Полли Нария – Мойра. Я найду твою судьбу (страница 27)
— Сперва подай мне мое платье, пожалуйста. А то я сама лишусь чувств от холода.
— Но оно мокрое.
— Клото поможет, — уверенно заверила ее я. — Ты свое тоже снимай.
Клубок в самом деле очень быстро высушил наши вещи. Стоило приложить к предмету ткань, как она задорно зашипела и стала испарять влагу.
— Чудо!
Я хмыкнула. То ли еще будет. Одевшись, села на землю, упершись спиной в скалистую стену. Без опоры я вряд ли справлюсь с задуманным.
— А теперь помоги мне подтянуть голову Юстиса ко мне на колени. Вот так. Да! Спасибо.
— И что ты будешь делать?
Подтянув к себе клубок, посмотрела на красивое лицо мужчины, искаженное болью. Даже находясь в небытие, он не переставал ощущать яд, распространяющийся по его венам. Нужно было действовать быстро.
— Я вылечу его. Но это потребует времени. Ты можешь пока вздремнуть.
Морщинки на лбу Коко собрались у переносицы.
— Я вряд ли усну.
— Тогда просто не мешай, — отмахнулась от девушки и, закрыв глаза, приложила руки к вискам демона.
Тепло заструилось по пальцам приятным потоком. Я мысленно представила, как моя сила проникла в Юстиса и стала разноситься по его телу медленной лавой, способной выжечь любую заразу. Я искала черные сгустки или темную сеть яда, которая в любой момент могла остановить сердце мужчины. И если голова, грудь и руки еще не были заражены, то нижняя часть была черна, как головешка обгоревшего дерева. Поднажав, я стала давить силой на яд, заставляя тем самым его испаряться из вен.
Шаг за шагом. Очень медленно и кропотливо, чтобы ненароком не причинить ущерба Юстису. Пот ручейком струился между лопаток, пульс больно бил в виски, а голова кружилась от переутомления. Но я не позволяла себе обращать на это внимание, потому что должна была довести дело до конца.
Время растянулось в длинную змею, кусавшую себя за хвост. Казалось, что я не сдвинулась с места, однако сгустков становилось меньше, и ядная сетка разрушалась, пропуская мой свет все дальше и дальше. Я была близка к завершению. Очень близка. А еще вымотана. Силы утекали, как горный ручей, а в груди росло напряжение. Миг и от боли перехватило дыхание. Я с шипением сделала вдох и постаралась сфокусироваться на процессе.
Чтобы отвлечься, впилась зубами в нижнюю губу. Сначала слегка, но когда это не сработала, сжала челюсти сильнее. Острая боль отрезвила, подарив необходимые секунды для того, чтобы, наконец, полностью очистить вены Юстиса от яда. А вместе с ним и прижечь края укуса, чтобы из него больше не сочилась кровь. Оставив пальцы на его висках еще на несколько мгновений, я дождалась момента, когда мужчина громко вздохнул, выгнул спину и открыл глаза.
Демон выглядел истощенным и болезненно бледным. Однако он был жив, и этот факт перекрывал все остальные.
Глава 48
Мы поменялись местами. Теперь моя спина прижималась к шершавому камню, а голова Калисты покоилась на моей груди. В момент, когда я пришел в себя, мойра лишилась чувств, и я даже подумал, что она… Но грудная клетка девушки мерно вздымалась, и все, что я мог — просто притянуть ее к себе и дать ей восстановить силы.
Я огляделся по сторонам в поисках души. После того как я забрался в расщелину, я почти сразу лишился чувств. А значит, за время моего беспамятства Коко могла погибнуть.
Девушка нашлась в отдалении. Без видимых травм и серьезных ранений. Она лежала на земле, положив руки под щеки, и спала мирно, как младенец в мягкой люльке. Душа то и дело вздрагивала во сне. Я горько хмыкнул своим мыслям. После пережитого мы все еще не скоро сможем спать спокойно.
Мы сбежали от гидры, отсрочили смерть, но сейчас возникал следующий логичный и закономерный вопрос. Как нам выбраться из пещеры?
Даже если предположить, что щель в скале сквозная, то с другой стороны стены мы упремся лишь в бескрайнюю морскую гладь.
Геката могла ликовать. Ее тварь нас не убила, но мы и сами отдадим Селене душу, умерев от голода.
Я размеренно гладил белоснежные волосы Калисты и злился. Очень сильно злился, надо сказать. Она меня вылечила. Сей факт не вызывал никаких сомнений. На месте укуса гидры была ровная, слегка розоватая кожа, которая бывает при заживлении. Но даже если бы демоническая регенерация действовала так быстро, то яд все равно сделал свое дело. А я был жив и полон сил. Но зачем мойра спасла меня? Умри я здесь, она смогла бы выбраться со скалы с помощью магических предметов. Ее проблемы бы кончились одним разом. Но нет, она, как всегда, была слишком жалостлива, слишком милосердна, чтобы дать монстру умереть.
— Юстис, — раздался в тишине хриплый голос Кали. — Ты там громко и часто дышишь, что моя голова болтается из стороны в сторону. А мне так хочется поспать еще немного…
Она осоловело развернулась, и теперь ее щека прижималась к моей груди, а руки, забравшись под кожаный жилет, обвили тело.
— Ты такой теплый и мягкий, — прошептала она, вновь засыпая.
А я застыл. Помнится, недавно я пообещал себе не прикасаться к мойре ни при каких обстоятельствах. Однако сейчас мои руки против воли легли на спину девушки и прижали ее сильнее. Она так сладко пахла, что впору было сойти с ума. Я никогда не встречал никого подобного ей. И потому ловил эту толику сонной ласки, отчетливо осознавая, что не заслуживаю ее. Я много раз делал ей больно, особенно в тот раз, после нашей близости. А еще врал ей. О нашей с ней связи. Мой укус мог вызвать лишь временное помутнение рассудка. Не более того. Но ради побега из лабиринта я был готов пойти на блеф. И он, к моему искреннему удивлению, сработал.
Теперь же я чувствовал вину. Казалось, что в той ситуации мне было необходимо найти другой подход к мойре. Но для этого требовалось приложить усилия, а я привык всего добиваться быстро.
— Ты очень громко думаешь, — горячее дыхание Кали прошлось по моей оголенной коже, вызывая приятные мурашки. Хотелось зажмуриться и раствориться в ощущении близости. Да что со мной творится такое?
— Калиста, что ты со мной сделала? — не удержался я от волнующего вопроса.
— Вылечила тебя, — отодвинувшись от меня, Кали устало потерла глаза. В свете клубка ее кожа выглядела фарфоровой, и от этого девушка казалась неземной и далекой.
— Зачем?
— Я не понимаю, — нахмурилась мойра, окончательно проснувшись.
— Это простой вопрос. Зачем ты тратила на меня свои силы?
Калиста смотрела на меня неодобрительно. И у нее это выходило почти внушительно. Она и правда не понимала, о чем я говорю.
— Ты спасал меня множество раз, Юстис. И я должна была…
— Отплатить тем же?
— Нет! — прошипела девушка не хуже гидры. Коко позади нее вздрогнула, и мойре пришлось понизить голос до шепота. — Что за мысли вообще такие? Я вылечила тебя, потому что могла это сделать и хотела.
— Но ты могла… — я запнулся. Но в моей голове окончательно созрела причина того, почему я действительно так злился. — Ты лишилась чувств у меня на глазах, и я подумал, что ты… Харибда!
— Я бы не умерла, — взгляд девушки смягчился, и она, наклонившись ко мне совсем близко, прошептала: — Вывести яд и заживить глубокий порез сложно, но не настолько, чтобы мойра отдала душу Селене. Я сильнее, чем кажусь. И Юстис… Ты заслуживаешь спасения!
Сердце сжалось и больно ударилось о ребра. Нас разделяло всего несколько сантиметров. Я чувствовал ее запах, дыхание, видел, как близко от меня ее губы. Искушение было так велико и безмерно, что казалось, я хожу по острию кинжала, готовый рухнуть в бездну. Контроль трещал по швам. Я держался из последних сил. Но лишь до тех пор, пока прохладная рука мойры не легла мне на щеку. И я сорвался. Плюнул на все свои клятвы и притянул Калисту к себе, жадно сминая ее губы. Девушка с готовностью ответила на поцелуй и теснее прижалась к моей груди.
Мы делали все так торопливо, будто у нас оставался только этот короткий миг на откровения.
— Кали, моя Кали…
Яркая вспышка озарила пещеру и мойру как будто силой оторвало от меня.
— Так, так, так. И чем это вы тут занимаетесь?
Глава 49
Когда думаешь, что хуже быть уже не может, обязательно случается нечто из ряда вон выходящее. Настолько, что хочется провалиться сквозь землю и спрятаться в недрах земли на неопределенное время, а лучше и вовсе навсегда.
Ильдиверга и Сильфрида смотрели на меня с немым негодованием. Мало того, что они вернулись в Прядильню и не застали меня за работой, так сейчас им пришлось силой отрывать меня от… демона. С которым я, ко всему прочему, самозабвенно целовалась.
— Ох, святая Селена! Кто вы такие? — возопила проснувшаяся Коко и с благоговением уставилась на моих сестриц. А ведь было из-за чего. Истинные мойры, прошедшие Посвящение, выглядели иначе, чем я. Их белые одеяния светились приятным жемчужным светом, белые волосы развивались невообразимо красивой вуалью, а глаза блестели подобно звездному небу. Они были прекрасны.
А еще — невероятно злы.
— Ты что здесь вытворяешь? — не обращая внимания на испуганную девушку, спросила Сильфрида. — Прядильня осталась без присмотра!
Голос ее можно был сравнить с ледяной глыбой, что холодила не тело, а душу. Я даже голову вжала в плечи, чувствуя силу воздействия. Я была бессильна против сестриц.
Позади меня послышался шорох и твердые шаги.
Юстис.
Он встал за моей спиной, и я отчего-то почувствовала себя увереннее. Ко всему прочему, Николетта отмерла и, выбрав меньшее из зол, тоже подошла ко мне. Так мы и стояли — трое против двух.