Полли Уайт – Бывшие. Мы (не) твои, босс! (страница 13)

Наступает на меня, хватает за руку.

– Сначала семью развалит, а потом думает, что все будут стелиться! – выплескивает на меня свои комплексы. – Эй! Таким, как ты, надо клеймо на лоб ставить. Негодная баба!

– Кто учил тебя так разговаривать с женщиной? – ледяной голос Ежова раздается сзади.

– Ты кто вообще? – фыркает Кравцов, отпускает меня.

Делаю шаг назад.

Егор приближается и встает между мной и этим мужланом. Складывает руки на груди.

– Извинись. Быстро!

Глава 14

Признаюсь, что от этого жеста внизу живота мгновенно стало жарко. Когда в последний раз меня защищал мужчина? Вот так вот широкой спиной вставал между мной и обидчиком?

Мысли галопом уносятся в прошлое.

– Скворцова! – несется мне вслед, когда я иду по коридору универа глубоким вечером. – Стой! Да куда ты, б*?

Только не это! Останавливаюсь и резко разворачиваюсь, прижимаю к себе учебники. Поправляю очки. Что ему нужно?!

Валиев Рустам, местный мажор, вальяжной походкой движется ко мне.

Черт! Ну почему именно сегодня меня угораздило задержаться в деканате? Страх сковывает горло, не позволяя и звука издать.

– Пошли на свидание, – подходит и своим телом вжимает меня в стену, – хотя у меня есть идея получше. К черту конфетно-букетный, давай тра*немся тут.

– Отвали, – внутри срабатывает сирена, я наконец-то сбрасываю оцепенение.

Толкаю парня, но он перехватывает мои руки. Крепко держит. Учебники падают к ногам.

– Мне больно, Валиев, оставь меня в покое! – вырываюсь, но становится только хуже.

Запястья горят от его лапищ. А противное дыхание с мерзким привкусом табака вызывает тошноту.

– Я давно хотел узнать, что там под этим худи, – ухмыляется, нагло забирается второй рукой под мою толстовку, – ходишь, как замарашка. А сиськи есть…

Снова цепенею. Вокруг никого. Все давно ушли. А Рустам сильный и крепкий. Никто не поможет! Мне так страшно! Зажмуриваюсь, из глаз текут слезы.

– Валиев! Кто учил тебя так подкатывать к девушке? – слышу сзади бархатный баритон, приправленный гневом. – Руки убрал от нее!

Затем тело мажора вдруг исчезает. Еще секунду назад он прижимал меня к себе, а теперь я снова могу дышать. Слышу звук падающего тела.

Затем удар и вопль мажора.

– Милена, ты в порядке? – на плечо ложится мягкая ладонь.

Вздрагиваю.

– Он тебя не тронет. Ну же, посмотри на меня, – ярость в голосе Егора Романовича сменяется нежностью.

Открываю глаза. Рядом корчится Валиев, держась за запястье. А на меня смотрит наш консультант.

– Ты в порядке? – он поправляет мое худи. – Сильно испугалась? Я сейчас отведу этого недоразвитого к ректору, а ты пока возвращайся в мой кабинет.

– Я поеду домой, – лепечу, обнимая себя руками.

– Исключено, – тихо произносит он, – сначала я должен убедиться, что ты в порядке. Иди. Я скоро…

Наверное, тогда я и влюбилась в Егора без памяти. Он был таким сильным! Моим защитником! Это очень подкупает. Вот и сейчас я смотрю на его широкую спину, и по телу ползут сладкие мурашки.

Сашка встает рядом с Егором. Отец и сын. Защищают своих девочек. Давлю улыбку.

– Не трогайте мою маму! Ваш Леша плохой! – объявляет мой, Михайлова чуть в обморок не падает.

– Ну так что? – хриплый баритон Ежова заставляет меня вздрогнуть. – Поговорим, как мужик с мужиком? Или боишься, папаша?

– Я с каблуками не балакаю! – объявляет Кравцов. – Ждите отчисления! Я этого так не оставлю! Пошли!

Хватает сына за шкирку и быстро сматывается.

Ежов разворачивается.

– Ты в порядке? – тихо спрашивает, и меня с головы до пят прошибает ощущение дежавю.

– Я да. Но ты лучше о дочери побеспокойся, – фыркаю, отчаянно пытаясь защититься от бешеной мужской энергетики.

– Лилия в порядке, – ухмыляется Егор, затем смотрит на Сашку, – раз у нее такой защитник.

Мой малыш краснеет. Ежов смотрит на дочь.

– Милая, ты в норме?

Лиля подходит и крепко обнимает отца. Умилительное зрелище! Михайлова прокашливается.

– Я не хотела доводить до такого, – вздыхает, – но если он пойдет к директору…

– Не пойдет. Он трус, я таких повидал немало, – улыбается Ежов, – знает, как девочек запугивать, да трясти своим «я мужик». А на деле так, писюносец.

– А кто такой писюносец? – Лилия хлопает ресницами, я прыскаю.

– Егор Романович, я бы попросила не учить дочь подобным терминам, – тем не менее классная руководительница наших детей тоже улыбается.

– Пардон, – усмехается Егор, – ну так… инцидент исчерпан? А то у меня планы на дочь и вот эту парочку.

Эээ.

А чего это он на нас показывает?

– Конечно, идите… – вздыхает Ярослава Денисовна, – я попробую опередить Кравцова и напишу докладную на его сына. Саша не первый, с кем он дерется. А они первоклашки! За полгода учебы пять драк…

– Если что, обращайтесь. Я умею с такими разговаривать, – хорохорится Ежов.

Закатываю глаза.

– Нам пора домой, – заканчиваю это все, отчаянно желая сбежать от бывшего и от чувств, которые предательское сердце возрождает внутри, – до свидания. Пока, Лиля!

Хватаю сына за руку. И убегаю точно также, как и Кравцов до этого. Трусливо. Потому что не хочу ничего испытывать к Ежову! Я еле выкорчевала эту любовь. Она травила меня долгие годы.

Хватит!

– Милена Андреевна! – слышу сзади голос Егора, мужчина догоняет нас. – Подождите! Да стойте! Милена!

Боже, да отстань! Прекрати! Останавливаюсь на пороге школы. Начался урок, вокруг никого. Только наши малыши, которые очевидно ничего не могут понять.

– Мам, – Сашка дергает меня за руку, – я за тобой не успеваю.

– Прости…

– Ну вы шустрые, – Егор с Лилькой нас догоняют, – Миль, у меня…

Бросаю на него испепеляющий взгляд. Да как он смеет фамильярничать?!

– Пардон, Милена Андреевна. Мы с Лилей сейчас собираемся перекусить, а потом прогуляться в парке. Не составите нам компанию?

Глава 15