Poly Аkova – За гранью реальности (страница 25)

– Сью, – мама прижала меня к своей груди. – Девочка моя.

– Мама, мне приснилось…

– Да, думаю, не приснилось… – слышу голос Криз. – Дракон раздери всех! Что это было вообще? Где мы были-то?

– В мире драконов? – я моргаю.

– Да если б, – Криз поднимается рядом со мной. – Нас, походу, подруга, еще куда-то занесло по дороге.

– К-куда? – мама встревоженно смотрит на нас.

– Не знаю, – пожимаю я плечами.

– Если б мы знали, – Криз передернула плечами. – Очень неприятное место. Холодно и темно. Вообще чернота кругом.

Глава 37

– Вы же, наверное, голодные! – спохватывается мама и, оставив нас у Криз в комнате, уходит.

Мы же с Криз садимся на мою кровать. Я вздыхаю. Криз молчит.

– Девочки, поешьте, – мама входит с подносом в руках.

Ставит на стол. Улыбается робко.

– Мы завтра с Деном на анализ снова пойдем, – она вздыхает.

– Мы что-нибудь придумаем, – говорю я.

– Ага. Хорошо. Поешьте, пока не остыло.

Мама выходит из моей комнаты. Мы продолжаем сидеть с Криз на кровати. Я снова вздыхаю.

– Да хватит уже вздыхать. Целый час уже, наверное, вздыхаешь.

– Так, а что еще остается…

– Давай поедим, пока теплое все.

Она встает и, взяв поднос, ставит его на середину кровати. Сама забирается тоже на кровать.

– Да я вроде и есть-то не хочу… – бормочу я.

– Надо, – Криз смотрит на меня. – А то мы не спим почти, да еще если и есть не будем, так нас точно…

Она замолчала и сама вздохнула.

– Что нас точно? – спрашиваю, поднимая крышку с тарелки.

– Не знаю… А тут что? – она заглядывает в другую тарелку.

– Да, одинаково. Тебе и мне. А в третьей тарелке хлеб, – говорю.

– А… Ясно… А можно я без хлеба? – спрашивает.

– Да, пожалуйста, – отвечаю, пожав плечами.

– И все-таки, – говорю я, наматывая макароны на вилку. – А что будет, если мы просто уснем? Не перемещаясь никуда, ни в твой, ни в мой мир.

– Надеюсь, не та пугающая чернота, – отвечала Криз, отламывая вилкой кусок от котлеты. – А вкусно у тебя мама готовит.

– Спасибо. Передам… Я вот с анализами-то думаю, как теперь.

– Да… Слушай, а заменить их нельзя на другие? – Криз смотрит на меня.

– На чьи? На мои или твои? Так от наших анализов у них точно, правда, аппарат сломается. А мамины или папины не подойдут. Они взрослые. Нам нужна детская кровь.

– Девочки, зачем вам детская кровь? – мама застыла на пороге комнаты.

– А, да мы говорим про завтрашние анализы, – отвечаю. – Нам надо где-то детскую кровь найти и взамен Дена сдать.

– А может, отказаться от анализов? Скажем, что приболели.

– Ага. Потом все равно придется сдавать. А то и сразу заставят еще больше сдавать. Лечить станут.

– Ну да… – мама забирает у нас посуду. – Вы чай будете? Я пирог с рыбой испекла.

– Да, мы сейчас придем на кухню. Спасибо, – говорю я.

– Нам правда надо подменить анализы, – Криз встает с кровати.

– Да, надо.

– А еще Дену надо глаза поменять.

– Что? Как? – удивляюсь.

– Ну, цвет глаз надо спрятать, – поясняет Криз.

– Так их уже видели все… – растерялась я.

– И что? Мало ли, показалось им тогда. У нас есть маскировочные чары…

– Криз, в этом мире нет магии, – напоминаю я.

– Ох ты, дракушки! И чего тогда?

– Линзы есть… Но он слишком мал, чтоб ему вставлять в глаза линзы.

– А еще какие варианты есть?

– Больше никаких нет, – развожу руками.

Глава 38

Мама снову уходит оставив нас одних.

– Слушай, а какое сейчас время суток? – Криз спрашивает. – Я что-то уже совсем запуталась.

– Утро вроде… Хотя не знаю. За окном светло. А часы у меня стоят, – киваю на свои настольные часы.

– Всегда встают. Сколько батареек извела. Всё напрасно. Стоит мне уснуть, и они встали.

– Это из-за перемещений? – Криз снова спрашивает.

– Не знаю… – растерянно отвечаю. – Я даже и не думала об этом…

– Мне же раньше-то вообще казалось, что я просто сплю и мне сон снится. До того момента, пока ты тут не оказалась.

– А мне до сих пор не верится, – Криз улыбается одним уголком рта. – Я ведь все смеялась над твоими снами… А вот…

Она вздыхает. И я тоже вздыхаю.

– Ладно, что уж теперь. Вздыхай, не вздыхай. Обратного пути нет.

– Это ты сейчас про что? – вздергиваю бровь.

– Так сном-то теперь все это не будет. Это явь, – выдала подруга.