Полина Ветер – Всё под контролем, шеф! (страница 5)
- Согласна с Еленой Львовной. – Вклиниваюсь в разговор. – Вряд ли кому-то из нас позволят такого клиента вести. Я даже не удивлюсь, если сам генеральный им займется.
- Эээ, нет. Ромка наш глотку перегрызёт за этот контракт. – У Елены Львовны, как всегда весомые аргументы. – Он у нас вообще по этому поводу отбитый… Всех крупных сам ведёт, как цербер территорию свою охраняет.
Она заливисто смеётся и строгое, непроницаемое лицо разглаживается и озаряется. И чего эта женщина всегда такая хмурая ходит? Вот же – одной улыбкой может к себе расположить.
Света в ответ только фыркает и закатывает глаза. Ну, это понятно. Нельзя в её присутствии о Выхине плохо говорить. Только хвалить и восторгаться.
Впрочем, мне в их компании на удивлении комфортно. И на протяжении этих нескольких дней в отсутствие шефа, чувствую себя удовлетворённой жизнью.
Кара настигает меня на следующий день.
***
В здании, где находятся офисы «Моста», немереное количество этажей. Поэтому на свой восемнадцатый я, естественно, добираюсь на лифте. В последний момент проскальзываю в закрывающиеся створки, и тут же осознаю, что лучше бы подождала следующий.
- Доброе утро. – Профессионально сдержанно здороваюсь с начальником, на лице которого расплывается широкая белозубая улыбка.
И чего он с утра такой довольный, как сытый хорёк?
- Доброе утро, Вера Станиславовна.
Подозреваю, что совсем не так ему хотелось бы ко мне обратиться. Но профессиональная этика в присутствии нескольких человек, находящихся вместе с нами в лифте, не позволяет это сделать.
До десятого поднимаемся в абсолютном молчании. Я встаю так, чтобы боссу было удобно прожигать взглядом дыру на моих ягодицах, то есть отворачиваюсь спиной.
А потом, то ли карма небес обрушивается на меня за какие-то давние грехи, то ли просто меркурий вошёл в фазу тельца (в общем, я не очень в этом разбираюсь…), но мы остаёмся одни.
И я, как в замедленной съёмке вижу, буквально боковым зрением, как рука Выхина взметается около меня, чтобы нажать кнопку «Стоп».
Ой.
Кажется, я влипла.
- Как дела, козочка? – Опаляет горячим дыханием мужчина моё ухо.
Крепче стискиваю сумку в руках, готовая в любую секунду обороняться.
- Всё идёт в рабочем режиме, Роман Александрович.
- Уже освоилась? – Он по-прежнему позади меня, и от этого спину начинает покалывать.
Слишком близко. Некомфортно.
- Как тебе наш коллектив? – Его голос тягучий, как смола, густой и обволакивающий.
- Вполне. – Я могу выдавить только одно слово, потому что его рука медленно касается моих волос и убирает прядь с плеча за спину.
Я могу закричать, повернуться, попытаться привести лифт в движение, но ничего этого не делаю. Просто стою и жду дальнейших действий от него, пока пальцы медленно скользят по ткани блузки между лопаток, опускаясь вниз, и ладонь ложится на талию. Она замирает на месте, не опускается вниз, и от постоянного соприкосновения, даже через одежду, кожу в этом месте начинает жечь.
Я вдруг на мгновение прикрываю глаза, и представляю, как эта рука давит чуть выше поясницы, заставляет прогнуться в спине, а потом зарывается в волосы, собирая их в пучок, тянет назад, чтобы я могла почувствовать жаркое дыхание её обладателя на своей шее, прижаться к выпирающему мужскому желанию ягодицами, простонать от переполняющего возбуждения…
Резкая трель телефона заставляет меня широко распахнуть глаза и ощутить лавину стыда за свои неожиданные развратные мысли.
Кажется, даже кончики ушей покраснели, хорошо еще в голос стонать не начала.
Господи.
Это же полный…
Чем он набрызгался с утра? Распускает тут афродизиак какой-то, не иначе. По-другому свое поведение никак объяснить не могу.
- Выхин, слушаю. – Раздается голос у меня за спиной.
Я осознаю, что мы всё еще в лифте, он все ещё никуда не едет, а рука начальника все ещё на моей талии.
Правда, после того, как Роман Александрович ответил на звонок, она начинает медленное движение.
С поясницы лениво проскальзывает вперёд, на живот, чуть надавливает, прижимает меня спиной к широкому торсу мужчины и тому, что сейчас недвусмысленно упирается мне чуть выше ягодиц.
- Да, он хочет только «Гермес». – Продолжает разговор шеф. – По семьдесят пять… Но я могу попробовать уболтать на «Небоскрёбы»…Мгм… Да…
Не знаю, что меня приводит в полный ступор: рука, которая, пробравшись вверх, уже беззастенчиво стискивает мою грудь, спокойный голос начальника, ничем не выдающий его явного возбуждения, или абсурдность ситуации, в которой сейчас нахожусь.
Я не могу возмутиться его поведению громко, ведь сейчас на проводе один из клиентов, и судя по контексту разговора, похоже, тот самый Полимов. Но и просто терпеть наглые домогательства босса тоже не намерена.
Поэтому, выдохнув, резко разворачиваюсь и, пользуясь моментом неожиданности, нажимаю кнопку, возвращая лифту движение.
- Хорошо. До связи. – Все так же спокойно резюмирует шеф и отключает вызов.
А я корю чёртов лифт за то, что он так медленно отсчитывает этажи.
Воздух между нами вот-вот взорвётся, грудь мужчины часто вздымается, а глаза…
Сжечь можно таким взглядом.
И прямо перед тем, как над ухом раздается звонкое «Дзынь!», оповещающее, что мы прибыли на нужный этаж, Выхин сокращает расстояние между нами до миллиметра, и около моего лица произносит:
- Считай, убежала.
Из лифта просто вываливаюсь спиной вперед под насмешливым взглядом начальника, неуклюже поворачиваюсь и бегу в сторону своего рабочего места.
Отдышаться.
Надо просто отдышаться и взять себя в руки.
Не расплываться как амёба перед ним, а вести себя достойно. Как привыкла. Как учила мама.
Пусть он и красивый молодой мужик, но это же ни в какие ворота…
Надо позвонить Денису.
Сходить куда-нибудь, проветриться. Поболтать по душам, как в старые добрые…
Ден – мой друг детства.
Мы с ним видимся нечасто, зато я знаю, что, если позвоню, он обязательно ответит и не оставит меня в растрепанных чувствах одну.
- Милый, привет!
- Привет, зая. Как дела? – Голос на том конце провода бодрый и весёлый.
- Да нормально всё. Вот соскучилась, может кофейку вечером попьём, поболтаем?
- Сегодня? Могу. Во сколько за тобой заехать?
Вот за что люблю Дениса – лёгкий, добрый, открытый человек. Не то, что некоторые…
- Я сама доберусь. Давай часов в семь в «Гвоздике».
- Понял, в семь буду.
Приподняв настроение разговором с лучшим другом, приступаю к работе. У меня ещё два выезда сегодня, чему мой потрёпанный ниссан будет несказанно «рад». Так что нужно поберечь силы и нервы.
Глава 4
***