Полли Нария – Мойра. Я найду твою судьбу (страница 2)
— Да как вы тут оказались?
— Важно ли это? — они хмыкнули, умело уходя от ответа, и сверкнули острыми лезвиями. — Другое дело, что без моей помощи ты, Калиста, не сможешь вернуться обратно.
Громко втянув воздух через сжатые зубы, ударила себя ладошкой по лбу. Действительно, для возвратного портала был нужен комплект предметов, которые выдавался мойрам после прохождения посвящения. Я пока что этим похвастаться не могла. Однако по невероятному стечению обстоятельств он сейчас оказался прямо у меня в руках. Подхватив ножницы с пола, движением руки раскрыла возле себя пространственный карман и положила в него Клото и Атропос — тут они будут в полной сохранности.
Затем с замиранием сердца перевела взгляд на портал, отчего моментально закружилась голова. Воронка двигалась быстро, извиваясь необычными разводами у самого центра. Я попыталась найти разумные доводы, чтобы отказаться от этой затеи, и их оказалось так много, что, тяжело вздохнув, откинула сомнения в сторону и сделала решающий шаг.
Мир взорвался серебристыми всполохами, белыми разводами и туманной дымкой, которая темнела, темнела, темнела… В конечном счете превратившись в нечто черное и тягучее.
Однако такое состояние продлилось недолго: ноги больно ударились о землю, и я, поморщившись, расставила руки в стороны, дабы удержать равновесие. Зрение неторопливо обретало четкость, только вот окончательно понять, где я нахожусь, у меня не получалось.
— Это разве мир людей? — обратилась я к Клото, и голос мой разнесся по пространству оглушающим эхом. Правда, прежде чем мне ответил клубок Первейшей, где-то неподалеку послышался устрашающий рык:
— Боюсь тебя огорчить, красавица, — Медленно обернувшись, я встретилась с алым огнем горящий глаз. — Это подземный мир!
Я что есть мочи закричала.
Глава 3
Сорвавшись с места, я понеслась неведомо куда. Все, что я могла видеть — лишь редкие пятна факелов и узкие каменные стены, которые давили с двух сторон. Спертый воздух не давал насытить легкие кислородом, и я дышала часто-часто, пытаясь ускорить бег. Гулкие удары сердца заглушали все вокруг, лишая меня возможности понять, продолжалась ли погоня или была ли она вообще. Но, тем не менее, я не позволяла себе обернуться назад — такой риск мог стоить мне жизни.
Поэтому я петляла по неизвестным коридорам, словно заяц от стаи голодных волков, сворачивала в разные стороны, не придерживаясь никакой тактики, лишь бы оборвать погоню. Внутри еще теплилась надежда, что где-то впереди мелькнет яркий свет, и я выберусь в безопасное место. Глупая! Если это и правда подземный мир, то здесь его попросту быть не могло. Лишь мгла, тьма и адское пекло.
Но лучше иметь внутри души хоть краюшек надежды, чем позволить беспросветной реальности обрушиться на голову ушатом холодной воды.
Однако надежда вскоре разбилась о стену. О такую реальную каменную стену, которая полностью преградила путь.
— Харибда! Нет! — стон беспомощности сорвался с губ, и я уперлась руками в сплошную кладку. Пальцы, дрожа, коснулись камня, и тот обжег их, отчего я зашипела и дернула руки обратно к телу. У меня уже не осталось никаких сомнений, где я находилась. Подземный мир — самое пекло мироздание и царство темной богини Гекаты.
В глазах защипало от накатывающих слез. Только вот я не могла себе позволить бездействовать, потому что чудище все еще могло меня найти. Превозмогая боль, я стала шарить по каменной кладке в надежде, что смогу отыскать лаз, маленькую щель, в которую сможет протиснуться мое хрупкое тело, и где уж точно не достанет меня «нечто» с алыми глазами. После на руках точно останутся ожоги. Но плевать я на это хотела — лишь бы спастись. Света от настенного факела было столь мало, что я не видела дальше собственного носа.
Шумно втянув воздух через сжатые зубы, раздосадовано зарычала. В каком бы направлении я ни попыталась двинуться, везде встречала препятствие. Только спустя пару минут додумалась снять светоч, висящий чуть поодаль в коридоре, и освятить им… каменный мешок. Осознание мурашками пробежалось по позвоночнику, отзываясь тянущей болью внизу живота.
Тупик!
И, возможно, паника моя не была столь сокрушающей, если бы сзади не донесся смех. К глазам вновь подступили слезы, пока я, не жалея сил, барабанила свободным кулаком по камням. Мне даже показалось, что один булыжник чуть сдвинулся под напором. Но то была всего лишь иллюзия желаемого. Тяжелые шаги заполнили пространство, и мне пришлось развернуться. Если и погибать, то хотя бы глядя своему страху в глаза.
— Не подходи! — дрожащим голосом попыталась спугнуть неведомое существо. Чем вызвала новую порцию смеха. — Я не шучу! Сделаешь шаг, и я… я… подпалю тебя! Живьем!
Чудище умело говорить и, скорее всего, было разумно, однако для пущей убедительности я помахала факелом перед собой. О чем моментально пожалела. Иногда темнота — лучший товарищ, чем свет, в котором так отчетливо обрисовалась фигура… демона.
Закрученные рога серебристого оттенка торчали прямо из копны темных волос, падающих небрежными прядями на вполне человеческое лицо. Лишь глаза цвета крови говорили о настоящей сути мужчины. Невольно мой взгляд скользнул ниже, и я с трудом сглотнула, наткнувшись на мощную грудную клетку, не прикрытую и крохами одежды. Губы мои моментально пересохли, и демон, оценив мою реакцию, ухмыльнулся, демонстрируя ряд белых зубов, среди которых наибольшее внимание привлекали клыки. Длинные. Острые. Такими без проблем можно было перегрызть шею любому существу, а тот и опомнится не успеет.
— Так и будешь рассматривать меня, огненная штучка или попытаешься бежать?
Мужчина сделал шаг вперед, и я закономерно отступила, полностью прижавшись спиной к горячей стене. Терпеть жар было невыносимо, и мне пришлось отстраниться. Радовало хотя бы то, что демон не спешил нападать. По крайней мере, пока.
Я замерла изваянием, тяжело дыша, ощущая, как пот скатывался по взмокшей спине и впитывается в ткань платья в том месте, где оно соприкасалось с кожей.
— Язык проглотила, что ли? — бровь демона изогнулась ироничной дугой, только вот отвечать я не спешила. Мой разум был напряжен, как никогда: я пыталась найти хоть единую возможность сбежать от чудища. Идея возникла всего одна, отчего я покрепче перехватила древко факела и приготовилась к атаке.
Раз. Два.
С громким криком кинулась прямо на демона, целясь огнем ему прямо в лицо. Я, конечно, мойра, и все души ценны, все души прекрасны в своем разнообразии, только вот будем считать этот случай исключением из правил. Первейшая пусть будет мне судьей.
Не ожидав от меня столь быстрых действий, демон взревел от боли, отступил на пару шагов и поспешил закрыть лицо руками от всполоха искр. Тело его чуть качнулась, и я поняла, что у меня появился малюсенький шанс на побег. Оттолкнувшись ногами от земли, бросилась со всей мочи в образовавшийся между телом демона и стеной зазор. И мне даже почти удалось проскочить вперед, в коридор. Почти… Потому что сзади за талию меня обвили крепкие мужские руки и без всякого одобрения с моей стороны закинули мое тело к себе на плечо.
— Хочу тебе сообщить, мышка, что я к кошачьим не имею никакого отношения и посему бегать за тобой не собираюсь. Игры кончились!
И сколько бы я не кричала, сколько бы не молотила сжатыми кулачками по бугристой от мышц спине, демон без единого колебания продолжал тащить меня в свое логово.
Молодец, Калиста! Вернула душу обратно. Ничего не скажешь…
Глава 4
Замок тюремной клетки скрипнул заржавевшими от сырости петлями, смешиваясь со звуками стонов заключенных, писком вездесущих наглых крыс и шумом капающей с потолка воды. Здесь нестерпимо пахло сыростью, запекшейся кровью, рвотой, мочой и другими нечистотами. И как бы не был неприятен мне запах, я не позволил ни единому мускулу дрогнуть на лице. Как того всегда требовал Яннис. Он собственной персоной подавал мне пример того, как должен вести себя правитель.
Два конвоира вошли внутрь замкнутого пространства и через краткий миг вышли обратно, неся под руки человека в лохмотьях. Кожа мужчины обтянула кости, как перчатки облегают руку знатной дамы на балу. Кто бы он ни был, видно, что его морили голодом. Что и не удивительно. Эрия год как не орошалась дождями, что, безусловно, отразилось не только на простом люде, но и на заключенных. Относительно них закон был весьма немилостив.
— К бурому камню его, — равнодушно скомандовал отец и твердой поступью последовал за конвоем. Я шагал рядом, теряясь в догадках, для чего Яннис сегодня решил взять меня с собой. Кроме храма я с отцом никуда не ходил, заполняя время учебой. Однако в свои юные пятнадцать лет я отчетливо видел связь этого знаменательного события с живым скелетом, которого с большим трудом можно было назвать человеком.
Но, тем не менее, несмотря на свое неуемное любопытство, я не спешил ни о чем расспрашивать Янниса. Каждое лишнее слово, вылетевшее из моего рта, могло иметь необратимые последствия. В прошлый раз из-за своей неосмотрительности я провел в храме многим больше времени чем обычно, и в итоге раны на спине воспалились и долгие недели гноились и кровоточили. Теперь же я стал умнее и терпеливее.