Полли Нария – Леди Вьюга и Дракон, потерявший ветер (страница 14)
– Я… Сейчас ты сам все увидишь, Трай, – запинаясь, ответила драконница, пряча глаза. Так делают люди, ощущая вину.
Мой разум начал анализировать вероятности: на втором ярусе никто не жил, здесь располагались библиотека, курильня и лазарет.
– Скажи, что ты не ведешь меня к кани Луэрту. Скажи!
Я дернул Аморанту на себя и развернул.
– Не могу…
– Что могло случиться за те дни, что меня не было, Амора? Ты уверяла меня, что все будет под контролем.
Отцепив мои пальцы от своего плеча, Аморанта стрельнула на меня взглядом именно так, как и должна была с самого начала.
– Ты не явился на собственную свадьбу.
– Знаю.
– Опозорил меня перед драконами.
– На то были причины, Амораната. Но сейчас я здесь и все исправлю!
– Боюсь, кое-что ты исправить не в силах…, – голос ее сорвался, и слезы вновь побежали по щекам, абсолютно сбивая с толку.
– Скажи прямо, что же я не смогу исправить?
И, наконец, я получил ответ. Такой, от которого забыл, как дышать, от которого схватился за голову.
– Эзра полетел в Предгорье вместо тебя… Темная ночь не могла не состояться.
Резкая боль от плохого предчувствия заставила схватиться за ворот и потянуть завязки.
– Он посчитал, что это его долг – заменить отсутствующего брата, который даже не соизволил выйти на связь, чтобы предупредить о задержке.
– Амора…, – прошептал я, то ли моля молчать, то ли взывая продолжить.
– Люди Зено в этот раз хорошо подготовились. Гарпун вошел прямо в незащищенный живот… Трайвин, Эзра умирает.
Глава 11
Я был знаком с отчаянием не понаслышке. В тот день, когда потерял своих мать и отца, мой мир раскололся на миллион осколков. Они ранили меня так глубоко, что я не надеялся восстановиться и продолжить жить. Я хотел отправиться в Пустоту. Но… У меня рядом всегда был Эзра. Мой младший брат. Кровь крови моей. И я не мог предать его. Не мог оставить на произвол судьбы, как это сделал наш отец. Я готов был нести ответственность за жизнь другого, хотел подарить и показать ему все прелести мира, лишь бы трагедия никак на нем не отразилась.
И вот теперь, спустя столько лет, когда я уверенно стоял на ногах, когда мог назвать себя хорошим каном для своего народа, я подвел единственного человека, в чьих венах бежала моя кровь.
В лазарет зашел с твердым ощущение, что пойду на все, лишь бы спасти Эзру.
– Кан Вирилант, – лекарь низко поклонился, но я прошел мимо, туда, где лежало неподвижное, почти серое тело моего брата.
– Эзра, – прошептал, становясь на колени возле его кушетки. – Братишка.
Ухватив холодные руки, прижал их к своим губам и начал обогревать, словно это могло помочь.
– Он вас не слышит…
– Трайвин, – невеста подошла ближе, положив свою ладонь на мое плечо, но сейчас я настолько был эмоционально напряжен и нестабилен, что сбросил ее руку, даже не соизволив обернуться.
Злость внутри росла с геометрической прогрессией. По большей части на самого себя – это я допустил, чтобы с Эзрой случилась беда. Однако я еле сдерживался и не переходил на крик лишь потому, что понимал – делу это не поможет.
– Как ты могла его отпустить? – спросил вкрадчиво и, наконец, посмотрел на Амору. Мне необходимо было видеть ее глаза.
Аморанта физически ощущала исходящую от меня ауру негодования. Прижав к груди сжатые кулаки, будто обороняясь от невидимого противника, сказала тихо:
– Я не знала, Трай. Ты действительно думаешь, что если бы мне были известные его планы, я бы просто осталась стоять в стороне? Так ты все это видишь?
– А как должен? – подскочил, сжав кулаки. – Мой брат прикован к кровати, он без сознания, он…, – о последнем даже думать было страшно, не то что вслух говорить. – Как прикажешь все это понимать?
Почувствовав напор моего дракона, Аморанта инстинктивно сделала пару шагов назад и опустила голову, однако, когда она заговорила, голос ее лишь с натяжкой можно было назвать покорным:
– Ты хотя бы немного должен доверять своей невесте, – стрельнула она глазами из-под ресниц. – Я знаю Эзру столько же, сколько и ты. Он близкий для меня человек, родной. Я бы никогда не отпустила его одного в Предгорье, но он уже достаточно взрослый, чтобы принимать некоторые решения вопреки нашим указаниям. Он ничего мне не сказал. Просто улетел… Я думала, что он обижен на тебя, что просто хочет проветрить голову.
Я знал характер брата и это вполне вписывалось в его обычное поведение. После ухода родителей мне частенько приходилось искать Эзру по всем уголкам замка, находя его в таких местах, что и в голову не придет.
– Он так сильно хочет походить на тебя…
– То есть, это моя вина?
Аморанта покачала головой:
– В том, что Эзра лежит здесь, вина всего одного человека – кви Зено. Только он повинен в тяжких ранениях нашего Эзры.
Дракон внутри меня зарычал, полностью соглашаясь со словами Аморанты. Если бы мог, то дал ему волю навестить Зено и его людей, но…
– Ты должен отправиться в Предгорье, Трайвин. Ты же кан. Пусть люди вспомнят, кто в Снежной пустоши хозяин, – словно прочитав мои мысли, заявила невеста. – Они должны понести наказание.
Только вот она не знала главного: я так и не вернул свой ветер и малого даже не приблизился к этому.
– Не сейчас.
– Что? – воскликнула Амора. Глаза ее горели яростью и непониманием. – Не хочешь же ты сказать, что оставишь все как есть?
– Этого я не сказал.
– Тогда почему… О-о-о, – глаза невесты расширились и наполнились осознанием. – Ты ничего не исправил, верно? Поэтому эта ави вернулась с тобой?
– Это не имеет никакого отношения к Эзре!
– О нет, милый, еще как имеет! И я с уверенностью могу сказать, что на ней тоже лежит огромный пласт вины. Не появись она, ты бы не улетел из замка, не оставил брата без присмотра…
– Грах, Амора! – взревел я. – Он остался с тобой. Ты уверяла меня, что все под контролем. Ты ведь будущая хозяйка Гарданаса! Или я в тебе ошибся?
Сказал и сразу же пожалел. Лицо Аморанты изменилось, исказилось гримасой боли и обиды, отчего она, подхватив подол платья, быстро вылетела из лазарета. Но я не думал догонять ее: драконнице, как и мне, следовало остыть. Поэтому, потерев переносицу, я вновь повернулся к постели брата:
– Кани Луэрт, найдите Гарвиса и приведите сюда. Если начнет упираться, скажите, что я его жду. Пусть бросает любые дела. Это ясно?
– Будет сделано, кан Вирилант.
– Гарвис, я не понимаю. Он ведь сильный дракон, молодой… Почему не восстанавливается. Кани Луэрт не дал мне никакого ответа… Ты провидец, ты должен знать! – напирал на гоблина, желая добраться до сути.
Тот, в свою очередь, совершенно не обращал на меня внимания, осматривал Эзру, водил над ним руками, прощупывал пульс, а потом и вовсе снял повязку с раны, дабы оценить ее состояние.
– Хм…
Гоблин задумался на секунду, повернулся к тумбочке у койки, взяв с нее щепку с ватным концом, и провел по краям поврежденной кожи, что не желала заживать. Внутри меня все сжалось, потому что это действие отразилось на лице брата гримасой боли. В себя он так и не пришел, но стало ясно, что Эзра продолжал мучиться и в забвении.
– Ну что? – не выдержал я затянувшейся паузы.
– Яд, – Гарвис посмотрел на меня с налетом печали и тревоги. – И не обычный. Не удивительно, что Луэрт не смог его выявить… Белокрыльник болотный. Безвредная трава для человека и смертельная для дракона.
– Зено! – зарычал я, в отчаянии взмахнув руками. – Гархов выродок!
Осмотревшись по сторонам, нашел подходящую цель для вымещения гнева. Быстро направился к стоявшему в углу стулу и пнул его. Дождался пока он упадет на бок, и стал разламывать уверенными ударами, с наслаждением отмечая хруст древесины под своими ногами.
– Кан Вирилант…
– Не сейчас! – отмахнулся от провидца, продолжая свое нехитрое дело. И только тогда, когда от стула остались одни щепки, вернулся к кровати брата. Тяжелым, взвинченным роем кружились в голове мысли. Одна другой не давали засиживаться, толкались, смешивались, исчезали и моментально возникали вновь. Я словно не мог зацепиться за суть и понять, что мне делать дальше.
– Гарвис, есть ли лекарство?