Полина Ром – Соединенные Штаты России 3 (страница 35)

А потом я начал сам процесс передачи. Гаврилов держался достойно. Только рычал и скрипел зубами, пока всё его тело дрожало от напряжения. Всё, что я хотел, так это улучшить одну-единственную доминанту капитана. Она называлась «Магия трансмутации» и позволяла превращать один элемента в другой для различных целей. Фактически, он мог преобразовать что угодно, попавшее в радиус действия его способности.

Внезапно капитану стало настолько больно, что он невольно вскрикнул и тут же затих, крепче сжимая зубы. Я хотел похвалить его за стойкость, но к моему разуму потянулся кто-то родной. Это был Мимо. Он пытался связаться со мной. Сконцентрировавшись на нём, я позволил Мимо передать мне мыслеобразы. Картинка резко появилась перед глазами.

Венера стоит перед отцом. Водопьянов держит её за плечи. Лицо его искажено от гнева.

— Все абсолюты знают про проклятие! — кричит он яростно. — Это обычная плата за силу! Мы понимаем это! Мы соглашаемся на условия!

Венера в ужасе отшатывается назад. После чего видение оборвалось так же резко, как началось. Я открыл глаза и выругался.

— Твою мать! — рявкнул я вслух и отправил мимику ментальную просьбу прибыть на склад.

Гаврилов дёрнулся от моего крика и болезненно застонал:

— Что случилось?

— Всё пошло не по плану, — процедил я сквозь зубы. — Водопьянов знал о том, что Император им манипулирует, и всё равно служил ему. Готов спорить, теперь нас будут ждать в столице.

В двери склада ворвался Мимо и замер, слушая мой приказ.

— Слушай внимательно, — сказал я чётко. — Беги к Егорычу, пусть соберёт военный совет, а ещё возьми у него телепортационный артефакт. Сбрось его в аномальной зоне, там, куда мы отправили бычков. Понял?

— Будет сделано! — кивнул Мимо и с улыбкой вылетел со склада.

Я же вернулся к Гаврилову и стал стаскивать туши твари к себе так быстро, что передача доминант пошла куда шустрее, чем тело Гаврилова успевало их усваивать. Боль стала нестерпимой. Гаврилов заорал так громко, что стены задрожали.

— Терпи! — рявкнул я. — Ещё немного осталось!

Спустя пару минут всё было кончено. Гаврилов потерял сознание и тяжело хрипло дышал. Однако, он всё ещё был жив. Более того, он стал абсолютом. Правда, образцов хватило лишь на улучшение одной доминанты, но и этого было достаточно. Я оставил его на полу, накрыв сверху своей курткой, а сам выбежал из склада, направляясь на срочный военный совет.

Спустя десять минут мы сидели в просторном зале родового поместья за длинным дубовым столом. Егор Егорыч сидел во главе стола. Справа от него Максим Харитонович. Слева — отец, Константин Игоревич Архаров. Дальше Артём, Серый, Леший, Артур, Юрий, Барбоскин. И десяток других командиров рангом пониже. Я вошёл последним, закрыв за собой дверь. Взгляды присутствующих тут же прилипли ко мне.

— Начинаем, — объявил я коротко. — Император знает о нашем нападении.

— Вот же, сука! Я знал, что нужно её прибить сразу! — возмутился Артём, ударив кулаком по столу.

— Это не она, — покачал я головой. — Венера сняла проклятье с Водопьянова, но оказалось, что он вполне сознательно следовал за Императором, как и остальные абсолюты.

В зале повисла тяжёлая тишина. Барбоскин выругался. Юрий вздохнул.

— Как ты узнал? — спросил отец хмуро.

— Мимо был рядом с Венерой, — ответил я. — Его глазами я видел разговор Венеры с Водопьяновым. Мы должны атаковать прямо сейчас.

Егор Егорыч постучал пальцами по столу и сказал:

— Значит, нужно действовать немедленно, не дав Императору возможности укрепить позиции в городе. Сейчас все гвардейцы заняты охраной периметра города, а вот центр защищён слабо. Я согласен с Михаилом, это наш единственный шанс на победу.

— Вы с ума сошли! — взорвался Барбоскин. — Это чистое самоубийство! Столица и так неприступна! А теперь они знают о нашем нападении! Нас просто перебьют!

— Миша прав, — произнёс Юрий. — Нужно бить сейчас.

Максим Харитонович усмехнулся, посмотрев на меня с теплотой:

— Мой внук всю жизнь совершает сумасбродные поступки. И только благодаря этому мы до сих пор живы.

Архаров согласно кивнул:

— Тесть прав. Михаил ни разу не ошибся. Если он говорит, что нужно идти сейчас, то так и поступи.

Артём закатил глаза:

— Хватит этого трёпа. Давайте уже вторгнемся в Хабаровск и закончим на этом. Готов спорить, что всё закончится отлично. Во всяком случае, Мишка всегда вытаскивал нас из пекла. Вытащит и на этот раз.

— Ха-ха. Вытащит, чтобы закинуть ещё в более жаркую топку, — хохотнул Леший и тут же осёкся под строгими взглядами. — Извините.

Я посмотрел на собравшихся. Они верили в меня. Более того, были готовы пойти на смерть вместе со мной. Груз ответственности давил на плечи. Но отступать было уже поздно.

— Выступаем через три часа, — объявил я твёрдо. — Под покровом ночи. Химеры пойдут первой волной. Мы — следом за ними. Вопросы есть?

Молчание повисло на несколько секунд. Потом Егор Егорыч встал, хлопнув в ладоши:

— Раз вопросов нет, то прошу занять места согласно купленным билетам, так сказать, — на его лице появилась улыбка. — Проверьте оснащение вверенных вам подразделений. Выступаем три часа ровно. Разойтись!

Все поднялись ушли. Я остался один в зале. Стоял у окна молча. Смотрел на город внизу. Калининград. Родовой город Багратионовых. Родное гнездо моей матери. Город, который я должен защитить даже ценой собственной жизни. Если потребуется.

— Похоже, война началась, — прошептал я тихо, направляясь на выход.

Глава 19

Я рассчитывал, что у меня будет хотя бы пара дней на подготовку, увы, судьба внесла свои коррективы. Придётся действовать быстро, а значит, и силы восстановить толком не удастся. Я быстрым шагом вернулся на склад и стал создавать недостающих химер. Правда создавал я их не сам, позвал с собой Муэдзина для того, чтобы он меня проконсультировал. Всё же химеры это его стихия.

Вышло весьма пристойное воинство. Помимо моей крови мы добавили в гремучий коктейль ещё и порцию проклятий, специально сконструированных Муэдзином. Вышло весьма неплохо. Когда любая из тварей погибнет, она распространит вокруг себя гнилостный туман, отравляющий всё живое в радиусе двадцати метров.

Да, идеальное биологическое оружие, если бы не одно «но»! Пришлось сделать этот туман несмертельным. Он просто вырубал сознание человека и парализовал его на сутки, вот и всё. Почему так? Да потому, что я не был уверен в том, что в Хабаровске нет мирных жителей.

А если их и выселили из города, то мне всё равно потребуются солдаты для уничтожения армии мертвяков. Мало ли, вдруг кто-то после свержения власти решит примкнуть к нам?

Триста пятьдесят химер взвыли в унисон, знаменуя свою готовность лить кровь — как свою, так и врагов. Победу они не принесут, но отвлечь силы Императора на себя смогут вполне.

До начала штурма оставалось два часа. А значит, пора вытащить из рукава ещё один козырь. Я достал телефон из кармана и набрал номер Гаврилова.

— Слушаю, Михаил, — устало ответил капитан, видимо всё ещё приходил в себя после процесса усиления.

— Станислав Карлович, для тебя срочное задание, — сказал я чётко. — Привези ко мне Хазарова.

Тишина повисла на несколько секунд.

— Ты серьёзно? — спросил Гаврилов недоверчиво. — Хочешь взять с собой на штурм этого психопата?

— Для наступления, попахивающего безумием, нужны все безумцы, до которых я смогу дотянуться, — отрезал я холодно. — Привезите его через полчаса.

Гаврилов тяжело вздохнул:

— Хорошо, сынок. Но следи за этим выродком. Я ему не доверяю.

— Сейчас он не опаснее котёнка. По крайней мере, до тех пор, пока я его контролирую.

Я сбросил звонок и тут же набрал другой номер. Трубку долго не брали, а после послышался щелчок.

— Виктор Павлович Ежов у аппарата.

— Это Михаил, — представился я, так как, судя по всему, Ежов не понял, кто именно ему звонит. — Виктор Павлович, могли бы вы подойти в мой кабинет через полчаса?

— Да, разумеется, Михаил Константинович, — согласился Ежов охотно. — Могу и раньше, если…

— Через полчаса, — перебил я его.

— Понял. Через полчаса, так через полчаса.

Сбросив вызов, я положил телефон на стол и, закрыв глаза, откинулся на спинку кресла. Использовать Хазарова — это риск. Огромный риск. Ведь в пылу сражения он может не признать наших и начать убивать без разбора, а если я этого не замечу, то быть беде. К тому же, если меня убьют, то он и вовсе слетит с катушек. Но выбора нет. Для победы над Императором хороши любые средства.

Полчаса пролетели быстро. Дверь кабинета открылась, и в неё втолкнули Хазарова, следом вошел и капитан Гаврилов. Некромант споткнулся, но устоял на ногах. Он смотрел на меня совершенно пустым бессмысленным взглядом. После слияния с геномом крысы он потерял индивидуальность, став лишь инструментом. Но мне этого выродка не жаль. Он принёс много горя людям и заслужил свою участь.

Дмитрий Хазаров — худой, буквально как скелет. Лицо вытянутое, заострённое к носу. Нос длинный, как у крысы. Глаза маленькие, красные от плещущейся в них некротики. Волосы редкие, серые, свисают клочьями. Выглядел он отвратительно. Одежда изорванная, грязная. Руки закованы в цепи, видать, Гаврилов перестраховался.

— Хазаров доставлен, — произнёс Гаврилов. — Уверен в том, что всё будет в порядке?

Ответить я не успел. В дверь постучали, и через секунду в кабинет вошел Ежов. Он брезгливо посмотрел на некроманта, от чего иголки на его голове дёрнулись.