Полина Верховцева – Академия сердцеедов. Обман (страница 5)

— Не надо мне помогать.

Похоже, кокетка из меня так себе. Ну и ладно. Было бы кого очаровывать! Да и вообще, после предательства Хеммери я и близко не подойду к парням. Только ради дела.

— Как хочешь, — улыбнулась я и вытянула руку из его захвата, — я пойду, раз ты все равно ничего не рассказываешь.

Верано снова подвинул к себе свитки:

— Не смею задерживать.

Непробиваемый.

Из лаборатории я уходила в странных чувствах. Вроде и правильно все он говорил — мне лучше держаться подальше от всей этой заварухи, — но любопытство… Что делать с дурацким любопытством, которое нашептывало, что мне непременно надо узнать, что же такого хотел сообщить Хейден в обмен на мою руну?

Я даже была готова отправиться на поиски магистра, но потом вспомнила, что вообще-то учебу никто не отменял, и во второй половине дня меня ждало изнурительное занятие по начертанию сигнальных символов совместно с вестниками под руководством глубокоуважаемой и горячо любимой госпожи Норы. Я уже заранее готовилась к неприятностям.

Пока поднималась на третий этаж, едва справлялась с ощущением, будто на каждой ноге висело по здоровенной гире. Не хотелось туда идти. Да и с чего должно было хотеться? Она снова выставит меня полной бездарностью перед остальными адептами, в очередной раз скажет, что такой бестолочи нет места в Вэсморе, и что она всеми силами постарается завалить меня на экзаменах. Все, что я могла, — это постараться не злить ее еще сильнее, поэтому специально пришла пораньше и заняла место в последнем ряду, чтобы лишний раз не привлекать внимания.

Но не тут-то было.

Стоило ей только войти в аудиторию, как гневный взгляд метнулся в мою сторону. Она будто специально искала меня и, убедившись, что я на месте и не получится вкатить дополнительный штраф за опоздание, рассердилась.

Я втянула голову в плечи и склонилась над тетрадью, молясь о том, чтобы просто тихо пересидеть это занятие. Когда-то же это должно закончиться, и госпоже Норе надоест тратить на меня свое драгоценное время.

— Довожу до вашего сведения, что произошли изменения в учебных планах, — сходу заявила она, заняв свое место за преподавательским столом. — Ваш преподаватель временно задействован на службе у Хайса, поэтому я буду заменять его до конца года. И экзамен принимать буду тоже я.

Ну вот и все.

Теперь у меня будет провал не только по рунам, но и по сигнальным. Мне в жизни не выучить так, чтобы она осталась довольна и поставила хотя бы минимум проходных баллов.

Я пыталась найти плюсы и убедить себя в том, что по остальным предметам все не так уж и плохо, и мне удастся выехать на них, но становилось все труднее сохранять бодрость духа. Она меня точно завалит! И плакали мои мечты о собственном салоне рун.

— А теперь перейдем к результатам работ, которые вы мне сдавали по прошлому разделу.

Ах да, еще работы… Столько переживаний навалилось в последнее время, что я уж и забыла о них. Кажется, что это было давным-давно, еще в прошлой жизни.

— Результаты не так плохи, как я ожидала. Не все, но многие справились с работой. Так что потенциал есть, будем его развивать.

Это точно не про меня. Госпожа Нора была искренне уверена, что мой потенциал — махать тряпкой в какой-нибудь занюханной таверне и подавать выпивку вонючим мужикам.

— Баен — семь из десяти. Хорн — восемь. Эмбер и Валис — по шесть баллов… — Она монотонно перечисляла результаты, и большинство адептов не дышали до тех пор, пока не слышали свою фамилию. — Оливио — восемь…

Надо же! Я встрепенулась, услышав результат своего напарника. Восемь? Неужели оценила? Да быть такого не может! Она бы в жизни мне столько не поставила! Максимум пять из десяти.

Но я недооценила госпожу Нору. Моя фамилия прозвучала последней.

— Найтли ожидаемо не сдала. Два балла.

Карандаш, который я все это время судорожно сжимала в руке, треснул и сломался. Два? Два из десяти? За ту же работу, за которую другой адепт получил восемь?! Это уже перебор.

Проглотить обиду я не смогла. Смолчать не хватило сил. И уже не было мыслей о том, что с преподавателем ругаться нельзя, что преподаватель всегда прав, что ему виднее.

Однако я рта открыть не успела, как раздался голос Доминика:

— Госпожа Нора, а почему такие отметки?

— Вас что-то не устраивает, адепт Оливио? — Она выудила из стопки его лист. — Восемь из десяти. Неплохая работа.

— И она слово в слово совпадает с работой Найтли.

Не в силах сдержать изумление, я повернулась к нему. Блондин сидел на соседнем ряду и как ни в чем не бывало смотрел на строгую преподавательницу. Остальные притихли. Я так и вовсе проглотила язык и все, что к нему прилагается. Понятия не имела, что его заставило встать на путь справедливости, но одно знала наверняка — он дурак. Наивный глупыш, не понимавший, сколько проблем при желании может доставить госпожа Нора.

Кончиком пальца она спустила очки в резной оправе и поверх них посмотрела на Доминика. Спокойная, как скала, и лишь едва заметный румянец на сухих щеках выдавал ее недовольство.

— Вы предлагаете мне пересмотреть оценку?

— Почему бы и нет? Разве не странно, что за одну и ту же работу два адепта получают разные отметки? Возможно, Найтли тоже написала на восемь?

Я ушам своим поверить не могла и, когда госпожа Нора перевела на меня ледяной взгляд, залилась истошным румянцем.

Она растянула губы в ничего не значащей улыбке:

— А возможно… я ошиблась с вашей оценкой, адепт Оливио.

На месте блондина я бы заткнулась, но он просто пожал плечами:

— Все может быть, госпожа Нора.

Судя по тому, как блеснули светлые глаза за стеклами очков — ему конец. Только Оливио это не слишком волновало. Напугать золотого мальчика из Хайса не так просто, как безродную девчонку из Муравейника. За ним стояли родители и их деньги. За мной же не стоял никто. Поэтому я склонилась ниже к тетради и остаток занятия молилась, чтобы меня не трогали.

И то ли у Норы сегодня настроения не было, то ли останавливало то, что Ник публично поднял вопрос о несправедливой оценке, но она за все занятие ни разу ко мне не обратилась. Даже не посмотрела в мою сторону. Но легче от этого не становилось. Завтра меня ждало индивидуальное занятие по рунам, и вот там-то с глазу на глаз она выплеснет все, что накопилось.

Получив задание на дом, адепты начали поспешно собираться. Никому не хотелось задерживаться рядом с госпожой Норой дольше, чем того требовало расписание.

С Оливио мы столкнулись возле лестницы. Я споткнулась, а он как ни в чем не бывало отправился дальше, даже не взглянул на меня.

— Ник!

Спустившись на пару ступеней, он обернулся, глянув на меня через плечо.

— Зачем ты поспорил с Норой из-за оценок?

— Затем, что она неправа… И я был неправ. Во многом.

Я не понимала его. Сколько ни силилась, не могла понять, что происходит в блондинистой голове.

— Зря ты это сделал. Она не простит. Ты же понимаешь…

Он усмехнулся и, небрежно подмигнув, пошел дальше, а я по-прежнему топталась на верхней ступени.

— Ты чего здесь? — тягучий голос Стеллы отвлек меня от созерцания удалявшейся спины Доминика. — Забыла, куда идти? Я часто забываю.

Я кашлянула, пряча смущенный взгляд. Подруга саму себя могла забыть. Удивительно, как при такой рассеянности она умудрялась показывать в учебе неплохие результаты.

— Я задумалась. О завтрашних занятиях.

Проще соврать, чем объяснять ей, что у меня случился душевный разлад из-за поступка Доминика.

— А у нас завтра полигон, — тут подхватила Стелла, — говорят, сегодня заставляли ползать по грязи. Наверное, было интересно.

— Не то чтобы очень.

При воспоминаниях об утреннем забеге у меня начало хрустеть на зубах и чесаться в труднодоступных местах.

— Я пойду, — внезапно встрепенулась Стелла и, перескакивая через несколько ступенек, побежала вниз.

Она изначально была чудной, но чем дальше, тем становилась страннее. Я уже начинала за нее беспокоиться.

***

С началом комендантского часа Вэсмор привычно затих. Адепты сидели по своим комнатам, а перед корпусами прохаживались только Стражи да дежурные преподаватели. Вдобавок снова пошел дождь.

— Когда все это закончится? — уныло поинтересовалась я, наблюдая, как подруга уже битый час отрабатывает боевое плетение.

От ее стараний в комнате уже было душно, и серое дымное марево клубилось по полу.

— Сразу, как только поймают убийцу. — С пальцев Кайлы соскользнула очередная серебристая змейка и, не успев сформироваться в полноценное плетение, врезалась в стену над моей кроватью и оставила черный след. — Проклятье. Я не понимаю…

Привыкшая к высоким оценкам и крайне требовательная к себе, Кайла бесилась, когда у нее что-то не получалось.