Полли Нария – Антипара (страница 8)
— Связь нерушима, — подтвердил мои слова Бесяш.
— Ты можешь звать меня Вели.
Театрально поклонившись, бес стал растворяться в воздухе.
— Слушаюсь и повинуюсь.
Ритуал закончился, и я осталась совершенно одна. Теперь нечисть будет со мной рядом всегда, но на тонком плане реальности, что позволит мне иметь свою личную жизнь, не переживая о постоянных ушах и глазах. Лишь по моему приказу он сможет являться в Явь.
Собрав вещи, я выглянула из-за кустов и сразу же нырнула обратно. Прямо у входа в аллею стояли обнимающиеся Богдан и Лала. Чувствуя непонятное напряжение в области груди, решила покинуть свое укрытие другим путем, чтобы не мешать влюбленным.
*Посолонь — по часовой стрелке.
Глава 15
Мне пришлось стоять под аркой около получаса, прежде чем я заметил Лалу, бредущую по дороге к аллее.
Шла она очень странно, чуть пошатываясь, словно вновь перебрала медовухи, но, когда она оказалась рядом, никакого хмельного запаха я так и не почувствовал.
— Лала, ты в порядке?
— А? — девушка перевела на меня взгляд затуманенных глаз, и я заволновался пуще прежнего. — Богда-а-ан?
Ацыга будто не ожидала меня здесь увидеть. Хотя мы договаривались, и она явилась к назначенному времени. Девушка тревожно заозиралась по сторонам, а потом, всхлипнув, шагнула и прижалась ко мне. Все ее тонкое тело била сильная дрожь.
— Богдан, туман повсюду… И так холодно. Холодно.
На долю секунды я подумал, что ацыга могла разыгрывать передо мной спектакль, только бы не вести разговор о наших отношениях. Все это было вполне в ее духе. Но эту мысль пришлось быстро откинуть, потому что я действительно увидел туман. Он стелился по земле белым, похожим на вату кружевом. Очень плотный и осязаемый.
Обхватив девушку за талию, я стал утягивать ее за арку. Второй рукой выхватил нож и перерезал невидимую грань «порога» пополам.
Мгла проследовала за нами, но за арку пройти не смогла — билась о невидимую преграду.
— Лала, ты должна мне все рассказать.
Девушка тихо завыла и стала вырываться из моих рук. Напуганный взгляд, трясущийся подбородок и слезы, текущие из карих глаз ручьями.
— Пусти меня, Богдан! Молю, пусти!
Однако я держал ацыгу крепко. Но лишь до тех пор, пока она не наклонилась к моей ладони и не укусила ее до крови.
— Вилы окаянные, ты что творишь⁈
— Прости… Прости…
Лала сильно мотнула головой. Раз. Другой. И резко осела на землю, прямо к моим ногам. Плач прекратился. Да и все остальное тоже. Движения девушки стали плавными, почти театральными, а голос… с ним явно что-то было не так.
— Мне пора, — очень спокойно произнесла девушка, будто и не было истерики минуту назад.
— Что значит пора? Лала, мы же так и не поговорили. Да и о каком разговоре речь! — гневался я. — Что происходит?
— Ничего не происходит, Богдан, — Лала повела плечами, будто разминая затекшие мышцы. — Это все луна. Очень сильно влияет на мое состояние. Так что такие срывы для ацыгов не редкость, поверь.
Я быстро кинул взгляд на месяц. Растущий. И это ведь не полнолуние. Лала темнила.
— Но время позднее… — девушка сделала шаг в сторону прохода. — Мы сможем поговорить в любое другое время, и лучше при свете солнца…
Еще один шаг и ацыга очутилась за пределами защитной полосы. Правда, как оказалось, тумана уже нигде видно не было. Оставалось надеяться, что он рассеялся, не найдя к нам доступа.
— Мне это все не нравится, — признался я откровенно.
— Давай будем честны друг с другом, Бачевский, твои мысли совершенно не обо мне. Вот и переживать не стоит лишний раз, а то морщины появятся, — Лала дотронулась до своего лба и довольно хмыкнула. — Я буду рада, если ты переключишь свое внимание на двойку.
— Лала, — опешил я от слов девицы. Еще утром она имела совершенно иные намерения касаемо нас и очень явно это демонстрировала. Что же изменилось? — Я…
Ацыга резко подняла ладонь, заставляя меня замолчать.
— Хватит! — незнакомые властные нотки проскочили в речи девушки. Такие свойственны знатным барыням. — Я устала. Пойду отдыхать. И тебе советую. Нечего гуливонить по ночам. Если нас заметят… Ты же не забыл, что мой отец здесь?
— Забудешь тут, — я потер запястье, на котором виднелась отчетливая метка обета. Баро выжег ее мне и ректору. И воспоминания эти были достаточно болезненными, чтобы начать относиться к ацыгу с легкой неприязнью. Вроде и вины его не было, а все же ритуал проводил именно он.
— Вот и славно! На том и разойдемся. И да, — Лала постучала ногтем по пухлой нижней губе в задумчивости. — Днем ко мне лучше тоже не подходи. Мало ли что подумает Бартош. Вроде бы все сказала, — произнесла она, будто разговаривая сама с собой. — Сладких снов.
Махнув мне на прощание рукой, ацыга растворилась в ночи. А я еще минут пять стоял на месте, как вкопанный, твердо решив не спускать с Лалы глаз. Только что произошло нечто, чему я не находил объяснения. Но я знал, что докопаюсь до истины.
Глава 16
Каково же было мое удивление, когда рано утром, еще до общего звонка, меня с Нежей разбудил громкий стук в двери.
— Кого это лихо принесло? — сонно проворчала подруга и спряталась под одеяло.
И я ее прекрасно понимала: две бессонные ночи не предполагали ранний подъем. Да и поздний. Я бы с радостью даже лекции пропустила, но…
Стук стал настойчивее.
— Да что⁈ — не выдержала я и выжатой от усталости тряпочкой сползла с кровати. Кое-как добрела до двери и, зевнув, провернула ручку… Сон как рукой сняло. Моментально и бесповоротно.
— Доброе утро, Невеличка.
Бачевский. Собственной персоной. Юноша оперся спиной о косяк и стоял, сложа руки на груди. Лукавая улыбка, что большую часть времени цвела на лице Богдана, сейчас почему-то отсутствовала. Он явно, как и я, не выспался. И я даже знала, кто стал тому виной.
Вспомнив момент, который ненароком застала в аллее, я отчего-то сначала покраснела, а потом разозлилась.
— Чего тебе?
Богдан нахмурился. А чего он, собственно, ждал? Что я распахну свои объятия при виде него?
— В смысле?
Разговор явно не складывался. То ли я чего-то не понимала, то ли колдун забыл, чего сюда явился.
— Я спрашиваю, что тебе от меня нужно в такую рань? — как для лободырного пояснила, закатывая глаза.
Вернув себе вертикальное положение, парень полез во внутренний карман мантии, достал оттуда сложенный вчетверо листок и протянул мне.
— Я думал, ты в курсе.
— В курсе чего? — любопытство во мне боролось с невозмутимостью. Однако бумажку я все-таки взяла. И пока я читала, тучи над моей головой сгущались и сгущались. Единственное, что действительно радовало — привязка беса-помощника была как нельзя кстати.
— Хочешь сказать, что у нас с тобой другое расписание?
— Ну, — парень провел пятерней по непослушным волосам. — Это у тебя теперь другое расписание. Мое же соответствует курсу. Я был уверен, что ректор сообщил тебе это еще вчера.
Богдан внимательно посмотрел на меня, но я не смогла выдержать его пытливого взгляда. Да, отец вновь забыл или не посчитал нужным что-либо говорить мне лично. Пустяк.
Жаловаться Бачевскому на свою судьбу-судьбинушку я не собиралась. Не тот человек. Да и я не такая.
— Сколько у меня есть времени на сборы? — спросила, но, не дав колдуну ответить, поспешила закрыть двери. Ничего страшного. Обождет. Правда, у юноши на этот счет были свои разумения. Носок сапога вовремя остановил деревянное полотно, а потом и весь парень протиснулся внутрь комнаты.
Помахав ошалевшей Нежане, которая уже тоже не спала, он без всякого стеснения опустился на мою кровать. НА. МОЮ. КРОВАТЬ.
— Ты иди переодевайся, — кивнул он в сторону ванной. — У нас есть еще десять минут.
Нахал. С красивыми бесстыжими глазами. Мало того, что он осквернил мое ложе, так еще и смел указывать.
Зло рыкнув, я скрылась за дверью. Пока умывалась и переодевалась, придумывала тысячу и один способ мести. А когда вышла — напрочь обо всем забыла. Богдан сидел все там же, но сейчас он не хмурился, а, наоборот, весело улыбался. С соседней кровати раздался звонкий смех Нежи, и в моей груди предательски кольнуло. Я не могла объяснить своей реакции, но мне сильнее, чем раньше захотелось сделать что-нибудь гаденькое Бачевскому.