Полина Ветер – Метод подчинения (страница 5)
Сергей садится напротив меня, внимательно изучая при этом мою фигуру.
– Я думал, ты сначала позвонишь.
Замечательно, значит, сомнений по поводу нашей встречи у него не было.
– Я… В общем… У меня к вам дело.
– Вот как? – Он складывает руки в замок и опирается на них щетинистым подбородком. Серые глаза продолжают меня изучать. – С чего бы нам иметь с тобой дела? Мне это не интересно.
Открываю рот от удивления.
– Вы же даже не выслушали…
Обреченно выдыхает и поднимается. Обходит стол, приближаясь ко мне на совсем не безопасное расстояние.
– Девочка моя, если бы я выслушивал все просьбы и «деловые предложения», с которыми ко мне приходят каждый день, мне просто некогда было бы вести бизнес… – Затем наклоняется ко мне и заговорщически произносит: – Вдобавок, я бы разорился.
Я задыхаюсь от возмущения. Он будто видит меня насквозь. Как и причину моего визита.
Хотя, на что я рассчитывала…
– Тогда почему вы со мной разговариваете? – решаю бросить вызов. Смотрю прямо в глаза.
Удальцов подходит ко мне вплотную, так, что его ширинка находится на уровне моего лица. Проводит ладонью по моей щеке и берет за подбородок. От его прикосновения меня будто бьет током.
– Ты можешь предложить мне кое-что другое…
Недвусмысленный намек. Да он что, совсем обалдел?!
Мои ноздри раздуваются от негодования. Пытаюсь встать, но его рука останавливает меня и грубо усаживает на место.
– Не так быстро. Мы еще не договорили. Могу предложить взамен щедрую награду. – Его пальцы зарываются мне в волосы и с силой тянут их назад.
Ну это уже ни в какие ворота…
– Я не сплю с мужчинами за деньги! Отпустите меня немедленно! – Пытаюсь ослабить захват, вся эта затея уже не кажется мне адекватной.
– Не артачься девочка. Хочешь поиграть – поиграем.
– Я вам не шлюха какая-нибудь! Урод ненормальный!
Задыхаюсь в панике.
– Я не плачу шлюхам за секс, милая… – Его лицо непозволительно близко от моего. В голосе слышны снисходительные нотки. – Обычно они сами с удовольствием раздвигают передо мной ноги. – Взгляд падает на мои колени. – Прямо, как ты сейчас.
Я не успеваю даже издать звук возмущения, как его пальцы проводят по открытому участку шеи, отправляя по моему телу сигнал тревоги в виде мурашек.
Это очень хреново…
А особенно, когда понимаю, что действительно умудрилась впустить его между своих колен и сижу тут в позе на все готовой проститутки.
Мать твою, что происходит?
Осмыслить до конца ситуацию мне не позволяет распахнувшаяся дверь и появившийся на пороге кабинета молодой человек лет двадцати с хвостиком.
На его лице вопросительное выражение.
– Ты занят? – Спрашивает он просто, будто не застал нас в недвусмысленной позе – рука Удальцова все так же в моих волосах, а мои глаза – на уровне его паха.
– Сам не видишь?
Я вдруг отмираю и, пользуясь секундным замешательством, вырываюсь из стальной хватки. Бросаюсь к выходу. Одариваю парня в дверях красноречивым взглядом и бросаю напоследок:
– Ну и козёл же вы!
Ретируюсь, пока не огребла по полной. В приемной, не реагируя на что-то моросящую секретаршу, хватаю свое пальто и вылетаю из этого логова порока, пытаясь на ходу его надеть.
В какой-то момент мои ноги заплетаются в ненавистных туфлях, и я шмякаюсь на пол прямо у лифта, изображая в полете дохлого фламинго.
Блин. Блин. Блин!
Вот же идиотка! Придурошная! Имбицилка!
Даром, что замужем пять лет. Ума не прибавилось.
От обиды на весь белый свет и на себя в первую очередь, душу и глотаю подступающие слёзы. Пытаюсь подняться, как вдруг чувствую на себе чьи-то руки.
Да сколько можно!
Оборачиваюсь.
Встречаюсь взглядом с серыми пронзительными глазами под черными бровями. Черт, как же они похожи…
– Что ж вы так не аккуратно, девушка. Разобьетесь же.
Мягкая улыбка на губах обезоруживает. Парень легко поднимает меня и помогает поправить одежду.
– Спасибо. – Выдавливаю сквозь слёзы.
Чувствую, болит коленка. Смотрю и вижу, что колготки порваны и под дырой внушительная ссадина, украшающая теперь мою ногу.
Молодой человек тоже её замечает и даже присвистывает.
– Так, дорогуша, пойдем-ка со мной. Идти сможешь?
Я вымученно вздыхаю.
– Нет уж, я лучше домой.
– Это не обсуждается. Рану нужно обработать. У меня в кабинете аптечка. Там что-нибудь найдется.
Его тон такой по-деловому серьезный, что я почему-то подчиняюсь.
Ковыляю потихонечку, повиснув на его руке для поддержки. Мы спускаемся на этаж ниже, на лифте, и доходим до его кабинета. Там он усаживает меня на мягкий диван и уходит через смежную дверь, возвращаясь с небольшой коробкой в руках.
– Надо промыть. – Демонстрирует мне флакон с перекисью, а я пытаюсь его перехватить.
– Может я сама лучше?
– Сиди уж… Сама она… – Он поддевает тонкий капрон колготки пальцами и разрывает его, освобождая доступ к ране. – Как зовут-то тебя?
– Ольга. – Почему-то сразу отвечаю я.
– Так что у вас с моим отцом, Ольга? – Мужчина поднимает на меня взгляд, и я только теперь понимаю, что сходство у них колоссальное. Большие серые глаза, темные брови, волевой подбородок. Только этот молодой совсем, и черты лица у него мягче.
Сынок, значит…
– У меня с вашим отцом «Ничего». – Сознательно выделяю это слово, чтобы показать, что не хочу лишних вопросов.
– Понял. – Он лучезарно улыбается. – И зачем ты сюда приходила, не скажешь…
– Не скажу.
– Ну как знаешь…
Он заканчивает с обработкой моей раны, но рукой поглаживает кожу под коленкой, вызывая во мне противоречивые чувства.
– Мне деньги нужны. Много. – Сама от себя не ожидая, говорю я.