Полярный Медведь – Очередь (страница 1)
Полярный Медведь
Очередь
●
Душа в очереди жизни.
●
●
Очередь
●
●
Душа смотрела на это столпотворение изнутри, как на странный, лишённый смысла ритуал. Она, частица вечности, была поставлена в очередь за куском сыра или штампом в бумаге. Время, которое для неё было единым мгновением, здесь растягивалось в липкую, душную бесконечность.
●
Она ненавидела это тупое, покорное движение вперёд, этот запах чужих надежд и пота. Ей хотелось расправить крылья и взмыть к самому потолку, сметая гирлянды пыльных ламп, просто чтобы напомнить всем этим спящим искрам: «Вы – свет. А свет не стоит в очередях».
●
«Уж почти скоро четверть века подойдет, – с горькой иронией подумала она, – а я так и не пойму это изобретение человека. Очередь. Ну да ладно… Зато есть время. Время вспомнить. Всю мою жизнь в этом мире. И уроки, которые я – прошла? Или так и не выучила?»
●
И очередь, внезапно, перестала двигаться. Но для души это больше не имело значения. Она начала погружаться внутрь, в тихий архив воспоминаний, где пылились не лица и даты, а ощущения души в моменты своей земной школы.
Глава 1. Первая боль. Память-шрам.
●
Родилась я где-то на Крайнем Севере. Зимой.
●
Тело было – мальчика.
●
Пьяные акушеры после новогодних праздников тянули меня неправильно и повредили шею.
●
Это была моя первая встреча с этим миром. Не свет, не объятия, не материнский голос. А боль.
●
Резкая, белая, абсолютная. Она пронзила мою новую, такую хрупкую оболочку и ударила прямо в самую сердцевину – в меня.
●
Я, душа, только что прибывшая из безвременья, впервые осознала себя не через любовь, а через страдание. «А, вот как здесь бывает, – промелькнула мысль, уже обретая земной язык. – Здесь можно сломаться с самого начала».
●
Боль стала моим первым учителем. Она вписала свой урок в саму плоть, в позвонки, в нервные узлы. Научила меня жить с оглядкой, с внутренней осторожностью, будто я носила невидимый, кривой венец на детской шее. Я училась держать голову, когда мир вокруг казался перекошенным.
●
Это был мой первый договор с этим миром: ты будешь чувствовать. Ты будешь помнить. Даже то, что все вокруг предпочтут забыть.
●
Но боль была не единственным впечатлением.
●
Холод. Пробирающий всё это крошечное, беззащитное тело до самой сердцевины, до меня. Он был грубее боли. Боль – хоть чувство. А холод – это отсутствие. Отсутствие тепла, уюта, безопасности. Вселенная, в которую я попала, оказалась ледяной.
●
Крики. Резкие, металлические, незнакомые. Не песня, не слово – а сигнал тревоги, разрывающий первозданную тишину, в которой я пребывала вечность.
●
Свет. Слепящий, безжалостный, режущий. Не сияние – а взрыв.
●
И в этот миг, среди боли, холода, криков и света, родилась первая ясная мысль, отлившаяся в слова:
●
«Я точно туда попала? Или… остановка была не моя?»
●
Мгновение паники. Сбой в самой программе бытия. Как если бы звёздный путешественник, ожидая райских садов, очнулся на шумном, грязном, дурно пахнущем вокзале. Билет проверили? Ту ли дверь открыли?
●
Но назад пути не было. Двери между мирами захлопнулись. Оставалось только одно: дышать этим колючим воздухом. Сжиматься от этого холода. И слушать эти чужие крики, которые, как я скоро пойму, были моим первым собственным плачем.
●
И тут – всё перевернулось.
●
Меня приложили к чему-то мягкому и тёплому.
●
Резкий свет отступил, сменившись благодатной, розоватой темнотой. Ледяной воздух больше не обжигал – его сменило ровное, живое тепло, которое впитывалось прямо в кожу, в кости, в самую сердцевину испуганного холодного комочка, которым я была.
●
А потом я услышал.Биение сердца.
●
Не своё – чужое. Громкое, размеренное, властное. Тук-ТУК. Тук-ТУК. Оно заглушало все остальные звуки мира. Это был первый ритм, первый порядок, предложенный мне этим хаосом. Это был барабанный бой жизни, под который теперь предстояло идти.
●
И запах.
●
Запах чего-то родного. Незнакомого и в то же время – самого древнего в памяти всей вечности. Сладковатый запах молока, кожи, теплой крови и чего-то неуловимого – чистого покоя. Это был запах Дома, которого у меня здесь ещё не было, но который уже существовал. В этом запахе не было вопроса «туда ли?». Был ответ: «ты – здесь, и это твоё место, потому что я – здесь».
●
Это была Мама. Не имя, не лицо – а целая вселенная мягкости, тепла, звука и запаха. Вселенная на двоих. Моя первая и самая главная страна в этом новом, пугающем мире. Врата из ледяного ада физического рождения – в возможность любви.
●