

Первым, если честно, готов пойти каждый, но это не значит, что у кого-то есть такое желание.

Смех не умолкал, и в этой идиллии чувствовалась слаженность и взаимопонимание коллектива.

На улице перед модулем тихо. Основная часть только приехала с задачи, а те, кто остался на базе, вышли узнать, как всё прошло и заодно помочь разгрузить технику. Как я заметил позже, здесь никого не надо просить. Неважно, чем ты занят, выйти встретить товарищей обязан. Это – негласный закон подразделения.

Снаружи модуль выглядел как железнодорожный вагончик, только без шасси и в несколько раз меньше, а внутри – вытянутое узкое купе с тремя двухъярусными кроватями по бокам. В маленькой комнатушке приходилось ютиться шестерым здоровым мужикам. И если кто-то уходил в отпуск, то другие вздыхали с облегчением. Ведь шестеро мужиков на восемнадцать квадратов жилплощади… Ну, знаете, такое даже Коммунистическая Партия Китая не одобрила бы! В нашем случае выбирать не приходилось.

Всё пространство, не занятое кроватями, изобиловало различными полками и приспособлениями для хранения оружия, экипировки и личных вещей. Проход между кроватями настолько узкий, что поставленная мной спортивная сумка сразу перегородила его. А сами кровати были по-настоящему родными. Самые что ни на есть советские, металлические, скрипучие кровати, которые после увольнения со срочной службы я надеялся никогда больше не видеть. Ну да, как же, не увидел, блин.

***

В армии есть игра «Три скрипа», знаете? Если нет, то вы многое в жизни потеряли. Эта увлекательнейшая игра развивает одновременно скорость гепарда, точность кобры, ловкость пантеры, цепкость паука и способность задерживать дыхание дольше пятнадцати минут, а в случае необходимости даже остановить сердце. Видели фильм «Миссия невыполнима» с Томом Крузом в главных ролях? Над эпизодами, где он, вися на веревке, балансировал в сантиметре от пола, не издав ни звука, мы с сослуживцами просто смеялись. Чтобы обучиться этому, не нужны годы тренировок, достаточно советских двухъярусных кроватей с сеточками, безумной усталости и парочки злых сержантиков. Правила гениальны и просты до невозможности:

Время – вечер;

Состояние – все измотаны и мечтают о сне (впрочем, как всегда, иначе армия – не армия);

Дислокация – казарма, расположение роты, где порядка ста кроватей, расставленных в шесть рядов и восемь колонн с проходами между ними размерами примерно в один метр;

Особые условия – злой (ну или просто скучающий) сержант;

Сопутствующие условия – кто-то, где-то, когда-то упорол косяка (условие необязательное, при необходимости может быть выдумано сержантом);

Вот теперь, когда вы представили общую картину, начинаю вводить в суть игры. Близится самая святая минута каждого солдатского дня, когда дневальный подаёт долгожданную команду:«Рота, отбой!»

Каждый в предвкушении момента, когда голова наконец-то соединится в одно целое с жесткой, но всё же любимой подушкой, а бренное тело сможет принять горизонтальное положение. И тут, как в фильмах ужасов, звучит устрашающий голос: «Кто хочет сыграть игру»?