Poly Аkova – Хотели принца? Нате - получите, распишитесь! (страница 38)

— Очень огромный и сильный зверь, — отвечает им мама.

— Кто?

— Кто, кто, — фыркает смеясь Светка. — Увидите скоро сами. Он такими темпами через месяц во дворе уже не поместиться.

— Как это? — Жива растерянно оглядывает двор. — Он же большой.

— Ага, а наш Малыш еще больше будет, — отвечаю.

— А Малышом ты его называешь, это имя или просто он маленький — был? — спрашивает вдруг мама.

— Имя! — я смеюсь.

— Фига себе Малыш будет! — фыркает снова от смеха Светка.

"Дракон от птеродактиля не далеко ушел", — думаю я про себя.

"Если птеродактиля так звать можно, почему дракона нельзя"?!

22

Светка оказалась не далека от истины когда говорила, что Малыш через месяц во дворе помещаться не будет. Ибо наш Малыш действительно очень так принялся активно расти. И по прошествию месяца действительно стал очень большим драконом. Крылья его окрепли и выросли так, что он в них мог завернуться. На толстом хвосте появились большие наросты типа шипов. Морда, которая раньше больше походила на лягушачью с большими глазами — вытянулась. Появился твердый небольшой нарост в носовой части. И на голове тоже появились наросты которые, сбегали с головы по шее к концу туловища толстой линией. Лапы стали мощными и появились огромные когти. Короче наш домашний птенец превращался в мощного дракона. И что самое интересное его цвет изменялся. Вначале он был невзрачного серо-коричневого цвета, как и все здешние птицы-драконы. А теперь же он стал расцветать красками. В буквальном смысле этого слова. Крылья приобретали все более и более красноватый оттенок. Грудь и живот отливали оранжевым. И его глаза — они стали насыщенного желтого цвета с вертикальным зрачком. Местные жители приходили посмотреть на него: кто с опаской, кто с удивлением. Арыся попривыкла к его постоянному росту и смело его кормила. И удивительно, он принимал из ее рук все, что она ему приносила. Видно запомнил все ж, что она его изначально кормила. Правда рацион у него изменился. Лимиуc, уж не знаю где, ловил каких-то не то крыс, не то кролей с длинными хвостами и приносил Арысе для кормежки Малыша. Единственное, несмотря на свои размеры, Малыш почему-то отказывался покидать двор. Вот никак мы его не могли уговорить. Хоть всегда переживал и нервничал, когда Лимиус ходил ему за едой, но выходить со двора боялся. Мы не знали как нам и быть. Двор он уже почти весь занимал. Выйти на дорогу уже становилось сложновато. То хвост, то крыло вытянет и проходи как хочешь. И главное нас слушает, мордой пытается об нас потереться, но со двора за нами не идет.

— Да что же это! Такой большой и такой трусливый! — не выдержала один раз Светка. — И долго ты так будешь себя вести? Ты же дракон!

— Блин. Светка, он же еще детеныш! Вот и боится!

— Да он уже лошадь целая! — вскрикнула она. — На нем пахать уже можно. А он… — Она махнула на него рукой.

— Ну пахать, не знаю, а вот — летать, наверное б можно было, — мама вышла во двор.

— Летать? — Лимиус тащил пару хвостатых. — А этошшш как?

— А давайте попробуем его едой выманить! — предложила Арыся. — Я сейчас только шкурки с них сниму. — И она унеслась.

— Лимиус, — я подошла к нему, обняла, — мальчик мой, давай правда все вместе попробуем его со двора вывести. Ему правда надо на крыло уже вставать. Э-э… В том смысле, что летать уже надо учиться.

"А кто на нем сидеть будет"? — мысленно спросил Лимиус у меня.

— Э-э…

— Ты чего? — Светка подошла тоже к нам.

— Да вот Лимиус озадачил, а кто на нем летать станет. Ему ж одному-то не желательно ведь и правда начинать.

— Из всех нас опыт только у тебя есть, — печально улыбнулась мама.

— Не. Не-не-не. Только не это. Мне птеродактилей хватило, — замотала я головой.

— А я с тобой тошшш, — выдал Лимиус.

— Э-э… Малыш… — и Малыш, который дракон был, ткнулся мордой мне в плечо. — Э-э…

— Вот, готово, — Арыся уже вернулась, неся ошкуренных зверьков.

— А, кстати, все спросить хотела, а где ты их берешь? — спрашиваю у Лимиуса, указывая на зверьков.

— Такш в полешш…

— Не уходи от темы! — Светка прищурила глаз.

— Да вы чего! Не полечу я! Я высоты боюсь! — отбивалась я.

— А мы вообще не умеем!

— Вы его сначала на поле выманите! А уж потом и про полеты заикайтесь! — вздыхаю я.

Лимиус направляется к выходу со двора, при этом не то мурлыкая, не то мяукая. Мы все присоединились к нему. Арыся еще и тушками зверушек трясет. Драконенок смотрел на нас, смотрел, затем издал не то рык, не то просто заворчал и сделал шаг к нам.

— Вот умничка, — приговаривает Арыся тряся тушками. — Вот умничка, идем, идем.

И смотрим и правда шаг за шагом, несмело так, но идет. Так и шли мы по дороге пятясь задом, чтоб не потерять зрительного контакта с драконенком. Народ повысыпал из домов, с любопытством разглядывая нашу процессию. Надо отдать должное им — все молчали, даже дети. И мы спокойно довели Малыша до края деревни к полю. Тот шел пригибаясь к земле всю дорогу, но когда увидел поле и лес вдалеке — вытянул шею и с удивлением оглядывался.

— Ну что, видишь сколько кругом интересного? — подхожу, глажу по морде его, которую он тут же, как подошла, водрузил мне на плечо.

Лимиус похлопывал его с другой стороны. И вдруг Малыш как рыкнет, да громко так. Я аж подпрыгнула от неожиданности. Арыся выронила тушки зверьков, Светка присела. Только Лимиус, да мама не испугались. Лимиус вообще ему поддакивать стал. Не так грозно и не так громко правда. Малыш сделал несколько шагов вперед, оглянулся на нас. Поддел мордой Лимиуса и пустился бегом по полю. Лимиус мявкнул и припустился следом.

— Фига, а Лимиус-то не отстает! — восторженно вскрикнула Светка. — Смотрите!

И правда Лимиус не отставал от Малыша. Так они и бегали кругами по полю, благо оно большое и не зерновое. А то бы весь урожай испортили. А травке-то ничего не будет. Жители деревеньки наблюдали собравшись на краю деревни. Детишки уже во всю шумели, им явно тоже хотелось присоединиться. Но по понятной причине детей не пускали в поле. А с этого дня мы стали каждый день выгуливать драконенка за деревней. С полетами решили все ж повременить, пусть сначала привыкнет к простору на земле.

— Да придется наверное вам переезжать, — печально заметила, как-то вечером Жива.

— Почему это? — встрепенулась Арыся.

— Права Жива, — подтвердила мама. — Нечего нам людей стеснять.

— Да что вы! Не в этом дело, — замахала руками Жива. — Малыш-то ваш во дворе уже совсем не помещается.

— А куда ж мы пойдем-то… — растерянно спросила Светка. — Из деревни-то…

— Да некуда вы не пойдете! — Жива снова руки вскинула. — Вы с нами останетесь, в деревне. Просто в новый дом переедите.

— Это тот что на окраине строится? — спрашиваю я у Живы.

— Ну да. Как раз и поле ж рядом. Правда, там только сарай… — она не знала как сказать

— Побольше дома надо пристроить, — подсказала я.

— Ага. Точно! И это самое, он вам наверное маловат все ж будет на всех-то… — закончила она.

— Маловат? — удивляюсь. — Да там же четыре комнаты! И к тому же еще одна — пятая, как кухня считается, с камином!

— Так да! Мы же изначально-то на вас вдвоем с Лимиусом только рассчитывали, — восклицает Жива.

— На двоих пять комнат? — удивляется Светка. — Нафига столько-то!

— Как же! — Жива растерянно моргает. — А ежели еще детишки пойдут? У Эвелины, у Лимиуса?!

— Ну у Лимиуса навряд ли… — протянула я.

— Почему это? — все уставились на меня.

— А где ж он вам невест- то такую ж как сам, себе найдет, если он один из рода лимкинов остался? — отвечаю, вздохнув печально я.

— Из рода кого? — не поняла Светка.

— Ну ты — человек, он — лимкин.

— А нафига ты его Лимиусом назвала? — Светка вздернула бровь. — Так и запутаться не долго, с породой-то…

— Да я его и не называла! Его так родители назвали. Да и привык он к своему имени. И вообще нормальное имя, между прочим! — смотрю на Светку обиженно.

— Да ладно вам, девочки, — улыбается мама. — О переезде надо правда подумать.

— Вот как Малышу комнату пристроят, так и переедем! — отвечаю.

— Так неужто вы все в том доме поместитесь? — снова всплеснула руками Жива.