Полина Ром – Соединенные Штаты России 3 (страница 27)
— Как ты мог⁈ — она принялась колотить его кулаками по груди. — Как ты мог меня бросить⁈ Думала, больше никогда не увижу твою дурацкую физиономию!
— Но я же… — начал было оправдываться Огнёв и тут же получил ещё одну пощечину.
— Лучше молчи. Идиот, — она снова его поцеловала, потом опять отстранилась, чтобы сказать. — Кретин, — и снова впилась в его губы.
Я откашлялся:
— Эм… Я пойду, пожалуй. Дам вам возможность побыть наедине.
Они даже не обернулись. Продолжали обниматься, шептать друг другу что-то, целоваться. Я подошёл к стойке, где стоял бармен с вытаращенными глазами:
— Топай на выход. Кабак не закрывай. Постоишь на улице и присмотришь за заведением, чтобы ни одна живая душа сюда не входила ближайший час. Понял?
— П-понял, Михаил Константинович, — он вытащил ключ из-под стойки и поспешил к двери. — Эй, народ! Закрываемся! Все вон!
Посетители недовольно заворчали, но начали подниматься. Я последним вышел из кабака, прикрыв за собой дверь. Через окно видел, как Огнёв и Снежана продолжали обниматься у столика. Она сидела у него на коленях, положив голову ему на плечо. Он гладил её по спине, что-то шептал.
— Вот и хорошо, — пробормотал я. — Хоть один человек сегодня будет счастлив. А точнее, дух… Два духа.
Развернувшись, я направился обратно к особняку. Впереди долгая ночь. Нужно навестить Шульмана, ведь мне нужно очень много кусков тварей. Невероятно много.
Глава 15
Ломбард Измаила Вениаминовича Шульмана расположился на окраине Калининградского торгового квартала. Сейчас квартал пустовал, и только в небольшом двухэтажном здании с потускневшей вывеской «Ломбард дядюшки Шульмана» кипела жизнь. Окна были затянуты тяжёлыми шторами. Дверь приоткрыта. Я вошёл внутрь, и колокольчик над дверью тихо звякнул.
Внутри было тесно и душно. Полки ломились от всякого хлама: старинное оружие, ювелирные украшения, чучела невиданных зверей, книги в кожаных переплётах, магические артефакты сомнительного происхождения. Пыль висела в воздухе, подсвеченная тусклым светом масляных ламп.
За прилавком сидел сам хозяин. Невысокий худощавый мужчина лет пятидесяти с острыми чертами лица и цепким взглядом тёмных глаз. Небольшая бородка клинышком. На носу очки в тонкой оправе. Одет в тёмный сюртук и жилет с золотой цепочкой часов. На макушке красовался крошечный кусок ткани, кажется, эта шапочка называется «кепа».
Увидев меня, он тут же улыбнулся и потёр ладони одну об другую:
— О! Михаил Константинович Архаров собственной персоной! — Голос мягкий, чуть певучий, с едва уловимой картавостью. — Наконец-таки глава рода удостоил бедного торговца своим визитом.
— Здравствуйте, Измаил Вениаминович, — я подошёл к прилавку. — Есть к вам дело.
— Дело? — Шульман отложил книгу и сложил руки на прилавке, внимательно глядя на меня. — Интересно, интересно. Слушаю вас, молодой человек.
— Мне снова нужны останки разломных тварей, — сказал я прямо. — Много частей. Разных тварей. Чем больше, тем лучше.
Шульман приподнял бровь:
— Разломные твари? Хм… — он задумчиво потёр подбородок. — Что-то вы зачастили. Собираетесь создать собственный музей, где будут собраны все редкости аномальной зоны?
— Сколько? — устало спросил я.
Шульман хитро прищурился:
— Ну, это зависит от количества и качества. Скажем… — он сделал паузу, явно прикидывая. — За стандартный набор из десяти тушек вервольфов… я хочу всего лишь десять тысяч рублей?
— Пять тысяч, — отрезал я.
— Ой-ой-ой! — Шульман всплеснул руками. — Михаил Константинович, я гляжу, вы меня разорить решили?
— Для того, чтобы вас разорить, я должен помочь вам обрести семейное счастье. Расточительная жена опустошит ваши карманы куда быстрее, чем я, — улыбнулся я.
— Ха-ха! Верно подмечено, молодой человек! Жизненного опыта вам не занимать. Именно поэтому мой безымянный палец навсегда останется без золотистого куска металла. Ведь моя истинная любовь — это хрустящие купюры и звонкие монеты. — Шульман поправил очки и посмотрел на меня выжидающе.
— Убедили. Восемь тысяч, — сказал я. — И это последнее предложение.
— Девять пятьсот, — парировал Шульман, наклоняясь вперёд. — И это грабёж средь бела дня, скажу я вам! Не будь мы с вами друзьями, я таки заявил бы на вас в полицию, — пошутил торговец.
Я посмотрел ему в глаза и постучал пальцами по прилавку:
— Измаил Вениаминович, давайте говорить откровенно. Вы торговец. Умный, хитрый, расчётливый. И вы прекрасно понимаете ситуацию в мире.
— Какую ситуацию? — невинно спросил он, но в глазах мелькнула настороженность.
— Америка пала, — сказал я тихо. — И Южная, и Северная, вся. Около миллиарда человек обратилось нежитью. И совсем скоро эта орда, переправится через океан. Если их не остановить, то скоро весь мир погибнет. — Я наклонился ближе. — И вам, Измаил Вениаминович, банально не с кем будет торговать. Потому что все ваши клиенты будут мертвы.
Повисла пауза. Шульман смотрел на меня долго, оценивающе. Потом медленно кивнул:
— Вы правы, — признал он. — Мёртвые не покупают товары. Это плохо для бизнеса, — он театрально вздохнул. — Ладно, убедили. Восемь тысяч рублей за десять тушек. Но! — он поднял палец. — Если вы возьмёте много, я дам скидку.
— Вот это другой разговор! — радостно улыбнулся я. — Мне нужно всё, что у вас есть.
Шульман замер. Снял очки, протер их платком, надел обратно. Посмотрел на меня:
— Всё?
— Всё.
Он присвистнул:
— Ой-вэй! Ну вы даёте, молодой человек. Хорошо. Хорошо-хорошо, — он поднялся со стула. — Тогда пойдёмте на склад. Там я покажу вам весь ассортимент, и мы обсудим цену.
Шульман прошёл за прилавок и достал из ящика небольшой медальон с шестиконечной звездой на корпусе. Круглый, серебряный. Подошёл к глухой стене в углу лавки и приложил медальон к ней. Руны вспыхнули голубым светом, прямо на кирпичной кладке образовав пульсирующий портал.
— Прошу, — Шульман жестом пригласил меня.
Он шагнул в портал и исчез. Я последовал за ним. Мир вывернулся наизнанку. Секунда дезориентации. Потом я оказался на уже знакомом мне складе. Под ногами гладкий каменный пол. Вокруг огромное пространство, уходящее в темноту. Бесконечные стеллажи, заваленные различным барахлом и работники склада, носящиеся туда-сюда как трудолюбивые пчёлки.
А ещё здесь имелись ворота. Десятки огромных ворот, стоящих в ряд. Высотой метров двадцать. Все разные: одни деревянные, другие каменные, третьи металлические. Некоторые украшены резьбой, другие совершенно гладкие.
Краем глаза я заметил, как одни из ворот распахнулись, пропустив погрузчик с палеттой, насаженной на рога. А за воротами виднелась бездна. Бескрайний космос. Звёзды, мерцающие в темноте. Туманности, переливающиеся всеми цветами радуги. Где-то вдали силуэт планеты, половина которой объята пламенем. Я остановился как вкопанный, разинув рот:
— Где мы, чёрт возьми⁈
Шульман усмехнулся, поправляя очки:
— А, это? — он махнул рукой в сторону врат. — Таки это же мой склад. Ничего особенного.
— Ничего… особенного⁈ — я уставился на него.
— Михаил Константинович, вы зачистили десятки разломов, закрыв проход в осколки других миров, и удивляетесь тому, что скромный торговец сумел завладеть одним из таких осколков? — произнёс Шульман, явно наслаждаясь моей реакцией. — С помощью моего друга… Эммм… — он замялся на мгновение и продолжил. — Вы видели его, когда вломились в мой ломбард. Так вот, мне таки удалось стабилизировать данный осколок. Теперь он принадлежит мне. Здесь безопасно. Более-менее.
— Вы не перестаёте меня удивлять, — улыбнулся я.
Шульман пожал плечами:
— У каждого свои таланты. Вы воюете. Я торгую. И иногда… приобретаю интересные вещи.
Он развернулся и зашагал вглубь зала:
— Идёмте, Михаил Константинович. Не будем тратить драгоценное время.
Я покачал головой, всё ещё ошарашенный, и последовал за ним. Мы прошли мимо врат и углубились в лабиринт колонн, казавшийся бесконечным. Спустя минут пятнадцать мы наконец вышли на открытое пространство. И я снова застыл.
Передо мной был… склад. Нет, не просто склад. Кладбище монстров. Ряды и ряды мёртвых тварей, аккуратно помещённых в морозильные камеры. Навскидку площадь этого помещения была не меньше тысячи квадратных метров, а то и больше! Морозилки же располагались рядами и уходили вверх по четыре штуки. Сотни. Тысячи морозилок. Причём Шульман педантично разделил существ по видам.
Летучие твари в одном ряду. С перепончатыми крыльями, когтистыми лапами, клювами, полными острых зубов, шипастыми хвостами. Размером от кошки до лошади.
Ползучие в другом ряду. Многоножки и черви длиной в несколько метров, с хитиновым панцирем и ядовитыми жвалами. Змеи толщиной с человека. Пауки размером с повозку.
Огненные расположились левее. Несмотря на то, что твари лежали в морозилках, их тела всё ещё тлели, испуская жар. Гончие с пастями, в которых виднелась застывшая лава. Саламандры, замершие в неподвижных позах.
Ледяные твари правее. Чудовища, покрытые инеем. Медведи с шипами изо льда. Волки, чей взгляд навечно застыл в мёртвом оскале.
Ещё дальше — ядовитые. Из-за зеленоватых токсинов, выделяемых их кожей, стекло морозилки тоже приобрело зеленоватый оттенок. Сквозь стёкла можно было рассмотреть лишь силуэты. Жабы размером с корову. Скорпионы с жалами, всё ещё сочащимися ядом.