ПолуЁж – Слой Первый. Книга 4 (страница 25)

— Твоя Себия, — сказал он в какой-то момент. — Мэр Кадии. Она в курсе, что ты собираешься привести к ней несколько сотен фералов?

Я поперхнулся воздухом.

— Э-э-э… нет?

— Отлично, — саркастично протянул Рык. — Значит, когда ты вернёшься, она тебя убьёт. Могу я попросить успеть передать моим воинам хоть пару интерфейсов до твоей смерти?

— Очень смешно, — буркнул я. — Себия поймёт. Она прагматик, как и я.

— Прагматики обычно не любят сюрпризов, — заметил Рык. — Особенно в виде сотен дополнительных ртов.

— Справлюсь, — упрямо сказал я, хотя внутри уже представлял, какой разнос мне устроит Себия.

Рык усмехнулся, явно представляя то же самое.

— Ладно, это твои проблемы. Моя задача — выбрать воинов и подготовить их к походу. А твоя — вернуться живым и убедить своего мэра не вешать тебя за такие решения.

— Спасибо за моральную поддержку, — съязвил я.

— Всегда пожалуйста, — хмыкнул вождь.

Глава 10

Два дня. Ровно два дня ушло у мохнатой братии на то, чтобы полностью выпотрошить лабораторию Падших. Я стоял, прислонившись к прохладному камню, и с мрачным удовлетворением наблюдал, как последний ящик, набитый какими-то схемами и приборами, грузят на повозку. Фералы работали слаженно и на удивление тихо, без лишней суеты и рычания. Шак, мой новоявленный «оруженосец», гонял их так, что шерсть летела клочьями. И ведь слушались.

Эти два дня были напряженными — я практически не спал, лишь изредка прерываясь на еду. Все свое время я тратил на то, чтобы выделить из добытых в лаборатории «сокровищ» что-то нужное мне именно сейчас. Работающие цепочки рун, записи о других крупных экспериментах или еще что-то, что помогло бы стать сильнее и наконец начать разбираться в магии Падших.

Но мгновенного результата не было. Чего и стоило ожидать.

Да, я наметил следующую цель. Скопировал все, что смог в свой Архив, пополнив его целой кучей новых рун и цепочек. Но прорыва не случилось.

Так что с собой я оставил лишь небольшой, исписанный аккуратным, почти каллиграфическим почерком дневник. У Падших не было личных дневников, лишь дневники экспериментов, которые конспектировали каждую попытку совершить очередной прорыв в их исследованиях. Сухая и обезличенная информация, словно они были машинами, а не людьми.

Но и это чтиво мне было полезно — буду читать на досуге и проникаться мыслями этих лысых недолюдей. Может быть, поняв их мышление, я смогу понять и все остальное? Буду на это надеяться.

Мой взгляд невольно метнулся к тому месту в лаборатории, где раньше стоял сейф. Теперь там зияла пустая ниша. Я его даже вскрывать не стал — рунная защита была мне не по зубам, а стандартный способ предъявления жетона не сработал.

И пока что я решил оставить его в покое, отправив в Кадию. Самое ценное, скорее всего, осталось именно в нём. Еще одна цель в списке, еще одна причина стать сильнее и умнее.

И, конечно, Себия. Я мысленно застонал, представив ее лицо, когда на пороге Кадии появится эта орава из полусотни воинов с женщинами и детьми. Она меня не то, что прибьет — она с меня шкуру спустит, выделает и повесит над входом в мэрию как поучительный пример для всех, кто решает вопросы без ее ведома. Хотя… союзники нам нужны. И эти ребята — серьезная сила. Может, и пронесет.

— Мастер. — Голос Шака вырвал меня из размышлений. Лис подошел и встал рядом, всем своим видом излучая почтение. Он до сих пор не мог привыкнуть к интерфейсу и периодически косил глаза, рассматривая невидимые остальным буквы перед носом. Выглядело это до смешного глупо. — Мы закончили. Все упаковано.

Я кивнул, закрывая дневник.

— Хорошо. Собирай воинов на площади. Перед уходом нужно объяснить им маршрут до Кадии. И учти, путь будет долгим. Очень долгим.

Шак коротко кивнул и, развернувшись, рявкнул на ближайших фералов так, что те подпрыгнули на месте. Командир, твою ж мать.

Я проводил его взглядом и тяжело вздохнул. Сделка заключена. Караван с барахлом и переселенцами скоро отправится в путь. А мне… мне пора двигаться дальше. Впереди ждали новые руины, новые тайны Падших и, я был уверен, новые проблемы. Но сначала нужно было провести этот чертов брифинг. И познакомиться с тем, кого Рык назначил командиром отряда «счастливчиков». Что-то мне подсказывало, что этот тип будет посложнее восторженного Шака.

К полудню на центральной площади лагеря яблоку негде было упасть. Фералы стояли плотными рядами, разделившись на две неравные группы. Слева — те, кто отправлялся в Кадию на ПМЖ. Воины, да, но рядом с ними — женщины, совсем старики, и стайка детей, которые с любопытством выглядывали из-за материнских ног. Большинство воинов тоже были в возрасте, молодых было мало, а так обычные переселенцы, пусть и с клыками и когтями.

Справа, отдельным отрядом стояла элита. Три десятка отобранных лично Рыком бойцов, кандидаты на получение «Взора Творца». Эти стояли ровно, как на параде, и смотрели на меня с плохо скрываемым интересом и толикой недоверия. В их глазах читался немой вопрос: «Ну и что ты нам покажешь, человек?»

Я развернул на импровизированном столе старую, потрепанную карту, которую мне предоставил Рык.

— Значит, так, — я обвел взглядом сначала одну группу, потом другую. — Слушайте внимательно. Путь до Кадии неблизкий. — Я ткнул пальцем в точку, где мы находились, и провел длинную, извилистую линию на восток. — Идти придется в обход Разломов и Городов. Вот здесь, здесь и особенно вот здесь. — Я постучал по нескольким красным пометкам. — Ваша главная задача — добраться до Кадии целыми и невредимыми. Там вас встретят, обустроят — главное, скажите, что вы от меня, чтобы вас сразу не постреляли. Я передам записку для мэра. Вопросы?

А чего я еще мог сказать? Ладно карта нашлась, и я оказался человеком способным проложить маршрут, весьма примерный, не спорю, но практически до самого города, а там остается надежда что найдут. Зря что ли они звери, по следам, по запаху.

Вопросов среди моих переселенцев не было. Фералы молчали, переваривая информацию. Тогда вперед вышел Рык. Он не повышал голоса, но его слова, казалось, вбивались в голову каждому.

— Место куда зовёт человек — безопасно. Вы хотели убраться подальше от войны — ступайте. Тех, кто молод и готов сражаться, я забрал. Хотите возразить? Убью на месте. Вернетесь — убью на месте.

Коротко. Веско. И хрен поспоришь. Сука хитрая! Сплавил мне неликвид из местных несогласных!

Я смотрел на него и понимал, почему фералы за ним идут. В нем была стальная уверенность лидера, который знает, куда ведет свой народ. Правда мне хотелось его пристрелить. Что ему человек и его цели, он делает своё дело и делает так как ему надо. Зараза.

— Командовать отрядом «одаренных» будет Кхар, — закончил Рык и кивнул в сторону одного из воинов. — Он поведет вас. Его слово — закон.

Из строя вышел ферал, и я невольно подобрался. Если Шак был похож на лиса, а Рык — на волка, то этот тип был вылитой росомахой. Невысокий, но широкий в плечах, жилистый, словно сплетенный из стальных тросов и сухожилий. Ни грамма лишнего жира, только тугие, бугрящиеся под серой шерстью мышцы. Морда — сплошь покрыта десятками шрамов, словно его показательно били об острые камни. Один глаз чуть косит, а взгляд тяжелый, буравящий, смотрит будто исподлобья.

Весь его вид говорил одно — я тебе не доверяю, человек. И я лишь вздохнул, глядя на этого типа. Мне хватало сложных в общении людей, которых было в достатке в Кадии, а тут еще и ферал добавится. Еще один геморрой в мою коллекцию. Но я сам на это подписался и не нужно ныть — судя по его шрамам, воевать он умел либо очень хорошо, либо очень плохо и вывозил на везении.

Вот и посмотрим.

Кхар подошел и остановился передо мной, скрестив на груди мощные руки.

— Значит, ты? — его голос был низким, скрежещущим, как будто он говорил сквозь стиснутые зубы.

Я посмотрел ему в глаза, потом повертел головой и недоуменно пожал плечами.

— Значит я.

Кхар смотрел дальше молча. Давить на меня взглядом — гиблое дело. Я и не таких видал.

— Ты мне не нравишься. Те, кто мне не нравится, висят на деревьях на собственных кишках.

— Да ты тоже не подарок. — ответил я и улыбнулся. — Дёрнешься в мою сторону или сторону моих людей в городе, я отрежу тебе яйца и скормлю самым мелким сусликам, что найду в этих прериях, как доказательство того, что не надо меня злить. Кхар.

— Принимаю, — прорычал он, удовлетворенный нашим любезным диалогом, и, не сказав больше ни слова, развернулся и вернулся в строй.

Брифинг закончился. Фералы, гудя, как растревоженный улей, расходились по своим делам. Караван в Кадию должен был выступить с рассветом.

— Спящий действительно в тебе что-то видит. — за спиной раздался удивленный и веселый голос Рыка. — Сам Кхар, бешенный, могу сказать, что ты дал ему повод для уважения. Яйца сусликам! Так они же не будут жрать! Ха!

— Так я заставлю, — не отстал я. — На этом всё?

— А тебе чего? Могу медовухи налить, не ты же попрешься с насиженного места, таща ворованное в своё гнездо, вся грязная работа на нас, кому тащить телеги. Не потребуй старый кот, я бы тебе отказал, сам бы тащил.

— Кто бы говорил, Рык, — фыркнул я, когда понял, что нас особо никто не слышит. — Ты сам спихнул на меня своих… не сторонников, так получается? И стариков. И Кхара ты спихнул.