Поппи Брайт – Ворон: Сердце Лазаря (страница 20)

— На минуточку, Шерлок, хочу показать тебе кое-что.

Джим застонал, однако пересек комнату. Она стояла на пороге спальни, указывая на нечто на окровавленном полу у своих ног.

— Ты хоть одну девочку с такой штукой видел? — спросила она. Джим наклонился ближе, прежде чем понять: похожий на сосиску обрезок мяса был пенисом со все еще оставшейся частью мошонки. В голове воцарился металлический звон. Джим Унгер почувствовал, как к горлу подступает горячий прилив желудочной кислоты и полупереваренного обеда, и бросился в туалет.

— Так я и думала, — крикнула ему вслед Пэм Тирни, как раз перед тем, как сработал противопожарный датчик в кухне.

Когда Джим Унгер закуривает второй «Кэмел», разряд молнии освещает комнату полуденным солнцем. Две секунды спустя догоняет гром, сотрясая стекла в окнах. Джули ворочается на кровати, спрашивает:

— Что это было?

— Просто гром, милая.

— О, — с сомнением отвечает она. — Почему ты не спишь?

— Кошмар приснился, — хоть это и правда, вслух прозвучало неправильно. Тебе почудилось, что ты услышал нечто. Ты ведь это хотел сказать, верно? Ты это хотел сказать.

— О, — повторяет Джули, на сей раз с большим доверием, и поворачивается в кровати спиной к нему.

— Не волнуйтесь, миссис Пош, мы никуда не торопимся, — сказал Винс в пятый или в шестой раз. Пожилая черная женщина уставилась на него сквозь толстенные стекла очков. Джим Унгер начинал терять интерес, начинал поглядывать сквозь кружевной тюль миссис Пош на одного из трупоедов Тирни, фотографирующего тротуар.

— Мне позвонить адвокату? — снова спросила она.

Винс покачала головой:

— Вы не подозреваемая, миссис Пош.

Почему нет, спросил себя Джим. Почему бы, блин, и нет? В этом было бы ровно столько же смысла, сколько и во всем здесь происходящем.

— Мы просто хотим узнать, видели ли вы, или слышали что-нибудь необычное сегодня днем.

Старушка воззрилась на Винса так, словно он вдруг вырастил вторую голову прямо из своей груди, потом повозила вставными челюстями во рту.

— У меня кровь с потолка капала, — сообщила она. — Думаю, это порядком необычное дело.

— Тут она тебя уела, Винсент, — Джим задернул занавески. Квартира на первом этаже пропахла пылью и лекарствами, миазмами старения, и это начинало вгонять его в тоску.

— Если бы вы просто рассказали нам все, что видели, мэм, нам бы очень помогло, — сказал он миссис Пош. Та перевела свой растерянный взгляд с Винса на него.

— Это было ужасно, — повторила она. — Хорошо хоть никого из моих внучков тут не было. Представляете, если б они такое увидали?

— Мэм, — перебил Джим, стараясь быть вежливым, но уже теряя терпение. — Вы видели, чтобы кто-нибудь приходил или уходил из квартиры до того, как вы туда поднялись?

Старушка нахмурилась и пошамкала.

Джим посмотрел на бурое пятно на потолке гостиной. Оно было размером с большую пиццу, и, по прикидкам, где-то в районе изножья кровати. На полу под ним было пятно поменьше. Рано или поздно парень с фотоаппаратом доберется и до них.

— Я видела только мистера По, а это его квартира, так что не вижу ничего необычного. Он постоянно приходит и уходит.

— И в какое время вы видели, как мистер По уходит? — спросил Винс, притворяясь, что записывает каждое слово в раскрытом на колене блокноте.

— Погодите минуточку, если вы считаете, что мистер По к этому причастен, то вы ошибаетесь, молодой человек. Мистер По, конечно, из этих, голубчиков, но он бы не стал никого убивать. Особенно Бенни. Бенни был его дружком, понимаете?

— В какое время вы видели, как мистер По уходил из дома, мэм? — спросил Джим, все еще глядя на пятно на потолке. Комната наверху была невыносима, но темное пятно, казалось, имело обратный эффект: притягивало взгляд.

— Нет ничего плохого в голубчиках, — сказала миссис Пош, положив сморщенные руки на колени. — Так Опра говорит.

— Да, мэм, — вздохнул Винс. — Она имеет право на собственное мнение. Но не видели ли вы…

— Что я видела, так это кровь с моего потолка, — она произносила каждое слово медленно, будто решила, что у обоих детективов плохо со слухом.

Потом открылась дверь и Флетчер позвал:

— Пошли, ребята. Кажется, мы его взяли.

Джим Унгер впервые увидел Джареда По на заднем сиденье патрульной машины, в наручниках, смотрящим прямо перед собой, словно его взгляд сфокусировался на чем-то далеком, невидимом для остальных. Будь его глаза пустыми, бессмысленными, детектив бы не обратил внимания. Но они не были. Они почти сверкали из тени, было трудно долго смотреть ему в лицо.

— Другой патруль сцапал его аж на Конти, — сказал Флетчер. — Просто шатался, разговаривая сам с собой. Теперь не разговаривает, но водительские права на имя Джареда А. По, и домашний адрес указан — эта квартира.

Мужчина на заднем сиденье не отреагировал на звук своего имени. Его белая майка спереди заскорузла от крови, как и джинсы. Руки были цвета засохших лепестков розы.

— Он наверняка наш клиент, Джим, — сказал Винс Норрис. — Старушка говорит, что дружка зовут По.

— Права ему зачитали? — спросил Джим Флетчера.

Патрульный пожал плечами.

— Может, зачитали, да что толку спрашивать этого педика? Он же полный овощ, Джимбо.

— Это должен быть он, — настаивал Винс. — Блядь, да вы посмотрите на всю эту кровь. Не из носа же она у него пошла?

Джим нагнулся к открытой двери патрульной машины. Достаточно близко, чтобы почуять запах запекшейся крови на одежде Джареда По.

— Вы арестованы по подозрению в убийстве. Вы понимаете обвинение, мистер По?

Тогда Джаред По мигнул, лишь раз, и немного повернул голову в сторону полицейских.

— Я понимаю, — его голос прозвучал ломко, как хрупкое стекло. — Я понимаю. Вы думаете, что я убил Бенни.

— Твою мать, Бэтмен, этот фрукт умеет разговаривать, — сказал Флетчер и засмеялся.

— Винс, убери его отсюда, пожалуйста, пока не напортачил, — попросил Джим, стараясь не отводить взгляд от мерцающих глаз Джареда По.

— Я прав, да? — спросил их мужчина. — Вы все думаете, что я сделал это с Бенни.

— Слушай, приятель, — Джим наклонился ближе, стараясь говорить спокойно и разумно. — А что ты ожидаешь? Мы знаем, что он был твоим дружком, и ты весь в его крови. Свидетель видел, как ты уходил с места преступления. Догадываюсь, что анализы покажут — кровь вытекла из того парня наверху. Поэтому если ты его не убивал, то лучше объясни, где перепачкался красным.

— Я его не убивал, — сказал Джаред По. Он закрыл глаза и отвернулся от детектива.

— Ах вот как? Тогда я цветочная фея, — ухмыльнулся Винс Норрис.

— Детективы, — позвал кто-то, и Джим Унгер оглянулся через плечо. Парень, недавно фотографировавший тротуар, теперь стоял на у двери на лестницу. Пэм говорит, ей что-то нужно срочно вам показать. Что ей передать?

— Скажи, пусть потерпит, бля, — крикнул он, и парень снова исчез. Джим посмотрел на Джареда По, чьи глаза все еще были закрыты. Кровь была и на его лице. Длинные полосы, будто боевая раскраска индейцев, и темный мазок на губах.

— Мог бы полегче с нами обоими обойтись, — сказал он, и По не ответил. Когда Джим захлопнул дверь машины секундой позже, он даже не шевельнулся.

— Увозите, — велел Джим Флетчеру, потом обратился к Винсенту Норрису. — Пошли, посмотрим, какую пакость драконша преподнесет нам на сей раз.

— Гребаный псих, — сказал Винс в третий раз, пока Джим возвращал пластиковый пакет с уликой Пэм Тирни. Внутри было две вырванных из книги страницы, «Ворон» Эдгара Алана По. Пара строчек была выделена ярко-желтым маркером.

— «Как лорд иль леди»? — вслух прочел Джим Унгер. — И какой в этом смысл? Он нам послание хотел оставить или как?

— Возможно, — сказала эксперт, нахмурившись над страницами. — Или он пытался сказать что-то себе, или покойнику. Черт, да кто знает, я не психолог.

Джим снова глянул на фото в рамке. Тирни или кто-то из ее ребят вынес его из спальни. Теперь оно стояло на полу, прислоненное к кофейному столику. На стекле засохли струйки крови, частично скрыв изображение — крылатого андрогина, оскалившегося для камеры. Поэму нашли приклеенной к фото скотчем, и Джиму положительно было похуй, что убийца пытался сообщить посредством подчеркнутых отрывков. Посреди липкой полоски остался четкий частичный отпечаток большого пальца.

— Если отпечатки совпадут, то вы практически наверняка сцапали нужного парня, — сказала Тирни.

— Нда, — отозвался Джим. — Ну, скрестим пальцы на удачу.

Он оглянулся на спальню. Кто-то там включил торшер, и он видел тени людей, все еще копающихся в хаосе, собирающих ошметки тьмы, отдаленно напоминающие человека. Тени тянулись от пола до потолка, колеблющиеся и нематериальные, как призраки.

На следующее утро Джим Унгер и Винс Норрис допрашивали Джареда По в душной комнате, пропахшей порошком для пола и застарелым табаком. То, что осталось от жертвы, все еще ожидало их у Тирни, в подвалах уголовки. Вскрытие было назначено на час дня. Если повезет, к этому времени у них уже будет признание.

— Ладно, мистер По, постараемся сделать это наиболее безболезненно, — сказал Винс, закуривая «Пэлл Мэлл» и выдыхая дым на плитки стены. — Я не слишком хорошо спал прошлой ночью, и вы уж точно спали не лучше. Так что, думаю, все выиграют, если мы пропустим хуйню.

Джаред прищурился на детективов. Темные круги под его налитыми кровью глазами походили на синяки, лампы дневного света придавали коже нездоровый зеленоватый оттенок. Он был небрит, одет в тюремные джинсы и в слишком большую рубашку с пятном на груди.