Полина Ветер – Как ты меня бесишь! (страница 14)
- Ромыч, отъебись.
Его рожа меня раздражает. Хотя знаю, что он всегда готов помочь и выслушать.
- Не уйду, пока не просветишь. Ты мне друг или кто? Давай выкладывай. Обещаю, ржать не буду.
- Смешного вообще нихуя нет.
Вообще, я редко матерюсь. Интеллигентные родители, учёба в престижном вузе, профессия… научили говорить грамотно и без «сорняков»…
Но сейчас особый случай.
Мои нервы расшатаны. Я в подвешенном состоянии и не знаю, что делать.
- Слушай, - Хмыкает друг. – В том, что баба тебе не дала, нет ничего смертельного. Даже была бы она супер-модель. А наша Вострикова – вообще не от мира сего, сам же знаешь. Предупреждал ведь тебя: не подходи к ней, не смей трогать нашу нежную фарфоровую Светочку.
Выдыхаю обречённо.
Поднимаюсь, достаю из шкафа бутылку коньяка, и всё равно, что сегодня будний день, а я не привык пить среди рабочей недели.
Наливаю себе и ему.
- Она мне дала. – Перефразирую Ромыча, а самому эта формулировка не нравится.
У нас был умопомрачительный секс!
Но эти женщины, мать его, вечно всё усложняют!
- Да ну нахуй…
- Не сегодня. – Тру виски и переносицу. Чувствую вселенскую усталость. – Мы переспали на корпоративе, на восьмое марта. Случайно. Этого никто не знал.
Полсекунды решаю: говорить – не говорить…
Ромыч - мой друг.
Он - единственный, с кем я могу поделиться «такими новостями».
- Света беременна.
- Какого х..? – Давится коньяком.
Реакция ожидаема.
- Да, представь… - Делаю глоток. – Сегодня только узнал. Скрывала, сучка…
Залпом допиваю содержимое бокала, наливаю ещё.
- Пиздец. Не знаю, что сказать… Видно, что друг в растерянности. – Так чего же она с заявлением-то к Глебу побежала?
- Не знаю. Ну, ты же сам говоришь, хрен знает, что там, в голове у неё. Да ещё гормоны, походу, ударили… Я всего лишь хотел поговорить, хочу её, даже больше, чем тогда… Каждый день, сука, вижу и сдерживаюсь…
Кажется, сегодня напьюсь…
- Она сразу заявила, что это было один раз, по пьяни, и больше не повторится. Игнорила меня, непробиваемая вообще. А сегодня я её случайно в коридоре поймал, в кабинет затащил, чтобы поговорить… Она на меня столько всего вылила, я охерел вначале, а потом вообще заявила, что залетела от меня, но меня это не касается.
Вскакиваю непроизвольно, на эмоциях.
- Меня. Блять. Не касается! Мой собственный ребёнок! О котором я и знать не знал!
- Да, брат… - Хрипит Ромыч, ошарашенный. – Заебись, история…
Я смотрю в окно, но не вижу, что там происходит. Полностью погружен в мысли о ней.
- Что собираешься делать?
- Хуй его знает. – Качаю головой обречённо. – Я действительно, не знаю, Ромыч.
- Так. Давай ты сейчас пойдешь домой, и не будешь творить хуйню. А я поговорю с Востриковой, выясню, что за хуйню творит она. Пиздец, вы ребята, даёте...
- Не надо, братан. Я сам с ней поговорю.
Не хочется впутывать его в наши отношения.
- Да поговорил уже! Дай ей остыть слегка. Я напирать не буду. Издалека спрошу. Всё. Не обсуждается.
Поднимается со скрипом.
- Дим, я серьёзно. Иди домой.
- Ладно.
У меня на самом деле нет сил.
Надеюсь, завтра, на свежую голову, я придумаю, как усмирить эту особу, чтобы она перестала сопротивляться и доверилась мне, наконец.
А сейчас я хочу забыться сном и не думать об этом…
Глава 7
Света
***
Вдох – выдох.
Вдох, мать его, выдох!
Ты же «принцесса», Света, а не дальнобойщик!
Так что «ни слова матом в культурном обществе…».
Но как же хочется выругаться в голос!
Этот козёл…
Что он себе возомнил?
Что он пуп земли, вокруг которого всё должно вращаться?
Не бывать такому.
Я самодостаточная женщина!
Ну… может быть только чуточку… папина принцесса.
Выскочив из кабинета Дмитрия, без оглядки несусь прочь.
Ну вот зачем? Зачеем?
Кто меня за язык тянул? Обещала же себе, что он ни о чём не узнает…
Да просто дозлил меня.
В край…
Сначала эти его грустные взгляды и вздохи.
Хождения вокруг да около, как «рысь вокруг полевой мышки»…